Сяо Тай, специалист по переговорам (СИ)

— А ну-ка помолчи. — говорит, нет даже приказывает она и Лилинг — послушно замолкает. Интересно. Тут же старшие дети над младшими такую же власть в семье имеют, что и кадет старшего курса военного училища над первокурсником. Или старослужащий в армии. Дедовщина, одним словом. Ну или в их случае — бабовщина? Прямо сейчас она, Сяо Тай — ну очень Главе нужна, а введя ее в семью на положении приемной дочери и старшей сестры этой Лилинг — он ей все права на такое вот обращение передал. В конце концов член она семьи теперь или нет?
— Почему ты рот открываешь, когда тебя не просят? — задает Сяо Тай вопрос и внимательно следит за выражением лица юной госпожи. Вот, недоумение, потом — гнев, раздражение, но только на секунду. Затем — покорность судьбе и смирение.
— Извини, старшая сестра. — склоняет голову Лилинг: — эта младшая сестра совсем забылась в своей радости. — она не успела даже выпрямится, как… шлеп! Подзатыльник. Хороший подзатыльник должен идти по касательной и не затрагивать мыслительных процессов в коре головного мозга, но должен немного встряхнуть мозжечок, формируя у реципиента чувство уязвимости. Такой вот мозговой серфинг, ладонь идет снизу вверх, от затылка к макушке, словно скользя по выпуклости черепа… жаль что у нее такие густые волосы…
— Ой! — глаза у Лилинг распахиваются, она недоуменно моргает и невольно поднимает руку к голове.
— Ты меня не слышала, младшая? Я сказала — молчать! Раздражаешь. — давит на нее Сяо Тай, продолжая отслеживать процесс принятия решений в этой маленькой голове избалованной стервочки и держа второй подзатыльник наготове.
— Но я… — шлеп!
— Получи еще разок. Честное слово, Ли, ты как будто тупая. Ты совсем глупенькая, да? Не понимаешь, что такое «молчать»? Скажи что-нибудь, давай, ну?
— Но, Старшая сестра… — снова подзатыльник. Идеально уложенная прическа на голове у Лилинг растрепалась, волосы торчат в стороны. Она краснеет, бледнеет, сжимает кулаки и кусает губы.
— И еще раз. Ты меня удивляешь, младшая. — продолжает безжалостно подавлять ее Сяо Тай. Она прекрасно понимает, что идет по грани, что Глава семьи обязательно узнает об этом. И что этот самый Глава на такие жертвы пошел, чтобы свою дочку от цитадели Лазурных Фениксов уберечь не для того, чтобы его дочку в своем родном доме мучали. Однако… в свое время Цао Цао именно так и вычислил убийцу Цао Ана — по несоответствиям в бухгалтерском балансе социальных связей. Если проще — то люди в своих отношениях подсознательно руководствуются неким аналогом закона обмена. Ты мне — я тебе. И этот счет должен быть равным, без перекоса в ту или иную сторону. Пример? Некий парень, который раньше не был таким уж романтичным, вдруг и подарок своей девушке купил ни с того ни с сего, и в кино сводил и к родителям и… понимаете? Да, его девушка только обрадуется, но если она понимает в балансе отношений — то сразу же задастся вопросом — а с чего он начал считать, что ей должен? Конечно, может быть, он пережил катарсис и понял, насколько она ему дорога… но скорей всего — за ним какой-то косяк, скорей всего — измена. Так и люди, которые обманывают тебя, подставляют, готовят жуткое западло — они чувствуют себя немного виноватыми и как следствие, становятся очень-очень добрыми. Покупают подарки, утешают, делают все, что в их силах, чтобы привести этот баланс в норму, хотя бы у себя в голове.
Пользуясь этим знанием, она выяснит самое главное — сколько правды в словах Главы и как он сам относится к ее шансам остаться живой и относительно невредимой после этой авантюры по замене невесты. Если он и в самом деле считает дело не таким уж и рискованным, а ее роль — не трудной и не такой уж болезненной и даже безопасной, то ее неминуемо накажут за такое обращение с Лилинг. Не сильно, на коленях постоять два часа, переписать трактат «О семье и ее ценностях» от руки, обеда там лишат. Бить и калечить не станут, она все еще нужна.
Но если сам Глава Баошу кривит душой и все это мероприятие — задание из разряда «самоубийственной миссии», неважно в какой части, наврал ли он ей насчет намерений клана Феникса, насчет того, что собирается выручить ее из твердыни или преувеличил свои возможности, приврал насчет адекватности той стороны… или же все-таки собирается устроить им всем «несчастный случай» по дороге — в этом случае никакого наказания не будет. Глава будет недоволен, Глава стиснет зубы, но он ничего не сделает. Максимум — побеседует с ней. Пожурит. Скажет «ну зачем же так с младшей сестренкой». Попробует сделать так, чтобы они поменьше встречались и только. Уж что-что, а организовать жизнь в высоком дома так, чтобы одна сестра другую не видела — ему ничего не стоит.
 
Потому и эти подзатыльники, и моральное давление на несчастную юную госпожу Лилинг — не просто так, из чистого садизма и желания отомстить за двадцать плетей на конюшне и час на коленях в ее комнате. Хотя, следует признаться — было приятно. Сяо Тай вдохнула полной грудью и уперла руки в бока, обозревая потупившуюся Лилинг.
— Вот почему тебя не отдадут Лазурным Фениксам, — говорит она: — ты слишком тупая, младшенькая. Что подумают в клане, если ты даже плошку с рисом ко рту поднести не сможешь? Что? Ты хочешь что-то сказать? — она приложила ладонь к уху и сделала вид, что прислушивается. Но наученная горьким опытом Лилинг промолчала.
— Хм. Ну надо же. Даже ты можешь чему-то учиться. Ладно. — она еще раз посмотрела на покорную девушку. Если просто издеваться над ней, то это выставит эту Сяо Тай в невыгодном свете, ведь Глава не дурак и может догадаться, что она просто проверяет его, а вот если… если обставить это как обучение — то она сможет убить одним камнем двух зайцев. Даже трех. Первое — она сможет издеваться над Лилинг совершенно оправданно, ведь тут, в этом мире методы обучения варварские, зубрежка и постоянные повторения. И конечно же, бамбуковой палкой от учителя, стоять на коленях и переписывать тексты наставлений — за здрасьте. Второе — она сама сможет узнать больше о культивации и методиках взращивания всей этой «ци». Как она поняла, от уровня культивации, умения управлять этой «ци» — зависит очень многое. Положение в обществе. Боевые способности. Даже бессмертие.
И наконец третье — статус учителя. Благодаря своей памяти в этом мире зубрежки и повторений она казалась чистым гением. Если бы не это, то как она могла бы претендовать на такой статус? Чему она могла обучить ту же Лилинг, которая изучает все эти трактаты и культивирует Жемчужину Лотоса с того возраста, как только начала осознавать себя как личность? Но сейчас она знала все эти трактаты наизусть и могла прочесть с любого места задом наперед, хоть ночью ее разбуди. И это убеждало всех окружающих, что эта Сяо Тай — гений и вундеркинд. Она бы, конечно, с этим поспорила, все-таки наличие эйдетической памяти, хоть и является хорошим подспорьем в учебе, но совершенно точно не является признаком гениальности. Гении — это те люди, которые видят проблему с другой стороны, под другим ракурсом и находят неожиданное и простое решение там, где другие видят только запреты и ограничения. Гении — это люди, которые находясь в стесненных условиях находят способ сделать свои недостатки — своими достоинствами и преуспевают.
Так, например простое изобретение в свое время свело на нет преимущество Карфагена над Римом, чудовищное оружие, боевые слоны — стали совершенно бесполезными после того, как какой-то неизвестный умник предложил набить длинные гвозди в доски, перевернуть и положить перед строем легионеров. Слоны ранили ноги, поворачивали назад, атаковали своих же. Вот таких людей, и такие решения она считала гениальными. Когда задним числом, уже потом решение кажется очевидным и все себя по лбу хлопают — это же было так просто!
Потому она не считала себя гением, гений давно уже выкрутился бы из всей этой тухлой идеи «а давайте заменим невесту, Фениксы все равно тупые, а скоро их не станет!», Как говорил один сухонький гениальный полководец — «гладко было на бумаге, да забыли про овраги».