Иная война (СИ)

— Наш Тихоокеанский флот, — негромко пробормотал Фок, разглядывая эскадру. Флагманы 1-го и 2-го отрядов «Цесаревич» и «Князь Суворов» стояли рядом на якорях, в линию вытянулись четыре других броненосца этого типа — «Император Александр III», «Бородино», «Орел» и «Слава» — последнему броненосцу не пришлось «понюхать пороха» в недавней войне. Просто не успел войти в состав отрядов, и прибыл после заключения мира.
Чуть сзади вытянулись броненосцы 3-го отряда, доставшиеся по случаю. Изначально «Рюрик» и «Ослябя» носили совсем иные имена, испанские — «Конститусьон» и «Либертад». Строились они на английский верфях для Чили, и должны были сокрушить аргентинский флот, состоящих из «гарибальдийцев» — небольших броненосных крейсеров, которые массово строились на в солнечной Италии. Пять из них, половина, должны были носить сине-белые флаги Аргентины. Вот только осознав, что война разорит оба враждующих государства, причем скалистый антарктический архипелаг Огненная Земля не стоит таких расходов, страны пошли на «мировую», придя к решению продать «новые покупки» какой-нибудь третьей стороне.
«Морено» и «Ривадавия», после того, как вице-адмирал Рожественский отказался от их приобретения, стали японскими «Ниссин» и «Касуга». Первый броненосный крейсер погиб в бою с русской эскадрой, в котором второй корабль, был сильно поврежден снарядами. Однако «Касуга» все же доплыл до корейского берега, придя в Чемульпо, где японцы уже подняли затопленный крейсер «Варяг». Там они и были захвачены высадившимся десантом, которым сам Фок и командовал.
Оба «чилийца» достались самой Англии, которой они были абсолютно не нужны — но не продавать же их России?!
Но лондонские дельцы нашли выход — когда японский флот понес серьезные потери, их решили отдать Японии, оформив «покупку» через Перу. Разразился международный скандал, и Лондон сбыл «камни преткновения» кайзеру, который перепродал их новоявленному государству «северных Цин» — Маньчжурии. Фоку они были словно камень на шею утопающему, и после заключения мира с Токио, на кораблях подняли белые флаги с «косым» синим Андреевским крестом, даровав новые для них имена.
«Касуга» осталась при японском названии — традиция в русском флоте такая имелась — трофеям оставлять старые имена. И пример был перед глазами соответствующий — «Ретвизан», шведское имя, которое вот уже больше сотни лет служило разным российским кораблям. И сейчас этот броненосец возглавлял 4-й отряд, находящийся во Владивостоке — вместе с «Пересветом» и «Победой». Вот эти три корабля перевооружать не стали — вся их средняя артиллерия была упрятана в казематы, а не в башни серьезного веса каждая. Имелся там и 5 отряд из больших броненосных крейсеров «Россия» и «Громобой», вот на них втиснули по две дополнительные 203 мм пушки, доведя общее число до шести, плюс два десятка 152 мм орудий Кане.
— Ровно полтора десятка вымпелов, включая «Баян» — много это или мало для новой войны с Японией?!
Фок мотнул головой, прикидывая варианты. Закурил папиросу, что делал крайне редко, и только тогда, когда было нужно крепко подумать. Алкоголь не употреблял — чужое тело имеет свою привычки, тем более, когда ему 68 лет. Но организм бодр и деятелен, еще как деятелен — не ожидал, что в столь солидном возрасте станет отцом трех детей — двоих наследников подаренных супругой, и дочь от наложницы, которая сама корейская принцесса. Да еще вторая монголка на сносях — давненько ее не видел. Ленка следила за большим семейством строго, и наложниц держала крепко — и в постель сама к нему отводила, исключительно для зачатия новой жизни. Все по графику, хоть вешайся от такого бесстыдства!
— Ладно, грех на супругу жаловаться — свой долг правительницы, жены и матери она выполняет со всем тщанием, хотя…
Фок вздохнул — маньчжурку он немного побаивался, такой повод для ревности лучше не давать. У любого бунтовщика, даже матерого убийцы шансов будет больше получить от нее помилования, чем у той, кто рискнет в его сторону взгляд бросить. Зачем ему напрасно губить жертву, хотя кто их женщин поймет?!
 
Усмехнувшись, Александр Викторович в очередной раз посмотрел в окно, радуясь, что не надел по просьбе супруги парадный мундир с орденами и лентами. Просто запарился бы в нем, броненосный крейсер «Шарнхорст», отплывший из Циндао с братом кайзера, принцем Генрихом Прусским на борту, немного задерживался — но уже виднелся на горизонте. Несколько густых дымов — как говориться, конвой с крейсерами сопровождения. Высокопоставленного «гостя» отправился встречать лично морской министр вице-адмирал Григорович с крейсерами «Баян», «Олег» и «Богатырь». Причем с командующим Тихоокеанским флотом вице-адмиралом Эссеном.
Дела на Дальнем Востоке назревали серьезные — в Японии жаждали реванша, что вполне объяснимо, ибо поступили над страной жестко, в соответствии с традициями «европейских цивилизаторов». Вот только на переговорах англичане выбили один пункт — японцам запрещалось в течение восьми лет закупать корабли, но разрешалось достроить ранее заложенные, вплоть до весны следующего 1906 года. И вот этим параграфом самураи воспользовались — к парочке броненосных крейсеров «Цукуба» и «Икома», с 305 мм стволами вместо 203 мм, добавили два покрупнее — «Ибуки» и «Кураму». Водоизмещением чуть больше «Микасы» они выдавали 21 узел и несли к четырем двенадцатидюймовым пушкам восемь 203 мм.
Получив от Англии в 1906 году достроенные броненосцы «Катори» и «Касима», на каждом из которых имелось по четыре пушки в 12 и 10 дюймов, самураи тут же заложили два новых броненосца в 20 тысяч тонн водоизмещения, рядом с которыми «бородинцы» выглядели «заморышами». Еще бы — «Сацума» и «Аки» несли по те же четыре пушки в 305 мм, зато бортовой залп у них включались не два 254 мм орудия, а полудюжина — шесть штук. И не придерешься к букве соглашения — все четыре новых корабля заложены до начала действия запрета, на японских верфях, которые впервые приступили к строительству столь крупных кораблей, при английской, естественно, помощи.
Одно хорошо — тогда еще не знали, каков будет будущий «Дредноут», так что японские корабли, обладая таким же водоизмещением, имели меньшую скорость и в залпе два калибра, отличить всплески снарядов в бою было для его артиллеристов крайне затруднительным занятием. Но все равно — ситуация становилась опасной — в следующем году четыре новых корабля, построенных с чрезвычайным напряжением всей страны, поднимут боевые флаги. И броненосцев с 305 мм артиллерией станет десять, и четыре быстроходных, с 20-ю узлами полного хода. А еще четыре с устрашающим набором дополнительных 254 мм пушек. Оттого и ставили на «бородинцах» 203 мм орудия вместо башен с шестидюймовыми стволами — дать хоть какой-то более-менее адекватный ответ…
  
Глава 5
 
— Япония находится в жестоком кризисе, Генрих, и хватается за любую возможность свести свой бюджет к положительному сальдо, — Фок закурил папиросу, с усмешкой посмотрев на принца Генриха, который дымил, не переставая. Младший брат кайзера был заядлым курильщиком, как и его отец, и эта пагубная привычка станет причиной преждевременной смерти. Впрочем, еще не скоро — принцу нет еще пятидесяти, и проживет он, как знал Александр Викторович, до 66-ти лет. 
Беседовать с ним было удовольствием — принц легко переходил на русский язык, которым уверенно владел, когда общался с супругой Фока, которую называл Элен, причем несколько раз обращался к ней как к «старшей сестре», хотя та ему годилась в дочери. А это о многом говорило — Германия все эти шесть лет существования маньчжурского государства старательно перебрасывала всевозможные мостики для налаживания масштабного сотрудничества, старательно обходя «камни преткновения». 
— О да, Александр, иначе бы они с такой радостью не уцепились за ваши заказы, старательно демонстрируя нормализацию отношений со своим северным соседом. Да и как я знаю, цену запросили намного меньшую за ремонт кораблей, чем та, которую бы русским пришлось заплатить своим заводчикам на Балтике.