Гарри Поттер и варианты бытия (СИ)

– Что с тобой? – озабоченно спросил Артур, нежно обнимая жену.
– Боюсь за них... – ответила та, и вдруг добавила: – Не верю я Альбусу.
Мистер Уизли удивлённо уставился на неё, а Молли словно не замечая этого взгляда продолжила:
– Сириус прав. Альбусу глубоко наплевать и на нас всех. Если бы не это, он бы не устроил такого лета для Гарри.
* * *
Хогвартс-экспресс дал последний гудок и отчалил от платформы, унося учеников навстречу новому учебному году. Гарри стоял рядом с родителями и махал рукой вслед удаляющемуся поезду. Когда последний вагон скрылся за поворотом, Лили обняла сына за плечи:
– Ну? Пошли домой?
Уизли, которые тоже провожали своих детей в школу, подошли к Поттерам. После совместного похода в Косой переулок и последовавших за ним переговоров двух мам, Молли стала относиться к Поттерам вообще и к Гарри в частности гораздо лояльнее.
– Ну и как тебе провожать поезд? – спросил Артур.
– Привыкай, – усмехнулась Молли, – не успеешь оглянуться, как будешь уже своих детей отправлять.
* * *
Аластор Грюм и Альбус Дамблдор сидели в кабинете директора Хогвартса.
– Итак, Альбус, ты убеждён, что Гарри попал в параллельную вселенную.
– Я это знаю, Аластор, – директор волшебной школы выглядел уставшим и снедаемым заботами. – Он появлялся... так скажем, в Косом переулке, и на платформе 9 и 3/4, но на поезд не сел. А так в основном он сидит в районе Годриковой Лощины.
– А конкретно – в доме Поттеров, – уточнил Грюм. Получив подтверждающий кивок, отставной аврор задал вопрос: – Может Блэк и в самом деле прав? Парень нашёл там семью и не стоит его дёргать?
– Ох Аластор, Аластор... – Дамблдор устало потёр лицо руками. – Если бы каждый из нас мог жить так, как лучше только для него... Но у каждого есть Долг, который надо исполнять.
– В долг сначала дают, а потом уже взыскивают... – усмехнулся Грюм. – А за то, что давали Поттеру, добром платить не принято.
– Есть Высший Долг, Аластор, и он лежит на каждом. И тем, кто следует этому Долгу, судьба всегда воздаст должное. Ладно, иди, мне надо хоть часок поспать, а то скоро приедут дети, буду на пиру народ веселить...
Грюм только покачал головой и вышел, не говоря ни слова.
  
Глава 9. Враг внутри
 
Все друзья отправились в Хогвартс, а Гарри остался дома с родителями. Отец целыми днями пропадал где-то по делам политическим, приходил домой только к ужину. За ужином собиралась вся семья (исключая Катрин, которая сейчас была в Хогвартсе) и шло бурное обсуждение последних новостей. В процессе этого обсуждения все плавно перебирались в гостиную, к растопленному камину, ибо вечера уже были холодные. Днём Гарри большей частью что-то читал или делал школьные задания, которыми его обильно снабжал Драко. Иногда мама выпроваживала его на улицу, но никого из друзей рядом не было, поэтому Гарри просто бродил в постепенно увядающем парке, частенько мама выходила с ним сама и они вели долгие и интересные беседы о жизни волшебного общества, параллельных мирах, магии и магах... Гарри запомнил это время как, пожалуй, самое счастливое в своей жизни.
Однажды он подошёл к ясеню, который подарил ему его первую (в этоммире) волшебную палочку. Юноша прижался щекой к шершавой коре и прошептал:
– Здравствуй, приятель... А та палочка у меня сгорела... когда Снейп меня сжёг...
Дерево зашумело над его головой и что-то сильно стукнуло Гарри по макушке. Оказалось, что это была прямая ветка, примерно в локоть длиной, почти такая же, как и та, которую ему подарил этот ясень в раннем детстве. И в этой ветке была магия! Немного другая, чем в той, первоначальной палочке, но ведь и сам Гарри тоже изменился.
В поместье регулярно появлялся Сириус и учил Гарри тонкостям ментальных наук: окклюменции – защите сознания – и легилименции, способам проникновения в чужие мысли. Эти науки предполагают высокую дисциплину мысли и организованность собственного сознания, поэтому Гарри волей-неволей вспоминал всю свою жизнь, от самого рождения, как в этом мире, так и в том, где его родители погибли. И изучая своё сознание, он однажды ощутил в нём чужое, очень злое присутствие...
 
***
Учебный год начался на удивление спокойно. Приезд в Хогвартс, распределение первокурсников, праздничный ужин, речь Дамблдора. Даже Малфой как-то притих и ни разу не воспользовался своими правами старосты для того, чтобы вредить гриффиндорцам, чего нельзя сказать про Рона, который не упускал случая снять балы со Слизерина, по поводу и без повода. Закончилось это тем, что однажды профессор ЗОТИ, Сириус Блэк, пригласил старост Гриффиндора к себе, на чай. Явление, в общем-то, достаточно рядовое, если учитывать насколько близкие отношения сложились у Сириуса с друзьями Гарри ещё летом, неожиданным было то, что за чайным столиком уже сидели Малфой и Паркинсон – старосты Слизерина.
– Ребята! – начал беседу Блэк, – На вас жалуются, что вы придираетесь к слизеринцам без дела.
В ответ Рон начал было высказываться на тему что слизеринцы плохие уже потому, что слизеринцы, но его остановила Гермиона:
– Мы не можем быть несправедливыми! Думаю надо договориться поступать так, чтобы никто не мог к нам придраться.
– С какой стати я буду договариваться с Малфоем!... – вспыхнул Рон, но Малфой его одёрнул:
– Я почему-то думал, что дядя поможет нам поможет нам разобраться с этими проблемами лучше, чем деканы.
Рон заткнулся и всё время беседы сидел обиженный, так что вести переговоры пришлось Гермионе. Впрочем, собственно переговоры продлились недолго, ребята быстро решили, что во избежание взаимных претензий Малфой и Паркинсон будут сдавать нарушителей-гриффиндорцев старостам Гриффиндора и наоборот, после чего мероприятие плавно перешло в чаепитие и вполне дружеское обсуждение школьной жизни. Не сказать, что старосты после этого стали друзьями, Рон так вообще неделю ходил обиженный на весь белый свет, но в результате количество межфакультетских конфликтов резко уменьшилось...
...Внешне это здание выглядело так, словно его сначала обстреляли из старинных пушек, потом подожгли, а потом оно ещё лет сто простояло без хозяев. Внутри оно поражало шикарными, хотя и очень мрачными интерьерами. В одной из зал этого мрачного замка на высоком чёрном троне восседало мрачное существо, с горящими как два красных угля глазами. Высокий блондин в чёрной мантии вошёл в зал и опустился перед троном на колени.
– Мой Лорд! – произнёс он, склонив голову.
– Дамблдор уверен, что мальчишка удрал от меня в параллельный мир, – Вольдеморт начал без предисловий. – Что ты думаешь об этом? Нарцисса когда-то занималась этими вопросами.
– Мы почти ничего не знаем о том, что произошло там на самом деле, мой Лорд, – уклончиво ответил Люциус Малфой.
– Ты получишь всю информацию, какую вообще возможно получить. Помни, мальчишка нужен мне живым.
– Мы с Нарциссой займёмся этой проблемой.
– Вы с Нарциссой решитеэту проблему, – поправил своего слугу Вольдеморт. – Слишком много провалов было у тебя в последнее время. Ступай.
***
Гарри рассказал Сириусу о чужом присутствии в своём сознании. Сириус долго расспрашивал юношу, всё уточняя, выясняя детали и подробности, пока Гарри наконец не осенило:
– Да это же Вольдеморт! – Воскликнул он, и пересказал ещё раз о своей связи с великим злодеем: как ещё на первом курсе у него болел шрам от одного только присутствия Квирела с Вольдемортом на затылке, как он реагировал на настроения Врага, как его посещали видения, в которых он видел себя Вольдемортом.
– Аздесь, – добавил Гарри в самом конце рассказа, – я его ещё ни разу не чувствовал.
Сириус какое-то время думал, всё больше и больше мрачнея, наконец обратился к своему ученику:
– Гарри, ты мне доверяешь?
Юноша очень удивился этому вопросу, но решительно кивнул:
– Конечно, Сириус!
– Тогда позволь мне заглянуть в твой разум. Просто очисти сознание и не сопротивляйся.