Иная война (СИ)
И вот тогда начинаются долгие душевные терзания — «а не продешевила ли я, может, следовало поднять цену»?! Но уже поздно суетится под клиентом — только получать «удовольствие»!
И как в жизни следует развод, как только задаются таким вопросом, так и в политике меняют союзника — «ничего личного, бизнес есть бизнес», как говорят в северном полушарии «Нового Света». Но по сути ничего для них не меняется — по окрику послушно раздвигают ноги, чтобы не быть изнасилованными теми, кто пишет законы — вот их к суду не притянешь. Да и нет сейчас таких судов, особенно где «право сильного» царствует.
Ситуация кардинально меняется, если малые страны заключают союз между собой, и через «брак по любви или расчету» отвоевывают себе «место под солнцем». И это «антанте корриаль», то есть «сердечное согласие» может быть весьма долгим и устойчивым, если стороны понимают, что вместе быть выгоднее, чтобы не быть изнасилованными сильными мира всего, и при этом можно самим искать подходящую жертву и ее «попользовать» от души, получив определенные преференции.
— Проще говоря «групповуху» устроить, чтобы как в песне — «если радость на всех одна»!
Фок фыркнул, припомнив следующие строки этой песни. Тоже произошло с Болгарией в 1913 году, когда она вышла из «брака» и попыталась навязать свои правила. И потеряла большую часть из того что приобрела, и кое-что свое от нее оттяпали — шакалов в жизни хватает, а загрызть подранка для них первейшее дело!
Балканские страны в той истории смогли объединиться только в рамках военного союза, но не консолидироваться в единое целое, пусть даже в форме конфедерации. А потому победив одряхлевшую османскую империю, они тут же стали игрушкой в «большой игре» — великие державы принялись решать их судьбу, к своему усмотрению, и извлечению собственной выгоды. А там и натравили их друг на друга, к всеобщему удовольствию «игроков», что тут же сделали ставки, и любовались на «собачью свалку»!
С Византийской империей, возродившейся как Феникс из пепла, такой номер уже не пройдет. Как не крути болгар семь миллионов, греков не меньше шести наберется, армян и прочих христиан на пару миллионов — на круг 15 миллионов выходит, а ведь это еще не все. Еще миллиона два в османском владычестве будет находиться, в основном армяне. Ведь в мировую войну недаром Кавказская армия до Эрзерума дошла, там еще оставалось много армян, не всех турки успели вырезать в 1915 году.
Вот и сейчас нужно упредить события, вроде император Александр Михайлович внял его настоятельным доводам, и вступит в «большую игру», когда жертва будет принесена! Округлит территорию «армянского царства», и ручки покажет — это не мое, что вы, все ради блага христиан, ставших жертвами оттоманской ярости!
— И под «критику» из Лондона, Парижа и Вены подставит новоявленного византийского императора Дмитрия Павловича — представляю как они все охренеют от такого явления. И ведь мальчишку за жабры просто так не возьмешь — тесть сам кайзер, что свою долю «пирога» обязательно получит, один дядя российский император, а второй армянский царь. И при этом греки и болгары тоже династическими узами с базилевсом связаны. Так что ответ может быть шокирующим — драку не заказывали?!
Фок зло расхохотался, созданную семь лет тому назад Антанту он откровенно ненавидел, и уже исподволь готовил им неприятные сюрпризы, или откровенные гадости — тут с какой стороны посмотреть. Главное, чтобы Россия обрела новую мощную опору в мире, и отгородилась вот такими «ширмами» от других «игроков».
— Нет, все правильно — они взаимными интересами будут крепко «повязаны». Во-первых; страх, в нем они до скончания века жить будут. Турки такого варианта им никогда не простят — месть будут лелеять долго, холить, и даже спустя столетие будут готовы свести счеты. Но для этого им нужно внутренне разрушить новую Византию, а вот с этим будут проблемы. Грекам в одиночку не выжить, османы их задавят, что и показала греко-турецкая война двадцатых годов. К тому же нужно попробовать решить вопрос о Кипре, а его сможет поставить только сама Византия в союзе с другими империями. Болгары свое получат, но есть «терки» с румынами.
Фок посмотрел в окно — там царствовала ночь — середина осени, скоро придут холода, в декабре может выпасть снег, хотя в южной Маньчжурии и тепло. И снова принялся размышлять вслух, как делал частенько — привык за долгие годы жизни.
— Сербам теперь не до претензий к восточному соседу на счет Македонии — договоренности при «свидетелях» подписаны. Им бы теперь «свое» от Австро-Венгрии получить, а сие весьма затруднительно. Так что поневоле в империю вступят, на нее только останутся надежды, ибо сильный слабого съест. Про «армянское царство» Петра Николаевича не говорю — только от России получит помощь, более никто ее ему просто дать не в состоянии — второй сосед у него турки, точащие ножи.
Александр Викторович закурил папиросу, понимая, что расклады сделаны, а в том, что хватит шести недель для победы, он не сомневался. Война началась одновременно с нападением Италии, а не годом позже, когда турки сделали выводы и начали реформировать с помощью немцев свою армию. Теперь кайзер выдержит паузу, и начнет помогать всерьез, но не для войны с Византией, а для возвращения Египта и Ливии, а возможно и Алжира с Тунисом. Новыми европейскими «хозяевами» там сильно недовольны, и на этом младотурки могут хорошо сыграть.
— Хотя, кто знает — моча в голову ударить может! Но воевать с Россией в одиночку они не станут — будут настойчиво искать союзников. Ведь ежу понятно — только тронь проливы, и русские начнут за них драться насмерть. А реформировать армию дело долгое — года на четыре, минимум три — так что срок выбран правильно.
Фок посмотрел на карту, прикидывая, как поступит в такой ситуации Австро-Венгрия. Если внемлет доводам Вилли, то объявит своей Боснию, отдав сербам Герцеговину и произведя ротацию населения. Тогда кусок Албании старый Франц еще проглотит и все — расширения своей державы на восток проводить не сможет. Если же нет, то всяческие расклады возможны, причем неприятные — место России в Антанте займет Вена, и состав участников 1-й мировой войны станет совсем иным…
Что рассчитывала получить Сербия от дележа турецкого "наследства".
Глава 24
— Ваше высокопревосходительство, Адрианополь ключ к воротам Константинополя, и он теперь наш! Мы сбили последнее препятствие на пути к Босфору — далее у турок нет крепостей!
Командующий болгарской армией генерал Радко-Дмитриев буквально сиял лицом, обращаясь к генерал-адмиралу Алексееву, что своим черным флотским мундиром выделялся среди офицеров в полевом защитного цвета обмундировании. Радко Дмитриевич был стойким сторонником «пророссийской партии» правящих кругов Болгарии, четверть века тому назад принимал участие в заговоре против князя Александра, считая, что немцам нечего делать на престоле его страны. Переворот не привел к успеху, и молодой офицер, избегая ареста, уехал в Россию, где был зачислен в лейб-гвардии Уланский полк, закончил позже академию Генерального Штаба и дослужился до начальника штаба дивизии. Перед самой русско-японской войной вернулся на родину, однако после известий о победах императорской армии на маньчжурских сопках, снова выехал в Россию.
Прошел всю войну с японцами, произведен в генералы по настоянию Фока, командовал 4-й Восточно-Сибирской стрелковой дивизией, «маньчжурской гвардией», как называли это элитное, покрывшее себя славой в боях, соединение. Возвратившись после войны на родину, Радко-Дмитриев проделал за пять лет карьерный путь до командующего болгарской армией, проведя в ней реформы по опыту закончившейся войны. В этом ему помог сам Фок, дважды побывавший в Болгарии, и российский император, предоставивший этой стране значительную помощь, особенно возросшую после убийства анархистом царя Фердинанда.
Печальное событие, но оно определенно сыграло на пользу — болгары потихоньку становились самым надежным союзником России на Балканах. Да и сейчас, окидывая взглядом запыленную марширующую пехоту, Евгений Иванович в который раз в этом убеждался. Поставь сейчас рядом с ними любой сибирский или маньчжурский полк невозможно было бы найти хоть пару отличий. Общее полевое обмундирование, вооружение и снаряжение, даже язык схожий с русским говором.