Гарри Поттер и варианты бытия (СИ)

– Там зелья преподаёт профессор Слизнорт. Мне есть с чем сравнивать.
– Ладно, – Дамблдор примирительно поднял руки, – надеюсь, что твои предубеждения не помешают тебе хорошо учиться. У меня всё, но если ты хочешь ещё что-то сказать...
– Да, профессор, дело в том, что там я изучал немного другие предметы, чем здесь, и мне хотелось бы продолжить изучение того, что я изучал там...
...После беседы с директором Гарри встретился с близнецами Уизли и Малфоем в Выручай-комнате – удивительной комнате Хогвартса, о которой он узнал в другой вселенной. Эта комната действительно была палочкой-выручалочкой, становясь тем, что было необходимо тому, кто в неё приходил. Сейчас это была небольшая уютная гостиная с книжным шкафом, жарко натопленным камином и стоящими в углу рыцарскими доспехами. К совещанию присоединилась Джинни, которая каким-то особым женским чутьём почуяла, что Гарри не сможет ей отказать и в наглую напросилась в компанию главных хогвартских вредителей.
– Ну, Поттер, выкладывай, что ты такого гениального выдумал? – спросил в своей нагловатой манере Малфой. – А то дома говорить отказывался.
– Папа рассказал мне, как можно оживить доспехи, вот я и подумал, а что если устроить Филчу почётный эскорт?
– А может Снейпу? – предложил Джордж.
– Крёстный быстро разберётся и разгонит их, – поморщился Драко, – а Филча можно...
...Поздно вечером Гарри лежал с открытыми глазами и глядел в потолок. Аспид положил голову на подушку рядом с его ухом и тихо спросил:
– Ты ссердит и недоволен. В чем дело?
– Я залипаю здесь... – ответил наш путешественник между мирами. – Сначала я думал как можно быстрее свалить отсюда, думал, меня ничего здесь не держит, но появляются люди, которых я не могу бросить! Малфои, например...
– И эта девушшшка...
– И Джинни... Я обещал ей, что вернусь... Но здесь она тоже любит меня. Бросить её здесь значит предать. А не предать её здесь, значит предатьтам... А я не могу. Ни того, ни другого...
– Не спеши, хоссяин... Поток времени будет особенно бурным, многое решится само собой...
– Как это может решиться! – на душе у Гарри стало совсем паршиво, – это же...
– Мошшет и да, а мошшет и нет... Реальности сплетаются, мошшет случиться такое, о чём мы не можем предположить... Ссспи, будет новый день и новые пути...
...В воскресенье утром Гарри уселся в кресле у камина с учебниками: надо было посмотреть, что будет на следующей неделе, подготовиться к беседе с профессором Скриптиусом, который вроде и согласился взять Гарри в свой класс, но только после того, как лично убедится, что ученик разбирается в материале. Подошла Анжелина Джонсон, капитан квиддичной команды Гриффиндора, с вопросом когда ждать Гарри в команду.
– После рождества, – ответил Гарри. – Тётя Цисси говорит, что после всех этих передряг раньше нельзя.
– Это миссис Малфой? – удивилась Анжелина. – Чего это ты к ней так фамильярно?
– Так там она моя крёстная, вот и привык, а здесь вроде никто не возражает. А когда она говорит о здоровье, лучше слушаться. Здесь она мало практикует, и всё равно к ней ходят советоваться из Гильдии, да и саму постоянно зовут. А там она за меня взялась... не представляешь себе! Видишь, кстати, я теперь без очков хожу?
– Ладно, нельзя, так нельзя... – проворчала капитан гриффиндорской команды. – Только, мне кажется она это специально, чтобы Слизерин выиграл...
Следующим был Рон, который пришёл поиграть в шахматы. Но увы, у Гарри были другие планы: До обеда читать учебники, готовиться к следующей неделе, а после зайти к Хагриду. Уж очень хотелось лесничему лицезреть того редкостного гада, который подрабатывал у Поттера домашним питомцем.
– Пошли вместе! – тут же оживился Рон.
– Пошли, – согласился Гарри, – и Гермиону возьмём.
Рон вздохнул:
– Возьмём, куда же мы денемся...
– Вы что? Разругались?
 
– Да нет, но... достала она уже меня с этой учёбой! И вроде хорошая девчонка, и помогала нам всегда, но сколько можно!
– Но ведь учиться и в самом деле надо. Не так ли?
– Ну надо... – рыжик отвёл глаза. Похоже, он рассчитывал на другой ответ. – Но просто сколько можно! Вот ты сам подумай... – и он пустился в пространные рассуждения о том, что не учёбой единой жив студент Хогвартса. Выслушивать эти излияния Гарри было некогда, поэтому он прервал приятеля словами:
– Ладно, Рон, извини, мне надо кое-что дочитать...
Рыжик вздохнул и пошёл доставать шахматами кого-нибудь ещё.
А вечером у Хагрида Гарри испытывал острое ощущение дежа-вю. Полувеликан, так же как и совсем недавно в другой вселенной, восхищался "милой зверушкой", которая доверчиво грелась в его огромных ладонях, излагая проект переписи змеиного населения Запретного леса.
– А что, Гарри? Ты же у нас змееуст. Чего такому таланту-то зря пропадать? – рассуждал он, прихлёбывая ароматный чай. – Да и Дамблдору покажем, что это может пользу приносить. А то "Тёмный дар! Тёмный дар!", а что в нём тёмного-то, скажи на милость?! Зверушек-то понимать, это всегда к добру!
Немного разбавляло это, весьма неприятное для Гарри ощущение повторения пройденного, присутствие Рона и Гермионы. Но это присутствие вызывало в памяти старые, и может для кого-то добрые, деньки их совместных похождений, но Гарри эти воспоминания не были так уж дороги и приятны ибо были связаны и с Дурслями, и с произволом Снейпа, который, кстати, так и остаётся в этом Хогвартсе, да и многие события тех дней случилось ему переосмыслить и понять по новому благодаря родителям. А Хагрид продолжал рассуждать:
– И то, что вы снова вместе, ребята, тоже хорошо. А то тоже мне взяли моду, – он погрозил пальцем гриффиндорским старостам, – как только Гарри пропал – начали ругаться! Последние пару месяцев вообще не разговаривали! Куда это годиться? А ведь были друзьями, не разлей вода! Ну ничего, ты теперь вернулся и всё пойдёт по-старому!
– Не надо, Хагрид, – тихо сказал Гарри. – Не хочу, чтобы всё было по-старому.
– Ну-ну, ты мне тут из себя старика не строй! Рано тебе, понял? – забеспокоился лесничий. – Да и не всё в твоей жизни было плохо!
– Не всё, – согласился юноша.
В общем, когда компания покинула Хагрида, Гарри даже испытал некоторое облегчение. Пока шли в замок он спросил:
– Так вы что, разругались?
– Да мы и не ругались... – тихо ответила Гермиона. – Просто...
– Просто у нас иногда возникает непонимание! – сформулировал Рон. – Нельзя же постоянно думать только об учёбе!
– Нельзя, – согласился Гарри, – надо побыстрее отделаться от домашнего задания и заниматься тем, чем хочется. И вообще, ребята, это не повод для того, чтобы ссориться!
– Точно! – обрадовался Рон, а Гермиона взяла рябят за руки и широко улыбнулась. У неё на душе стало тепло и спокойно, впервые с того момента, как Гарри принёс тело Седрика из лабиринта...
...Как только ребята ушли, в камине у Хагрида полыхнуло зелёным, и оттуда вышел Дамблдор.
– Ну Вы вообще, профессор! – ахнул лесничий. – Словно за нами подглядывали.
– Не скрою, Рубеус, мне не терпится узнать твоё впечатление, поэтому я постоянно смотрел в окно, в то самое, где так хорошо видна твоя избушка.
– А! Вот оно что! А я -то думал...
– Да, представь себе, большинство чудес не требуют магии. Но всё же, как тебе Гарри?
Хагрид задумался, почесал в бороде, потом в затылке, промямлил:
– Изменился он, это точно.
– А как?
– Знаете... Он как здесь и не здесь... И от ребят он как-то отделился. Да. Но не только... И не скажешь, что сломался он, и не скажешь, что потух... а вот... как-то всё равно ему теперь, что здесь происходит! Вот! Вот сказал я, Вы уж простите, проговорился, что ездил по Вашему заданию, только на днях вернулся. Он вроде и спросил куда, а как я сказал, что об этом говорить нельзя, так он сразу: "Нельзя, так нельзя.", и сразу о другом стал, словно ему это и не интересно. А раньше то как было! Раньше он бы из меня всю душу вынул бы. Вот!