Его обреченная (СИ)

Сажусь обратно в кресло, внимательно рассматриваю предложенную тюремную еду, на вид ничего, но…
– А где мясо? Тут одна трава, какая-то.
– Эльфы не едят мясо.
– Но я-то не эльф, а человек.
– Привыкай к такой еде.
– Изверг!
Скривив лицо, беру вилку и уныло тыкаю в ближайший салат. Пробую. Ничего. Вкусно. Даже, кажется, сытно, но еще сильнее захотелось на волю.
Перекусила. Говорить с эльфом не хочется, он вроде тоже не настроен. Но тишина гнетет. Я не понимаю, то делать дальше. Он, врода, нападать пока не стремится.
– А мороженое-то хоть есть?
Передо мной материализуется креманка с тремя шариками аппетитно выглядещего мороженого. И ложечка.
– Ого! В древности было мороженое? – хватаясь за ложку, спрашиваю я. М-м, как вкусно! Хоть какое-то утешение в нынешней ситуации.
– Почему в древности?
– Ну ты разве не из пространственного кармана еду достаешь?
– Нет, я телепортирую ее.
– Откуда?
– Если точнее, то делаю миру запрос, а мир в силу своих возможностей исполняет.
– То есть… мир ворует для тебя еду?
– Возможно.
– А как же пространственный карман? У тебя его разве нет?
– Я не занимаюсь накопительством. Мне это ни к чему, и не в моей природе.
– В твоей природе воровать и похищать?
Ой, что-то я нарываюсь.
 Глава 21 
Эльф забыл про любование огонь и теперь внимательно смотрит на меня. Невольно поежилась. Стоило, наверное, держать язык за зубами до прихода спасения.
– Ты такая… – произносит Леррет и замолкает, словно не может подобрать правильное ругательство.
– Дерзкая? Правдивая? Бесстрашная?
– Молодая. Это так странно.
– Лираэль была старше меня?
– На сотню лет так точно, – оценивающе меня оглядев, ответил Леррет.
– У-у старушка какая. Так это твоя мама или бабушка?
– Это моя жена. Эльфы живут и сохраняют молодость гораздо дольше людей, тем более маги. Разве ты этого не знаешь?
– О эльфах мало что известно. Их уже очень давно никто не видел в этом мире. Сотни, а то и тысячи столетий, – во всю намекаю блондину, насколько он древний. – То есть, хочешь сказать, что в прошлой своей жизни я была твоей женой? А отчего я умерла? И как это ты так уверен, что это была именно я?
– Если бы я только знал, – во взоре эльфа промелькнуло отчаяние.
Кажется, у меня, наконец-то появился шанс узнать тайны прошлого, связанные с моей душой. Тут главное, аккуратно, не давить, а то будет отмалчиваться как Терред.
– Какие последние события ты помнишь?
Эльф забавно раздраженно дернул ухом и ничего не ответил. По ушам, у эльфов, наверное, можно определять настроение, как у лошадей. Дергает, насторожен, навострил – заинтересован, поджал – напуган. Вот, уже целую теорию выстроила. В академии по возвращении можно будет целую научную работу написать. Как минимум доклад.
– А то, как был монстром, помнишь?
– Смутно. Как долгий туманный сон, продлившийся вечность и одновременно мгновение.
Как поэтично.
– Тебе, наверное, повезло больше с проклятием. Хоть какое-то подобие жизни. Тер столетиями в виде камня пролежал.
Эльф дернулся, как от пощечины, глаза зло сузились.
– Прекрати называть его так. Он этого не достоин. Как вообще оказалось так, что вы прибыли вместе? Как долго вы общаетесь?
У-у, вышли на тонкий лед. Требовательно еще так спрашивать, претензией, прям и правда муж. Даже неловко становится, что я уже вообще-то замужем, и не за кем-то, а за его братом.
– Не очень давно, – отвечаю, а у самой как назло перед глазами так и проносятся ночи в пещерах, поэтому старательно отвожу взгляд, а то еще что-то не то в нем промелькнет. – Мы прибыли сюда, чтобы лишить проблему Черных земель. Это проклятые земли, на которых водится уродливая нечисть. На этих землях внезапно стало очень холодно, а нечисть более агрессивной и активной. Но я так думаю, это ты и делал каким-то образом, почувствовав пробуждения брата.
– Предположим. Но зачем он взял сюда и тебя?
 
– Никто кроме меня не мог пройти за ледяной барьер. Ну и… я вообще-то боевой маг. Пусть и начинающий. У меня и свой отряд личный есть который я возглавляю за боевые заслуги.
После моего заявления взгляд эльфа сделался ну очень ироничным.
– Боевой маг? Подумать только. Совсем уж неожиданная профессия для тебя. Никак тебе не подходящая.
– А кем я была в прошлой жизни?
– Целителем.
Кхм.
– Да уж. Так может это все-таки не я? Ну, не твоя жена. Как можно так точно утверждать?
– Эльфы могут чувствовать души своих близких и родных. Твою я ощущаю все также ярко и четко. Ничего не изменилось. Только ты выглядишь и ведешь себя иначе.
– Предположим. И что теперь ты планируешь делать? Эльфов больше нет. Черные земли в опустошении, на них все эти века ничего не растет и неизвестно, будет ли.
– Эти земли вновь станут процветать, я смогу об этом позаботится, – холодно бросает Леррет. – Я превратился из нечисти обратно в себя, значит, возможно, другая нечисть не просто нечисть.
– А ты сможешь расколдовать нечисть?
Что-то мне не нравится, как эльф на меня задумчиво смотрит.
– Благодаря тебе ведь я вернул свой облик? Как это произошло?
– Ты на меня напал и коснулся. Но после этого мне было очень плохо. Терред сказал, что из-за этого я потеряла несколько лет жизни и больше мне так делать нельзя, иначе могу умереть.
Эльф нахмурился и выдал совсем уж для меня неожиданное:
– Прости, что сделал тебе больно, пусть и не сознательно, но это меньшее, чего я желаю.
Ну-ну.
– Мне больно и грустно от того, что я сейчас здесь нахожусь, я не чувствую себя здесь в безопасности и вообще мне тут не нравится. Дай мне вернуться к своим. Если хочешь, пойдем со мной. Я знаю, что Терред собирается тебя убить, но на самом деле не хочет, иначе бы уже сделал это. Может, вам удастся договориться и совместно что-то придумать, чтобы помочь нечисти? Прошлое уже давно в прошлом, стоит принять настоящее, чтобы не стало мрачным?
Леррет отрицательно покачал головой.
– С ним я никогда и ни о чем договариваться не стану, ни при каких обстоятельствах. Я не знаю, что он тебе говорил и как вел себя, что ты ему доверяешь, но он точно не тот с кем стоит иметь какие-либо дела. Только со мной ты будешь в безопасности. Его вторая сущность – черный дракон, тьма, уже это говорит само за себя. Хотя бы это ты должна знать.
– Нет, не знаю, я родилась уже в мире без эльфов и драконов. Терред не похож на воплощение зла и тьмы. Между вами случился в прошлом конфликт? Я бы хотела разобраться, в чем конкретно он заключался. Вы же братья, так? Неужели с рождения были недругами?
Сейчас эльф смотрит на меня очень знакомо. Как на ребенка. Так часто, смотрит на меня и Терред. Оно теперь и понятно, Леррету, похоже, не одна сотня лет может быть, может, и Теру не меньше?
– С рождения мы были противоположностями, это уже многом говорит.
– Вы родные братья?
– Да.
– Действительно, очень непохожи. А кто старше?
– Терред, – морщась так, словно это истина его крайне оскорбляет и возмущает, отвечает блондин. Все же он чуть более разговорчивый, чем мой муж.
– Намного?
– Да, – скрипя зубами, цедит Лерри. Чувствую, пора менять тему.
– А я, значит, в прошлой жизни была эльфийкой целительницей. Красивой, хоть?
– О твоей красоте, доброте и светлой душе слагали легенды.
Эльф кивнул на ближайшую стену и там вдруг материализовалась картина. Сделанная изо льда, всех оттенков от белого до голубого, невероятно искусная. На ней изображена эльфийка. Видимо, та самая Лираэль. С интересом рассматриваю предшественницу. Да, красивая, своей, чисто эльфийской красотой. Большие, светлые, льдисто-голубый глаза. Взгляд мягкий. Изящная, с длинной шеей, светлой кожей. Забавно торчат длиннющие уши. Волосы на картине льдисто-белые, длинные. Да, красивая, но не сказать, чтобы прямо идеальная, на мой вкус все же бледновата, себе нынешняя я нравлюсь гораздо больше.