Никогда не говори "никогда" (СИ)

— Скайлар, — я провожу рукой по щекам и устраиваюсь на баррикаде из подушек, сложенных на моей огромной кровати. — Я не знаю…
— Встречаемся через час. Я пришлю тебе адрес.
***
Скайлар стоит возле черного навеса, скрестив руки и щурясь на солнце.
— Ты опоздал, — говорит она с ухмылкой, когда ее взгляд останавливается на мне. — Я тебя разбудила. Так и знала.
— Бессонная ночь, — говорю я. — Ты собираешься показать мне это место или что?
Мы разворачиваемся, заходим внутрь и запрыгиваем в лифт после того, как Скайлар показывает свое удостоверение швейцару.
— Ты видела фотографии этой квартиры? — спрашиваю я, когда мы плавно возносимся на вершину здания.
— Нет, — качает она головой, — но Эддисон — агент по продаже недвижимости, поэтому я верю ей, когда она говорит, что это место просто потрясающее.
Лифт со звоном останавливается, двери с глухим звуком раздвигаются, и мы выходим. Просторный коридор, через каждые пять метров установлены настенные декоративные светильники. Пространство между некоторыми из них занимают широкие черные двери с серебряными номерами. Скайлар ведет меня в конец коридора.
— Здесь, — говорит она, отперев дверь и широко ее распахнув. Я следую за ней, занижая планку своих ожиданий только для того, чтобы жестоко ошибиться.
— Боже мой, — бормочу я. Из окон во всю стену открывается потрясающий вид на Парк-Авеню.
— Итак, здесь у нас больше семисот квадратных метров, — выходит в центр фойе Скайлар. — Содержание и налоги обойдутся тебе примерно в тридцать тысяч в месяц. Заселяться можно хоть завтра. Пять спален, шесть ванных комнат. Изысканная, полностью укомплектованная кухня. В библиотеке аквариум с медузами. Интерьером этой квартиры занималась Китти Уиллис. Не знаю, слышал ли ты о ней раньше, но очередь к ней расписана на годы вперед. Вся мебель включена в стоимость проживания. Тебе не придется ничего делать, Тео. Ты можешь привезти сюда свой чемодан и начать жить.
Я изучаю Скайлар. Мне надо бы исследовать квартиру, но вместо этого я изучаю ее и то, как светится лицо девушки, пока она без умолку расписывает все преимущества этого места, и насколько идеально оно мне подходит. Когда она говорит, ее изящные руки порхают в воздухе, а интонации окрашены заразительной страстью.
— У нас не очень много времени, — говорит она, подходя ко мне. — Иди, осмотрись.
Я вздрагиваю, возвращаясь к действительности, засовываю руки в карманы и обхожу все вокруг. Не утруждаю себя изучением того, что вижу, потому что понимаю, она права, когда говорит, что это место для меня.
— Здесь живут одни миллиардеры, — добавляет Скайлар. Она неторопливо подходит к окну и смотрит вниз, ее пальцы едва касаются безупречного, кристально чистого стекла. — На этой улице по устраивающей тебя цене ты не найдешь ничего и вполовину такого же потрясающего, как это место.
— А что ты об этом думаешь? — интересуюсь я. — Спрашиваю тебя как друга, а не как своего риэлтора.
Она приоткрывает рот и склоняет голову набок, ее карие глаза на мгновение вспыхивают.
— Честно? Это квартира моей мечты. Именно так. Лучше просто не найти. Архитектура. Дизайн. Расположение. Вид. Я и через миллион лет никогда не смогу позволить себе это место, но, знаешь, если мы друзья, то я смогу приходить, когда захочу, верно?
Ее полные губы растягиваются в улыбке. Так и хочется покрыть их сотней поцелуев.
— Конечно.
Мы не спеша переходим из одной комнаты в другую, пока полностью не заканчиваем осмотр и не оказываемся в гостиной. Я сажусь в мягкое, обтянутое воловьей кожей кресло, откуда открывается великолепный вид на парк.
— Пытаюсь представить, что живу здесь, — объясняю я, чувствуя на себе ее пристальный взгляд. Похлопываю по сиденью стоящего рядом точно такого же кресла с перекинутым через спинку пледом, свисающим красивыми складками.
Скайлар нерешительно опускается и устраивается поудобнее на скрипучей коже. Креслами, похоже, практически не пользовались. Забавно, как много денег люди тратят на вещи, которые даже не используют.
— Просто расслабься, — говорю я ей. Она откидывается на спинку кресла, но ее руки аккуратно сложены на коленях, а спина напряжена. — Можешь расслабиться.
— Обычно я не чувствую себя как дома во время показов, — ее голос тихий, почти шепот, как будто она думает, что за нами наблюдают. Я совершенно уверен, что это место оснащено современной системой безопасности и в каждом уголке установлены камеры, но мне наплевать.
— Ты очень осторожна, Скайлар. Во всех аспектах твоей жизни, — говорю я. — Мне это понятно.
Она ничего не отвечает, и я бы убил, лишь бы узнать ее мысли.
— На моем месте ты бы тоже был осторожен, — взгляд девушки падает на кварцевую подставку для книг, удерживающую вертикально стопку классической литературы, на стоящем рядом кофейном столике. Я узнаю выражение ее лица и боль в глазах, такое могут причинить только люди. Меня на секунду захлестывает вспышка безмолвной ярости. Хочется найти тех, кто ранил Скайлар, и сбросить их с балкона прекрасной квартиры, в которой мы находимся. — Неважно…
— У меня мало друзей, Скайлар, — говорю я, решив начать первым. — Никогда не думал, что в многомиллионном городе можно чувствовать себя одиноким.
— Невероятно одиноким, — поворачивается она, ее карие глаза следят за мной.
Я провожу рукой по джинсам, которые она выбрала в прошлые выходные.
— У меня был брат, — прочищаю я горло. — То есть, мы не были кровными братьями, но это не имело значения. Он был моим братом.
— Что случилось?
— Он спал с моей невестой.
Скайлар вздрагивает, и ее взгляд падает на мои руки. Я тереблю нитку, торчащую из шва на кресле, и даже не осознаю этого.
— Он оказал тебе услугу, — едва улавливаю ее тихие слова. — Тот, кто тебе изменяет, тебя не заслуживает.
— Теперь я это понимаю, — мои зубы скрежещут и сжимаются, как случается всегда, когда я вспоминаю о той ночи. Спустя столько лет меня до сих пор преследует эта картина: голая задница Эмбер, платье, задранное до талии, и ее искаженное лицо, когда Мак засаживает в нее свой член быстрыми, отчаянными толчками. — Ты говоришь так, будто знаешь это по собственному опыту, — говорю я.
— Ты не единственный, Тео.
— Мне это хорошо известно, — сглатываю болезненный комок в горле. Ночь, которая изменила все, выстрелила в меня с точностью лазерного прицела и вызвала цепную реакцию, и единственное, что стало для меня важным — это начать свое дело и достигнуть успеха. Люди. Отношения. Все остальное отошло на задний план. — Это не внушает доверия к большинству людей.
— А мне ты доверяешь?
Я резко бросаю взгляд на ее милое лицо. Она выгибает брови, ожидая моего ответа.
— Ты самый искренний человек из всех, кого я встречал за долгое время, Скайлар. Я тебе доверяю.
С ее губ срывается мягкой вздох, как будто она чувствует облегчение, как будто мое доверие много для нее значит.
— Разговор становится тяжелым, — я встаю и поправляю футболку, которая тоже оказывается из той партии, что выбрала она. — Мне нужно выпить. Составишь компанию?
  
ГЛАВА 17
 
 
СКАЙЛАР
 
— Думаю, сегодня я одет для крылышек и пива, — говорит Тео, когда мы прогуливаемся по 54-ой улице.
Мы подходим к «Тарантино» и мое сердце замирает. Под жарким полуденным солнцем на моем лбу выступает холодный пот, и я с трудом начинаю дышать.
— Этот подойдет? — указывает на вывеску Тео, наморщив лоб. — Если хочешь, можем пойти куда-нибудь еще.
— Нет-нет, все в порядке, — мне не хочется объяснять свое отвращение к этому месту и уж точно не хочется вспоминать ту ужасную ночь. Может быть, если я войду сюда с Тео, это поможет переписать те ужасные воспоминания. — Крылышки и пиво звучит неплохо.