Рождение Тени (СИ)
В прошлой жизни я знавал двух мажоров, которые изначально открыли офис в убитом здании, принадлежавшем бывшему советскому НИИ. Они так радовались, что купили его за копейки, и решили начать сразу бизнес, а компанию для ремонта искать потом. И около трети инвесторов и клиентов, увидев убожество в виде обветшалого здания с изодранным фасадом, разворачивались и уезжали обратно, даже не зайдя в контору.
Смешно же, предлагают бензин и дизель оптом по выгодным ценам, чуть ли не железнодорожными составами, просят 80 % предоплату, уверяют, что солидная контора, а сами в каком-то бомжатнике сидят. Какой вывод? Мошенники, однозначно.
В результате, многих клиентов они потеряли. Люди не приходили на встречи, а потом наотрез отказывались иметь с ними дело без объяснения причин. Спустя некоторое время мажоры всё-таки разговорили одного из покупателей, узнали причину бегства, схватились за голову и срочно сняли два номера под офис в солидном отеле, а в здании НИИ ударными темпами начался ремонт.
В 2000-ых годах подобные ошибки никто из бизнесменов уже не допускал. Поднаторели, поняли правила игры, стали следить за своим имиджем. А в девяностых и похуже ляпы делали.
Поэтому даже для переговоров с Мальвиной надо подобрать оптимальное место.
Диван и кресла у камина были не лучшим вариантом. Когда человек разваливался на толстых мягких подушках, он инстинктивно расслаблялся и внутренне раскрепощался. Если бы я был на переговорах с потенциальным деловым партнером или покупателем, и хотел создать непринужденную дружескую обстановку, чтобы завязать отношения и провести беседу в легкой доверительной манере, это был лучший вариант.
Мне же, наоборот, было нужно, чтобы девушка была максимально сосредоточенной и деловой. Стеклянный стол у окна идеально подходил для серьезного разговора. К нему и направился.
Когда Йоко закатила в гостиную бар с бутербродами и бутылкой минеральной воды, я уже сидел на стуле, любуясь красочной панорамой центра Токио, открывающейся в окне.
Девушка хмыкнула, оценив мое месторасположение, но ничего не сказала и начала расставлять стаканы, тарелочки с бутербродами.
Когда Мальвина закончила, села напротив, и напомнила:
— Ты не ответил на мой вопрос.
— Как отсюда свалим, и что ты будешь должна за спасение? — уточнил я, дождался утвердительного кивка, и продолжил:
— Элементарно. Отвечаю на первый вопрос. Но сперва одно пояснение. Ты понимаешь, что бандиты от тебя уже не отстанут?
— Понимаю, — вздохнула девушка. — И что делать? Прятаться от них всю жизнь? Это меня совсем не вдохновляет.
— Поэтому эту проблему нужно решать. И чем раньше, тем лучше. Согласна?
— И как ты это собираешься делать? — в глазах девчонки засветился еле сдерживаемый сарказм.
— Очень просто. Мы с тобой выходим. Сразу подъедет автомобиль с нашими людьми. Быстро прыгаем в него. Ичиро со своими бандитами упускать тебя не захотят. И последуют за нами. Выезжаем за пределы Токио. Есть одно место, где можем их встретить. Там ты посидишь в машине, пока мы будем с ними разбираться.
— И что вы собираетесь делать? Убить их?
— Да. Мы их ликвидируем. Во-первых, если ты согласишься на моё предложение, тебе больше никто не будет угрожать. Во-вторых, это потенциальная проблема, они не успокоятся, пока тебя не поймают, затем сломают физически и морально и заставят на себя работать. Чего ради оставлять этих отморозков жить?
Девушка тяжело вздохнула.
— Вообще-то я против убийств. Каждая человеческая жизнь бесценна. Даже этих ублюдков.
— А я за, — жестко оборвал моральные терзания Мальвины. — Меньше биомусора — чище атмосфера. Они тебя собирались насиловать, пытать, чтобы заставить сотрудничать. Подумай сколько жизней и поломанных судеб на совести этих ублюдков.
— Да понимаю я всё, — с досадой воскликнула девчонка. — Но все равно как-то не по себе. И потом, ты точно уверен, что твои друзья смогут это сделать? Не хватало, чтобы ещё кто-то из вас пострадал от этого долбанного Ичиро и его дружков.
Смогут, — улыбнулся я. — Сама увидишь.
Девчонка цапнула бутерброд с тарелки.
— Когда я нервничаю, жутко есть хочу, — призналась она. — И ты не сиди столбом. Кушай.
— Спасибо, не хочу. Перед разборкой лучше иметь пустой желудок. И тебе советую не особо увлекаться.
— Я немнофко, — прочавкала набитым ртом Мальвина. — Фефть очень хофется.
Некоторое время мы молчали. Она ударными темпами поглощала бутерброд, я неторопливо потягивал минералку из прозрачного стакана.
— Ладно, допустим, — хакерша расправилась с последним куском ветчины, и скорчила задумчивую рожицу. — А что я тебе буду за это должна? Только не затирай о своем бескорыстии. В жизни не поверю. Ты не похож на дурачка, впрягающегося в серьезные разборки из-за малознакомой девчонки. И я привыкла всегда отдавать свои долги.
— Вот в этом и заключается моё предложение. Если согласишься на него, то все вопросы с долгом будут автоматически закрыты. Ты станешь одной из нас — членом клана. Если откажешься, поможешь наказать убийц родителей. Для начала облегчить их кошельки и накопать другой, необходимой мне информации. А потом видно будет.
— Так, стоп, — выставила ладонь Мальвина. — У меня сразу же множество вопросов возникло.
— Задавай, — покровительственно разрешил я. — Постараюсь на все ответить.
— О каком клане идёт речь? Посудомойщиков и мусорщиков? — девушка насмешливо ухмыльнулась. — Извини, если обидела, но две недели назад ты мыл пол и убирал мусор за 400 йен в день. Как-то не похоже на человека из могущественного клана. И сразу предупреждаю, на якудз работать не буду, и в клан к ним не пойду. Они — сволочи.
— Нет, конечно, — улыбнулся я. — Какие посудомойщики, о чем ты? Когда мы с тобой встретились, я ещё сам ничего не знал об этом клане, и даже не предполагал, что войду в него. Просто так сложились обстоятельства. Готов рассказать всё в подробностях. Как оказался в трущобах, как попал в клан, чем мы будем заниматься, и что тебе хочу предложить. Только это займёт минут 30–40, не меньше. И одно условие — если не согласишься войти в клан, все рассказанное мной останется между нами.
— Хорошо. Обещаю никому ничего не болтать, в любом случае, — Мальвина сложила руки как прилежная школьница, сделала серьёзную моську, но в глазах плясали веселые чертики. — Слушаю тебя посланец могущественного клана. Поведай бедной, попавшей в беду девушке о сияющих вдали заманчивых перспективах.
По мере моего рассказа, из глаз хакерши пропали искорки смеха. Она подобралась, стала серьезной и сосредоточенной. Слушала внимательно, не перебивая и стараясь не упустить ни единого слова.
— Очень интересно, — задумчиво протянула она, когда я закончил. — Тебе в любом случае, помогу разобраться с Мори. Это даже не обсуждается. Таких тварей надо учить. О Тоби Като слышала. Его почти каждый японец знает, интересующийся нашей историей и культурой. Легендарная личность. И о клане кое-что слышала. Я общалась с разными людьми, и они рассказывали о ниндзя Като — последнем клане синоби. Лет пятнадцать их очень боялись. Бойцы Като работали как наемные убийцы и шпионы, выполняя самые сложные и необычные поручения. Потом разговоры о них прекратились. Теперь понятно, почему.
Девушка на пару секунд замолкла, уставившись куда-то вдаль, потом перевела на меня глаза:
— Знаешь, я, когда была совсем малявкой, мечтала стать ниндзя. И наказывать злодеев. Начать с соседского мальчишки, больно дергающего меня за косички и постоянно дразнящего. Планировала выстрелить в него отравленной стрелкой, поразить катаной или убить кинжалом. Вот такие кровожадные желания у меня были. Удивительно, как жизнь порой пересекается с детской мечтой. Даже не верится, что это всё происходит в реальности.
Йоко сделала секундную паузу и продолжила:
— И что я получу, войдя в ваш клан? Кем ты меня там видишь?
— Одним из нас. Соратником и другом. Ты войдешь в клан, будешь заниматься информационной безопасностью. Делать то, что всегда делала. Взламывать счета нечестных дельцов и бандитов. Часть прибыли мы будем направлять на развитие клана. Часть уйдет, как и раньше, на помощь бедным. Но мы сделаем иначе. Компенсировать затраты пострадавшим от мошенников будем только самым бедным и нуждающимся в деньгах. Остальным дадим не хлеб, но удочку. А именно, поможем им реализоваться в этой жизни. Откроем для бедняков школу, самым талантливым будем платить стипендии, а потом устроим в институт. Лучшие будут работать на наших предприятиях. Таким образом, мы решаем сразу две серьезные задачи. Ты не просто кинешь одноразовую подачку, а дашь людям возможность выбиться из нищеты и всю жизнь достойно зарабатывать. Мы получим полностью лояльный и преданный персонал, обязанный нам своим положением.