Рождение Тени (СИ)

— Подожди, — попросил я. — А что они до сих пор не переименовали «Огава Корпорейшн»? Как-то это не логично, оставить название семьи, которую вы уничтожили.
— Не переименовали, — усмехнулась девушка. — Дело в том, что название само по себе раскрученный бренд. Зачем это делать, если «Огава корпорейшн» знают во всем мире. Мори плевать на моральные терзания. Они оставили всё как есть. Тем более, что корпорация приносит им прибыль и немалую. Теперь о деньгах. На счетах «Огава корпорейшн» сейчас находится около тридцати миллиардов йен, что составляет, примерно, 264 миллионов североамериканских долларов. У «Глобал Индастриал» около полутора миллиардов, но только потому, что у компании сильно упали обороты, после ухода Накамуры, а у «Окинава Машин спешиал» — миллиард двести тысяч йен. А на счетах компании «Онсены Ибури» с горячими целебными источниками вообще осталась мелочь — триста с копейками тысяч йен.
Девушка помолчала, давая мне возможность переварить информацию, а потом попросила:
— Изаму, подай, пожалуйста, прозрачную папочку, она в верхнем ящичке компьютерного стола лежит.
— Хорошо, — кивнул я.
Получив папку, хакерша вытащила из неё стопку листов, и продолжила.
— Здесь всё, что мне удалось узнать о бывших управленцах твоей компании. Потом почитаешь. Сейчас хочу продолжить рассказ об активах семьи Мори. Удалось раскопать очень интересные вещи. Я использовала генератор паролей и с его помощью вошла в онлайн-кабинет финансового директора банка. И вот что обнаружила. Оказывается, порт отошел не только семье Кимура. Мори тоже имеют долю в этом предприятии. А самое главное, вся инфраструктура около порта принадлежит им в партнерстве с якудза. Это склады, морские терминалы, упаковочные цеха, погрузочно-разгрузочные мощности. Я начала шерстить прессу и накопала кое-что интересное. Семь лет назад туда пыталась влезть североамериканская корпорация «Балтимор групп», а ещё через четыре года компания «Нарита бразерс», принадлежавшая ещё одной могущественной семье аристократов, по совокупной сумме активов, находящейся на одном месте с Мори. Американцы хотели скупить акции порта и развернуть свою сеть по снабжению семейных супермаркетов, а «Нарита Бразерс» собиралась выкупить отдельный сектор для своего рыболовного флота. Обе компании славились своим агрессивным стилем ведения бизнеса. Но здесь они потерпели поражение. У американцев сгорели склады, которые они начинали строить рядом, причем вместе с частью работников. А у «Нарита» ночью взорвались корабли. Несмотря на попытки раздуть скандал, СМИ почти поголовно молчали или отделывались вялыми заметками о происшествии.
Я начала анализировать денежные потоки порта и прилегающих к нему терминалов и складов, и увидела, что они просто нереальные. Только за прошедший квартал на счетах маленьких сливных бачков — «фирм», находящихся в припортовой инфраструктуре прошли более ста двадцати миллиардов йен. Это около миллиарда североамериканских долларов, которые были обналичены. Главный источник поступлений средств — контракты на лекарственные ингредиенты и припортовое производство медикаментов, от компании «Сигма медикал». Она записана на подставных лиц, а на самом деле, я уверена, принадлежит Мори.
— Миллиард баксов за квартал, — я даже присвистнул от удивления. — Ничего себе. И чем же они там занимаются под прикрытием производства лекарств? Неужели?
Я замолчал, переваривая пришедшую в голову идею. Вообще-то Мэй говорила мне, что якудза могли использовать порт для наркотиков, но я думал, что речь идет об обычной контрабанде.
— Именно, — подтвердила Йоко, уловившая невысказанную мысль. — Торговлей наркотой. Я зарядила приложение на поиск самых интересных материалов по этой теме. Так вот, лет десять назад на мировом рынке появился новый препарат в таблетках с банановым, ананасовым, клубничным, яблочным и другими вкусами. Название — «экзотик». Вызывает невероятную эйфорию, прилив сил, ощущение всемогущества. Обычные задохлики под его воздействием могут толстые железные решетки разгибать, легковые автомобили поднимать, демонстрировать невероятные акробатические трюки. Но и привыкание бешеное. Без препарата их сильно колбасит. Орут, пускают слюну, трясутся, воют как буйно помешанные. Готовы душу продать за дозу. Если не получают, бесятся, могут убить всех вокруг. Но через какое-то время помирают. Дело в том, что организм настолько сильно привыкает к дозам, что не может работать без них. Начинают отказывать внутренние органы один за другим.
 
— А что, если они его будут постоянно жрать, дольше проживут? — буркнул я.
— Да, — вздохнула Йоко, — на целых три-четыре года в среднем. Потом человек начинает гнить заживо. Но дело не в этом. Смысл состоит в том, что этот наркотик за короткое время распространился по всему миру. Его реализуют сицилийская Коза Ностра, неаполитанская Каморра, китайская Триада, корсиканцы, колумбийские и мексиканские картели. Товар они получают оптом по морскому пути. Кто производит этот наркотик, правоохранителям неизвестно. Поставки осуществляются через сеть мелких компаний-посредников. Но у Интерпола есть основания подозревать, что централизованное производство препарата и оптовые партии идут из Японии. А здесь всё идеально сходится. Вот смотри. Наркотик появился через пару лет, после захвата порта якудзой и семьей Мори. Создана крупная медицинская компания со своими производствами и судами, закрытая инфраструктура, куда просто не пускают чужих. Даже могущественная аристократическая семья и корпорация-гигант получили жесткий отпор, и отказались от своих планов. Через банк Мори проходят огромные потоки финансов. Вокруг порта организованы производства медпрепаратов, на которых можно параллельно изготавливать таблетки с «Экзотиком». Таких совпадений просто не бывает. Я уверена — Мори и Кимура производят наркоту в громадных количествах. И что самое главное, без хорошего прикрытия на самом верху, они бы так нагло не работали.
Йоко многозначительно замолчала.
— Думаешь, их кроет император? — тихо уточнил я.
— Или он, или кто-то из его ближайших родственников, — кивнула девушка. — Третьего не дано. Конечными бенефициарами могут даже не Мори выступать, а кто-то другой. Но то, что они и Тамура в доле — сто процентов.
«Млять», — мысленно выругался я. В родном мире попал в переделку с бандитами из «Синалоа», и в этом от наркоторговцев никуда не деться. Дело приобретало крутой оборот. За такие деньги всех нас могут положить.
— А ты об этом дзенину доложила? — уточнил я.
— В первую очередь, — фыркнула девушка. — Я же не дура, все понимаю, и думаю о возможных последствиях.
— И что он?
— Ничего. Удивительно хладнокровно выслушал. Такое впечатление, что не понимал, чем это может грозить. Уточнил, не могут ли выйти на нас. Я ответила, что не должны, но операцию лучше проводить не на острове, на всякий случай. Тогда он сказал, что с детства не любил наркоторговцев и разобраться с ними, для Изаму дело чести. А клан тебя в любом случае поддержит. И дал добро на операцию.
— Понятно, — вздохнул я. – А сама как думаешь?
— И думать нечего, — возмущенно фыркнула Мальвина. — Если бы я боялась кого-то или чего-то никогда бы хакершей не стала. Мори убили твоих родителей, нужно обязательно надрать им задницу. А если ещё учесть, что они наркоторговцы, травящие людей, тем более. Такие твари вообще даже жить не имеют права.
— Я согласен. Но дело в том, что пострадать могут и другие. Юки, Рику, Мэй, Нобу. Вот за что беспокоюсь. Боюсь их случайно подставить.
— Значит надо делать так, чтобы исключить эту вероятность. Будем работать в Токио, и кстати, — девушка внимательно посмотрела на меня. — Есть ещё один веский довод, чтобы провести операцию вне острова. У банка Мори отличные системные админы и программеры — безопасники. Они создали очень мощную трехступенчатую систему защиты денег на счетах
— Да? — я немного напрягся. — И что нас могут вычислить?
— Сейчас, точно нет, — успокоила Йоко. — Ребята умные и профессионалы настоящие. Но я намного лучше.