Роза (СИ)
Глава 11
Что началось необыкновенным образом, должно так же и кончиться.
У верблюда два горба, потому что жизнь — борьба!
15 апреля 1950 года.
Сидим ждём у КПП. К шлагбауму уже подошла группа девушек в форме. Разглядывали нас и шушукались, периодически хихикая.
— В парадках, — заметил Булганин, разглядев азиаток. — Не иначе, как в увольнение собрались.
От девушек отделилась симпатяшка и подошла к нам.
— Сержант Пак, — представилась военнослужащая, и продолжила со смешным акцентом, — Командир Ким скоро будет. Ждёт когда генерал и полковник Кочергин уедут… Могут заругать за «гражданку»…
Тут появляется генерал со свитой. Пройдя КПП, направлялся к своей «Эмке», но увидев Булганина притормозил:
— Вы?… — неопределённо спросил Якубовский.
— Капитан Булганин, — рапортует Лёва, и уже более непринуждённо, — Виделись на дне рождения товарища Ворошилова.
Генерал кивает:
— Передавайте привет Николаю Александровичу.
— Пренепременно, — совсем уж по-неуставному отвечает Лёва.
Я включаю «нимбы» и читаю прозвища садящихся в машину. «Кубик» (генерал), «Кочерга» (полковник), «Баранка»(водитель), «Сосок»(ординарец). Стараясь не улыбаться, дожидаюсь отъезда машины. И тут появляется Она.
Сажусь на заднее сидение между двумя девушками. Лёва недовольно поворачивается, и бросает Даше:
— Ты это… Не трись об него.
Находчивая подруга даёт ему щелбан и отвечает:
— Сиди ровно… Отелло.
После обеда закрылись в номерах и дорвались друг до друга. Лежим запыхавшиеся на скомканной простыне. Глажу гармошку позвоночника между её лопатками. Читаю на нимбе подруги прозвище: «Принцесса Ким». Спрашиваю, оторвавшись от неё почесать себе за ухом:
— Чего ещё изволите, принцесса?
Та, шпыняет меня ногой:
— Чего остановился? Давай дальше…
Даю дальше. Привстаю, глажу плечи, лопатки, спину, попочку. Нагло залезаю пальцем во влажную пещерку…
— Вот жеж, — крутится ужом Настя, и перевернувшись на спину, расставляет ноги…
Вышли на ужин. Помятые, но довольные. Подошла завпансионатом и обратилась к Лёве:
— Позвонили из Москвы. Приедет Николай Александрович Булганин с венгерскими товарищами. Охрана попросила выселить всех посторонних…
— Выселяйте, — отхлебнув винца, говорит мажор, — Только мы тут причём? Если будете приставать — я маму из Москвы вызову. Она вам тогда тут устроит Сталинград. Папаня то поди с медсестрой или с артисткой приедет. Вы мою маму знаете? Звонить? То-то же…
Играем в номере в подкидного. Мальчики против девочек. Эти две уже спелись и семафорят друг другу глазами. Короче, только мы с Лёвой залезли под стол и начали кукарекать, заходит начальница. Заглядывает под стол и просит:
— Лев Николаевич, нужна ваша помощь. У вас же водитель в машине будет ночевать…
— Ну это вряд ли, — говорит Булганин, выползая из-под стола, — Кузьмич с поварихой какой-то договорился…
— Всё равно, — продолжает заведующая, — мне днём из МИДа протокол встречи венгерских товарищей продиктовали. В начале играют гимны. Причём у них мелодия, а у нас песня со словами… Их гимн из райкома днём привезли. Не могу найти нашу песню. Есть только мелодия. Мидовцы сказали, что завтра сделают оргвыводы, если протокол будет нарушен. А у меня машина с поваром за продуктами уехала… Прикажите вашему шофёру съездить в райцентр за пластинкой. Я секретарю райкома позвоню. У нас ещё есть полчасика. Может успеет…
— А зачем нам пластинка? — расплывается в улыбке гроза заведующих, — У нас тут целая певица телецентра есть. Даша… Слова гимна знаешь? Лучшей возможности познакомиться с папой и придумать невозможно…
— Ну, я как-то не готова… Слова нужно повторить. Одеться, — мямлит растерявшаяся девушка.
— Текст сейчас принесу. И красный бант на платье прицепим. — молвит, сложив руки на груди, воспрянувшая командирша пансионата.
Едва Даша успела сделать один прогон, на территорию въехала кавалькада машин. Группа встречающих: завпансионатом, начальник охраны и наш молодёжный квартет выстроились у патефона. Подходят. Останавливаются. Даша кивает. Укладываю иглу на крутящийся диск. Звучит торжественно-заунывный венгерский гимн похожий на «Боже, царя храни». Потом включаю мелодию нашего…
(https://youtu.be/cXYnUfqhitM Дарья Колесникова — Гимн СССР 1944 года)
Вспомнилась хоккейная серия с канадскими профессионалами 1972 года на которой звучал наш гимн со словами про Сталина, что было в те времена чрезвычайной редкостью.
Удивлённый ПредСовМина что-то одобрительно сказал местной начальнице. Поздоровался, скорчив гримасу, с сыном, покивав, типа «это опять ты» — со мной. Представился девушкам, интеллигентно поправив причёску:
— Маршал Советского Союза Николай Александрович Булганин. А как вас изволите?
— Сотрудник телецентра Дарья Колесникова. Старший лейтенант запаса. — отчеканила выпятившая высокую грудь девушка.
Настя посмотрела на холмы подруги и вниз на свою скромную двоечку. Улыбнулась, и с придыханием доложила:
— Командир зенитного экипажа сержант Ким… — увидела вопрос в глазах маршала, и добавила не по уставу, — Настя. Приятно познакомится.
От венгров главным был Янош Кадар — руководитель одного из отделов ЦК их компартии. Лёва Булганин с особым пиететом поприветствовал симпатичную санитарку из свиты отца, и кивнул нам как бы говоря «видали, каков папаша?»…
Делегации удалились в актовый зал для проведения несостоявшихся днём переговоров, а мы пошли в столовую, помогать накрывать столы для торжественного ужина.
Во время ужина после здравиц Сталину, советско-венгерской дружбе, маршал Булганин подошёл и сел за наш молодёжный столик.
— Ну, что молодёжь. О чём разговоры разговариваем? О чём мечтаем? — наливая себе коньяк, вопрошает член Политбюро.
— Мы, Николай Александрович, не только про любовь мечтаем… — ввинчивает тому сынок, — Я вот теорию авиаперехвата доделываю. Даша мечтает на День Победы фотографии своего погибшего батальона со школьниками по улице пронести. Юрка, тот чемпионом собирается стать и в футболе и в хоккее. На Олимпиаду хочет, так по крайней мере его дружок Васечка говорит. А Настя… А ты о чём мечтаешь?
Подруга задумалась, перестав улыбаться.
— Я больше всего мечтаю, чтобы моя родина — Корея стала единой. Для этого я готова пожертвовать всем…
Даже жизнью — мысленно продолжил я мысль последовательницы Павки Корчагина.
— Похвально, похвально. — оценил устремления молодёжи старший товарищ. — А я мечтаю сделать нашу страну страной свободных творческих инициативных людей. Страной где старики не будут голодать, где все дети получат хорошее образование и найдут своё призвание. Сейчас у нас много проблем. Разруха, люди ютятся в бараках и подвалах. С сельским хозяйством проблемы… В Венгрии такие же проблемы… (кивает на Яноша Кадара). Товарищ вот предлагает постепенный переход к рыночному социализму. Самоуправление предприятий под контролем партии. Хозрасчёт при госпланировании… Товарищ Маленков тоже предлагает убрать партруководство с предприятий почти целиком отдав трудовым коллективам самостоятельность. Если выберем этот путь… А товарищ Сталин уже пишет книгу «Экономические проблемы социализма»… Многое придётся менять. И от вас молодых многое будет зависеть. Что вы можете предложить чтобы страна зажила лучше?
Тишина. И тут, меня чёрт дёрнул влезть:
— Нужно решить перво-наперво проблемы жилья и продовольствия. По строительству крупнопанельного жилья предложение товарища Воронкова я передал в отдел ЦК. Там при освоении новых методов можно увеличить строительство жилья в два-три раза от запланированного.