Охотник на творцов (СИ)

— Доброго дня, — я открыл своё удостоверение. — Позволите?
— Да, да, конечно, — лишь мельком глянув на документ, заторопился парень, и я с трудом сдержал рвотный позыв, заметив жёлтые зубы с белым налётом.
Похоже, парень совершенно асоциален: про Истинную Веру молчу — её много не бывает, но уровень Бытовой Веры всего в сорок единиц — нонсенс! А Мимолётной и того меньше! Вероятно, он из дома по несколько дней не выходит? И я этому не удивлён. Однако, каким бы неприятным и нелюдимым парень ни был, но наша встреча — это работа. По крайней мере, для меня. А работу никто не отменял, придётся беседовать. Ну и персонаж…
Раньше бы я только посмеялся от попыток забрать на срочную службу подобного индивида. Я, до прихода Веры, чуть ли не конкурс в армию проходил! Но изменения мира коснулись даже отлаженной десятилетиями военной машины — из подобного червя может родиться машина для убийства, главное правильно вложить Веру.
Для моего собеседника это в равной степени обязанность и возможность, и судя по изменению интонации на угоднические, парень это осознал и ситуацией проникся. Ситуацию это не сильно спасло, ибо вкупе с внешним видом стало ещё отвратнее, но не всё коту масленица, нужно работать с тем, что есть.
— Проходите. Чем могу помочь? Что от меня нужно?
Я прошёл, отметив, что внутри сеней очень свежо и убрано, всё чуть ли не сияло! И даже чем-то приятно пахло. Я прошёлся по небольшому помещению и, преодолев очередную дверь, оказался в тёплой жилой части. Под ногами гулко ухнуло, как из бочки. Всё не просто старое, но древнее! Ещё немного и можно сдавать, как антиквариат. Но, опять же, чисто и уютно. Я даже замешкался, думая, снимать обувь или нет. Но решил всё же пройти так. Осмотр — это немаловажная часть проверки.
— Я хочу узнать, почему вас забирают в армию? И для чего вам нужно подключение военных игр? — строго вопросил я, по жесту хозяина проходя за стол, накрытый скатертью с рюшами. — Возникли какие-то проблемы с поступлением?
— Что вы! — парень суетился, включил ненавязчивую музыку на магнитофоне, без вопросов начав наливать чай из электрического самовара. — Я сам решил идти в армию!
Я даже не пытался скрыть удивления. Должен отметить, приятного удивления. Я думал, парню не хватило мозгов, социальных навыков или, что более вероятно по виду жилища — средств для поступления. Но я уже понял свою ошибку, ибо успел отметить в смежной комнате сверхнавороченный игровой компьютер: несколько экранов, системный блок сияет как новогодняя елка, подсвечивая водяное охлаждение, видеокарты и прочие девайсы футуристично выпирают — красота. Я с благосклонностью стал слушать.
— Понимаете… — парень смутился. Пальцы дрожали. Глазки бегали. Довольно мило. — Вы видите, я не в лучшей физической форме. Потому, отдавая долг родине, я надеюсь привести себя в порядок. А военные игры — это способ заложить основы привычным мне способом.
Под полом чуть слышно зашуршало. Парень неровно улыбнулся и рвано двинулся к серванту, где стояла коллекция духов, пожелтевших книг и виниловых пластинок вкупе с граммофоном! Все это венчала вазочка с печеньем и конфетами, которые радушный хозяин достал и поставил передо мной на стол.
— Привычным способом? И чем же вы занимаетесь сейчас? Какие имеете планы на будущее? — пригубил я чай с печенькой. Согласно правилам, есть и пить что-либо, находясь при исполнении, было запрещено. Однако чего бояться в столь уютном доме? Тут спокойно почти как “У Семёныча”. Тем более что угощение очень вкусное, и я расслабился окончательно.
— Я балуюсь программированием, — продолжал отвечать парень чуть дрожащим голосом, а пальцы его так и плясали не в состоянии замереть. Нервничает парень. Переживает. — Сейчас работы в этой сфере достаточно, и платят хорошо. А после армии, надеюсь, сумею обучаться по этому направлению и дальше, — и, перехватив мой взгляд на компьютер в соседней комнате, спешно закивал: — Да. Да. Для этого мне нужен компьютер.
— Программирование? — я взбодрился: — И какие языки программирования? Какие направления? И куда хотите вкладывать Веру?
 
Программисты получали немало Веры, хотя и узкоспециализированной. Про риски одержимости повторяться не буду, но вот способности у них проявлялись весьма занимательные: начиная от совершенно иного взгляда на мир, словно на программную симуляцию, и заканчивая возможностью взламывать саму реальность. О тех же, кто сумел не просто сродниться с компьютером, а оцифровать себя и уйти в сетевую реальность, ходят настоящие легенды!
Но Дима явно по этому пути не пойдёт. Сразу видно — разумный парень. Руки у Дмитрия вспотели, а голос задрожал. Волнуется. Переживает. Уважаемый читатель, в нашем циничном мире уже давно не встретишь искренних чувств, так что на душе стало теплее. Я с удовольствием глянул в обрамленное занавесями окно, выходившее на дорогу, где стояла служебная машина.
Бруту же наскучило сидеть у меня на плече, и он, чуть слышно фыркнув, решил прогуляться. Тоже правильно, хотя и неприятно, что приходится обыскивать.
— Я только начинаю свой путь, из-за этого язык программирования Pascal. Хотелось бы заняться дизайном сайтов, но на первых порах пытаюсь охватить как можно больше, чтобы быть подготовленным к любой работе. А Вера… первые пару лет, наверное, буду вкладываться в развитие навыка, а дальше даже не знаю.
— Подход правильный. И язык неплохой. Я сам на нём учился программировать ещё в институте… — воспоминание прервало шуршание под полом. Я поморщился, звучало очень нехорошо.
— Крысы… — поспешил меня успокоить парень, обильно потея.
— Старый дом. Понимаю, — закивал я.
Я чуть замешкался. Следующий вопрос очень важен. Вероятно, смерть матери и судимость отца связаны — это могло вызвать психологическую травму. А доверять в руки ненормальному боевую Веру — это глупость эпического масштаба. Но по непонятной причине стало жутко стыдно за необходимый вопрос. И так видно, парень нормальный, я не первый год работаю и разбираюсь в людях! Я едва решился его задать:
— Извините, что тревожу, но я должен знать: вы поддерживаете общение с отцом?
Парень вздрогнул всем телом и на тучной шее и лбу выступили бисеринки пота. Я в очередной раз пожалел о необходимости задать этот вопрос. Но парень собрался и даже сумел улыбнуться:
— После того, как он по пьяни убил мою мать, у меня больше нет отца. И я бы не хотел о нём говорить… Если честно, то мне уже скоро нужно уходить. Может…
— Конечно, конечно. Закругляемся, — я рывком поднялся.
Стеснять парня больше необходимого не хотелось, да и у меня самого ещё дела, стоило поторопиться. Я двинулся на выход. Брут, почувствовав мой настрой, появился рядом. Зря говорят, мол, первое впечатление самое верное: парень оказался более чем приятным собеседником и человеком. Такому бы я и свою жизнь доверил, не то, что игру…
— И куда это ты собрался? — шепот Брута оказался приправлен зубовным скрежетом и порыкиванием, близким к бешенству. — Ты, вообще, что за хрень творишь? Почему не спросил, где бабка? Её сигнал в доме, а её и близко не видно весь ваш разговор. Отчего не задаёшься вопросом, откуда у парня такой шикарный комп? Бабушка подарила внуку за хорошую учёбу? На пенсию? И что за бред с программированием? Pascal морально устарел ещё во время твоего обучения! Не говоря уже о его прогулке… Это даже не смешно комментировать!
— Брут, ты чего взбеленился? — попытался я возмутиться.
Однако слова Брута стали словно трещинка на идеальном витраже, к которой то дело возвращается взгляд, царапая сознание. Я и сам чувствовал: что-то не так! И причиной этого мог быть только Дмитрий… Но как? Он же такой милый и добрый парнишка… Стоп! А с чего это я вдруг к нему так хорошо отношусь? При входе я же чуть ли не плевался…
Мыслить в этом направлении оказалось тяжело, словно прорываться сквозь пелену сна. Словно осознавать себя. Но это означало, я действую в правильном направлении. Это значит, я сбрасываю воздействие. Я уже почти дошёл до двери на улицу, когда понял всё это. Остальное заняло буквально десяток секунд: активировать наруч, выбрать программу удалённого управления и замкнуть наруч моего визави. Парень вздрогнул от разряда и повалился на пол.