Гарри Поттер и варианты бытия (СИ)

– Только с Ваших слов. Как там? "На исходе седьмого месяца придёт тот, в чьих силах будет сокрушить Тёмного Лорда, и ни один не сможет жить, пока жив другой".
– Почти, если не обращать внимания на нюансы. Парню предстоит страшная битва, я хотел чтобы он закалился.
– А не боитесь, что он озлобится? Станет новым Тёмным Лордом? С другой стороны, почему в таком случае Вы не учили его ничему серьёзному?
– Почему же, он неплохо подготовлен по защите, сумел выиграть Турнир Трёх Волшебников, почти на равных бился с Вольдемортом.
– Ерунда! До сих пор он выезжал только на удаче, которую обеспечила жертва Лили, но Вам прекрасно известно, что это только защита. Победить этим он не сможет, а его подготовка недостаточна даже для поступления в аврорскую школу.
– Ему ещё рано думать о поступлении.
– Но пора думать о Вольдеморте. А он вертится вокруг Хогвартса с того самого дня, как Гарри получил первое письмо с приглашением. И не говорите, что не знали об этом и не связали с пророчеством.
– А что, если я просто не хотел перегружать ребёнка и старался обеспечить ему хоть немного детства?
– Да, конечно, и ради этого сплавили его Дурслям, регулярно стравливали с Вольдемортом, отправили драться с василиском... Даже садовому гному ясно, что Вы хотите чего-то добиться. Чего?
– Сириус! Боюсь, что я не могу ответить на твой вопрос! Что ещё?
Блэк какое-то время сверлил директора взглядом, наконец произнёс:
– Я так понимаю, что спрашивать о том, почему этим летом Вы бросили парня у Дурслей без поддержки и информации бесполезно?
– Почему же. В ту трагическую ночь смертельное заклятие Вольдеморта создало между ним и Гарри связь. Вольдеморт может проникать в сознание Гарри. Я имею все основания полагать, что наш враг может узнавать всё, о чём знает Гарри. Именно поэтому я решил держать его в изоляции. Ради его же безопасности.
– И в результате мы имеем то, что имеем. Как давно Вы обнаружили эту связь?
– Вообще-то, я подозревал о её существовании с самого начала, потом, когда Гарри был на первом курсе, я получил первое подтверждение, но не мог быть уверен, насколько сильна эта связь, сейчас...
– И Вы не учили его окклюменции?! – Сириус даже встал. – Зная всё это?
– Пойми, это было не более чем предположение...
– Да если и так! Подстраховаться, принять меры заранее, а если получится, то и использовать эту связь для того, чтобы наблюдать за врагом! Ведь Гарри может получать информацию, недоступную никаким шпионам! И без риска компрометации!
– Ты хоть понимаешь, чем это могло обернуться для Гарри?!
– Зато я прекрасно вижу, чем все эти игры обернулись для него теперь! И для на всех, кстати.
Сириус поднялся, произнёс официальным тоном:
– Альбус! Я могу поддерживать Вас только в том объеме, в каком понимаю Ваши действия.
– Спасибо за предупреждение... – ответил Дамблдор хлопнувшей двери.
***
Лили вышла в сад. Над деревьями раздавался звонкий детский смех: Гарри, как и два года назад, катал на метле Катрин, словно ничего не произошло, словно не горел он два года назад в Адском Пламени. Джинни, тоже на метле, вилась рядом. Лили вздрогнула: теперь ей приходилось думать, как защитить свою дочь от собственного сына, чтобы однажды не потерять обоих. "Великая Мать! – взмолилась она: – Ты вернула его мне, так помоги сохранить!" Она вернула на лицо радостную улыбку, ведь дети не должны ничего заподозрить, особенно Гарри, ради его же безопасности, ради того, чтобы в неведении оставалось то Лихо, которое сейчас в нём спит.
– Дети! – звонко крикнула она. – Идите домой, у нас есть дело!
Гарри быстро снизился, вызвав у Като испуганный, но восторженный писк, поставил сестру на землю, сам резво соскочил с метлы. Раскрасневшаяся Джинни приземлилась рядом.
– Да, мама? – спросил подросток.
– Мы с папой решили, что вам всем надо учиться защищать сознание. Раньше вы все этим уже занимались, так что надо будет только вспоминать, как это делается.
– Я никогда этому не учился... – потупился Гарри.
 
– Ноздесьты учился этому с пяти лет, как и все чистокровные волшебники. Думаю, ты быстро вспомнишь. Джинни тоже не помешает вспомнить окклюменцию. Она останется у нас только два дня, поэтому мы начнём заниматься прямо сейчас.
Ребята вздохнули, но спорить не стали и направились в дом.
  
Глава 8. Летние хлопоты
 
Август бежал своим чередом и наконец перевалил за половину. Гермиона поначалу отправилась к родителям, а потом, ближе к концу месяца, снова перебралась в Нору. Наконец прилетели школьные совы со списками учебников. Гермиона распечатала конверт и из него выпал значок старосты. Девушка смотрела на него, раскрыв рот: за всеми тревогами и происшествиями лета она и забыла, что в этом году назначают старост. По правде сказать, она ни разу не задумывалась, кто займёт эту должность и уж тем более ни разу не примеряла эту роль на себя. И вот, пожалуйста. Из оцепенения её вывел вскрик Рона: в его конверте лежал такой же значок.
– О! Мыска Лонни у нас сталоста! – просюсюкал Фред.
– Ну это только потому, что нет Гарри, – ответил Джордж. – Гарри вернётся и закончится твоя карьера, Ронни!
– Не слушай их! Никогда ещё такого не было, чтобы назначенных старост снимали с должности! – миссис Уизли недовольно поджала губы, Рон тоже недовольно засопел, но сказал решительно:
– Да пусть! Лишь бы Гарри вернулся.
Услышав эти слова, Молли тяжело вздохнула:
– Эх, где-то он сейчас мается...
– А мне кажется, что у него сейчас всё очень хорошо! – как-то задумчиво сказала Джинни.
* * *
Оставшуюся часть лета Гарри был сильно занят. Ему приходилось в спешном порядке проходить заново всё то, что здесьон осваивал чуть ли не с рождения, и о чём он в том, другом, столь жестоком для него мире, не имел ни малейшего представления. История собственной семьи, устройство магического мира, защита сознания... А ведь были ещё и чисто школьные дисциплины: зелья, чары, трансфигурация, астрономия, руны. Память его собственного, местного я, и помогала и мешала. Прорывы этих воспоминаний случались неожиданно, иногда под влиянием какой-то малозначительной детали, и далеко не всегда по делу. Читает он, например, в гостиной книгу по волшебным существам и тут приходит воспоминание о том, как на этом самом диване папа читал ему сказки о войнах с великанами...
– Прочитай мне про то, как рыцарь-маг разгромил великанов и спас королеву Авалона! – просит Гарри
– Лучше я расскажу тебе, как всё было на самом деле, – улыбается Джеймс.
– На самом деле? – удивляется маленький Гарри. – А это было на самом деле?
– Конечно! Ведь это про Гийома Бесстрашного, твоего... – Джеймс на секунду задумывается, словно подсчитывая что-то в уме: – пра-восемь-раз-дела...
Но очень часто эти воспоминания помогали. Сами собой всплывали из памяти заклинания, рецепты зелий, а иногда и такое, чего Гарри в другой вселенной совершенно не мог знать, например, знание рун. Неожиданно для себя он обнаружил, что легко читает рунические тексты и довольно свободно может толковать и рунические заклинания, и связки. Оказалось, что ещё до школы он увлекался рунами и неплохо их освоил. Впрочем, чему удивляться, Поттеры ведут свой род от нормандских скальдов и руническому искусству начинают учиться тогда же, когда и говорить.
Ну и конечно то, что должен знать любой чистокровный волшебник: этикет, дуэльный кодекс, родовая магия. Что бы там ни было, но Поттеры были и оставались одним из столпов магической Британии и Гарри, как наследник рода, должен был соответствовать. Знания его местного Я постепенно возвращались, а вот привычки оставались прежними, что порой приводило к весьма неприятным ситуациям. Но Гарри старался. В конце концов, он ведь не какой-то там Дадли Дурсль! Ну и конечно же, Нарцисса Малфой, которая взяла его в свои цепкие целительские руки.