Я требую развод (СИ)
— Что дальше?
Неспешной походкой приближаюсь к кровати, и оперевшись одной коленкой, немного наклоняюсь к нему.
— А дальше… — касаясь его пальцами, медленно пробегаюсь по его ноге, останавливаясь возле паха. Член в штанах дергается и начинает расти, образуя бугор. Невольно облизываюсь, снова ощущая сухость во рту. — Закрывай глаза и получай удовольствие.
Соколовский делает, что я велю, покорно опуская веки вниз. Улыбаюсь. Все идет по плану. Только почему мне стало так трудно дышать? А сердце бьется так сильно, что кажется, оно вот-вот выскочит из груди.
Обхватываю бугор в штанах ладонью и несильно сжимаю. Бедра мужчины поддаются вперед, желая продолжения. Не отказываю ему в этом удовольствии, играя с его членом через ткань. Он быстро растет в моей ладони, становясь все тверже.
Кладу наручники рядом, на постель, и принимаюсь стягивать с него трико. Муженек не сопротивляется, и уже через несколько секунд он остается полностью обнаженным. Громко сглатываю, понимая, что мне до безумия нравится то, что я вижу. Он идеален по всем параметрам. Каждая частичка его тела не имеет и грамма безобразия. Забираюсь на него сверху, оседлав ноги. Наклоняюсь и нежно целую в живот. Мышцы его пресса напрягаются, и он перестает дышать. Продолжаю медленно покрывать его тело поцелуями, поощряемая такой реакцией. Обвожу языком его сосок, а затем аккуратно прикусываю и тяну на себя. Я делаю это впервые, но у меня был хороший учитель.
Головка его члена упирается мне в живот. Я чувствую его твердость. И мне до безумия хочется его поцеловать. Попробовать на вкус. Но я не решаюсь. Не думаю, что это хорошая идея. И потом… Опыта у меня в этом деле тоже никакого. А позориться я не собираюсь.
Вместо этого, обхватываю его руками, в который раз поражаясь шелковистостью кожи. Из уст мужа вырывается то ли стон, то ли рычание. Целую его в шею, чувствуя под губами, как бьется его пульс. Он под стать биению моего сердца. А когда его член в моей ладони дергается, я сама начинаю стонать. Мне так нравится изучать его тело, что невольно завожусь. И пока это не зашло слишком далеко, мне следует остановиться. Но вместо этого я медленно прохожусь языком по его нижней губе, втягивая ее в рот, и начинаю целовать мужа.
Виктор одной рукой обнимает меня за талию, а второй обхватывает голову и прижимает к себе. Наши языки сплетаются и я уже практически теряю связь с реальностью. Поддаюсь вперед, желая слиться с ним в одно целое, но нечаянно упираюсь коленом в наручники, что больно впиваются в кожу.
Это действует на меня отрезвляюще, и я, пока совсем не сошла с ума от этого безумия, что творит со мной муж, хватаю наручники и пристегиваю Соколовского к кровати.
Он открывает глаза и сначала смотрит на свою руку, дергая ее на себя и проверяя на прочность, а затем его взгляд перемещается на меня. Он улыбается и вновь притягивает меня к себе. Другой рукой. Улыбаюсь в ответ, но от поцелуя отворачиваюсь, ловя хмурый взгляд.
— Не так быстро, Мой Милый. — провожу пальчиком по его губам, и он тут же ловит его, прикусив зубами. — Ай… За это придется тебя наказать.
Освобождаюсь от его объятий, продолжая улыбаться. Поднимаюсь с постели и отхожу на несколько шагов назад. Так, на всякий случай.
— Не понял? — снова хмурит брови Соколовский, явно начиная что-то подозревать. — Кристина, немедленно иди сюда.
— А как же поиграть? — моя улыбка становится еще шире. — Тебе же нравятся игры, Дорогой?
Его глаза подозрительно сужаются.
— Что ты задумала? И куда, твою мать, ты пошла? — кричит мне в спину, видя, как я молча покидаю комнату. Меня просто распирает от счастья. Мой муж такой наивный.
В прихожей нахожу свою сумочку, что осталась тут валяться, когда мой ненаглядный решил изображать из себя ревнивого мужа. Достаю телефон и возвращаюсь обратно. Соколовский продолжает ругаться, пытаясь освободиться. Надеюсь, что кровать надежная и все выдержит. По крайней мере, пока я не уберусь из этого дома.
— Немедленно дай мне ключи. — требует муженек, как только я вхожу в комнату.
— Знаешь, — не обращаю внимания на его слова. — Я тут подумала… Мы с тобой все-таки женаты, а у меня даже нет ни одной твоей фотографии в телефоне.
Его лицо просто багровеет, когда он понимает, к чему я клоню. Еще сильнее начинает дергать руку, что прикована наручниками к кровати. Я молча за этим наблюдаю, даже не пытаясь скрыть победной улыбки.
— Только посмей, стерва! — грозит он мне. — Пожалеешь, что на свет родилась.
— Дорогой, не двигайся, пожалуйста, а то размыто получится. — навожу на него камеру. — Как я потом покажу тебя подружкам?
— Кристина!!! — рычит он. — Я ведь освобожусь…
— Не сомневаюсь, Витюш. — сохранив фотку, поднимаю голову и встречаюсь с ним взглядом. — Только вот пока ты этого не сделал, советую тебе хорошенько подумать о том, что если посмеешь меня хоть пальцем тронуть, твоя фотка начнет покорять интернет. — снова улыбаюсь. Счастливо. От души. Я ведь победила. — А теперь я, пожалуй, оставлю тебя одного. Ты ведь не будешь против? Меня ждут подружки.
— Если думаешь, что победила, то ты глубоко ошибаешься.
Ничего не отвечая, разворачиваюсь и выхожу из его комнаты, подняв руку и помахав на прощанье. Сердце бешено бьется. Я поверила его угрозам, но это никак не уменьшает моей радости. И потом, я надеюсь, что пока он будет освобождаться, то хорошенько все обдумает и успокоится. Это ведь всего лишь маленькая невинная шутка.
Накидываю пальто, надеваю сапожки, и подняв сумку с пола, открываю входную дверь, намереваясь, наконец-то сбежать отсюда. Но стоило только мне сделать шаг за порог, как перед моим лицом возникает какая-то женщина. Красивая такая женщина. Явно за тридцать… А в руках у нее был… Пирог…
— Не поняла?
Глава 23
— Вы кто? — Аккуратно закрываю дверь, прислонясь к ней спиной. У меня словно срабатывает защитная реакция. В дом эту мадаму я пускать точно не собираюсь.
— Хм… — глаза женщины впиваются в мое лицо с какой-то неприязнью, а после медленно проходятся по моему телу, и возвращаются обратно. — А ты кто?
Я, честно говоря, немного опешила от этого вопроса.
— А кто вам нужен? — не хочу опускаться до ее уровня и “тыкать”.
— Виктор. Он ведь тут живет?
— Тут. — тихо отвечаю, хотя на самом деле, я начинаю не на шутку заводиться. Этот кобель совсем охренел? Уже баб в НАШУ квартиру приглашает. — А кем вы ему приходитесь?
И правда, кто она вообще такая? По возрасту, не хочу никого обидеть, хотя нет, вру. Хочу! В общем, женщина эта явно не первой свежести.
— Тебе какая разница, девочка? Иди, куда шла. — машет мне рукой, намекая, чтобы я проваливала.
Вот это наглость. Даже я никогда не веду себя так с незнакомыми людьми. Хабалка. Выпрямляюсь, складывая руки на груди, и с улыбкой на лице сообщаю этой бабенке, кто я есть.
— Вообще-то, я его жена.
Оу, да мы, оказывается, не знали. Ее глаза становятся просто огромными, что, кажется, еще немного и выскочат из глазниц. Она еще раз проходится по мне взглядом, не забывая глянуть на правую руку. Явно колечко ищет. В эту секунду мне стало даже жаль, что я выбросила свое обручальное колечко в мусорку. Сразу же, как только мы вышли из ЗАГСа.
— Он не говорил, что женат. — подтверждает мою догадку тетенька.
— Да-а-а? — удивленно хлопаю глазами. — Может быть, вы не спрашивали просто?
— Не спрашивала. — бурчит себе под нос, вызывая еще одну улыбку. — Очень жаль. — женщина поникла, что я аж чуть не прослезилась. Она выглядит так, словно только что-то потеряла последнюю надежду на счастье.
Бедненькая.
Она уже собиралась развернуться и уйти, но я не позволила.
— Вы так и не ответили — Кто Вы? И зачем вам понадобился мой муж?
— Я ваша соседка снизу. — с какой — то грустью отвечает мне. — Хотела просто познакомиться с новыми соседями. — чуть приподнимает пирог. — Вы ведь недавно переехали?