Тёмная Вестница (СИ)
За моей спиной хлопнула дверь, я пошла по пустому коридору в сторону холла, размышляя о том, на что потратить образовавшееся окно в расписании.
***
7-5
Я сидела в кафе-библиотеке «У Гремлина», посматривала на часы и думала, выпить ли ещё чаю. До второй пары было ещё достаточно времени, чай здесь был бесплатным, и с чашкой в руках лучше думалось, так что я решила не отказывать себе в этой маленькой комфортности.
Администратор у стойки был глухонемым, я узнала об этом на первом курсе и выучила несколько фраз на местном языке жестов, после чего меня полюбила вся семья хозяев кафе, у меня здесь всегда были самые комфортные условия. Уже возвращаясь за свой столик, я краем глаза увидела, как кто-то у входа делает то же самое, что обычно делала я – здоровается на языке жестов, и администратор ему приветливо машет и показывает меню с ценами.
«Алан.»
Я узнала его ауру, не оборачиваясь – второй такой не было, теперь уже точно. Я потратила на её изучение слишком много времени для того, чтобы случайно спутать, так что не сомневалась. Он шёл за мной.
Я села на своё место и перевернула страницу книги, на которой была схема крыла демона-иерарха, на следующей было строение челюстей, я не стала переворачивать ещё раз. Подняла глаза на Алана, который молча стоял рядом с моим столиком, улыбался с лёгкой укоризной и делал вид, что если я ему не позволю, то он не сядет.
– Можно присоединиться, ваше высочество? – его шёпот был одновременно скромным и безгранично наглым, я не стала отвечать, он сел и улыбнулся шире, с намёком на оскал: – Что ты устроила?
– А ты?
Я смотрела на него прямо, он нахмурился, я достала телефон, открыла видео и развернула к нему экран. Он всмотрелся, потом поражённо раскрыл рот и схватился за голову двумя руками, с таким лицом, как будто действительно в шоке. Я ему не поверила – на нём был какой-то новый щит, который скрывал от меня его страх и прочие негативные эмоции, такой щит не нужен тому, кому нечего скрывать.
Он досмотрел видео, выключил экран и тихо спросил, не поднимая глаз:
– Кто это снимал?
– Это не важно.
Молчание было таким тяжелым, что даже в кафе-библиотеке наш стол ощущался провалом в звуковом поле, я смотрела на Алана предельно внимательно, чтобы не пропустить реакцию.
Он ровно спросил:
– Чего ты хочешь?
– Я хочу узнать, кто это такой.
Он поднял голову, посмотрел на меня с удивлением и облегчением, указал глазами на экран и поднял на меня вопросительный взгляд, как будто интересовался, как я поняла это. Я иронично подняла бровь и сказала:
– Шутишь? У него нет татуировки. И даже если предположить, что ты умеешь её маскировать, время съёмки – это почти то время, когда мы с тобой сидели в ресторане. И в тот вечер, когда я искала Никси, ты был в отеле и вернулся слишком быстро, а в общежитии водных был кто-то другой, туда невозможно дойти за такое время. Кто это?
Алан молчал и улыбался, как будто каждое моё слово было для него подарком, я не понимала причины и продолжала задавать вопросы.
– Сколько вас тут под одним паспортом?
Он продолжал молчать, опустил глаза и опять взял телефон, включил видео и пересмотрел, с неподдельным наслаждением на лице, один раз, второй. На третий я забрала телефон, вынуждая Алана посмотреть на меня, тихо сказала:
– Знаешь, я видела портреты в книгах, они как по форме отлитые, десятки Иссадоров с одинаковыми лицами. Это нашествие демонов меня пугает, я уже думаю о том, чтобы сообщить куда следует.
Алан улыбался всё шире, смотрел на меня так, как будто всё происходящее, включая каждое моё слово – восхитительное шоу, задуманное лично для него.
– Врёшь.
Я подняла брови с молчаливым требованием либо обосновать, либо перестать говорить ерунду, он улыбнулся и качнул головой, шёпотом протянул:
– Это тебя не пугает. Тебя вообще ничего никогда не пугает, особенно демоны. Тебе не страшно. Тебе интересно, любопытно и весело, тебе нравится расследовать и допрашивать. Знаешь, почему?
Настала моя очередь молчать и ждать продолжения шоу, Алан наклонился ко мне ближе и шепнул:
– Потому что ты тоже демон, принцесса Лея.
Я подождала, пока он сядет на своё место, и скучающим тоном поинтересовалась:
– Ты хотел меня удивить? – Судя по его удивлённому лицу, именно этого он и хотел, я продолжила ровным тоном: – Я в курсе. И я так же в курсе, что это ничего не меняет в нашей ситуации. Вот это я требую объяснить, – я постучала ногтем по экрану телефона, – моя демонская сущность к этому совершенно никакого отношения не имеет.
Алан впечатлённо качнул головой, тихо смеясь:
– Лея... ты нечто.
– У тебя последний шанс ответить на мой вопрос.
– А потом что? В полицию пойдёшь? – он опять смотрел на меня с высокомерной самоуверенностью богача, точно такой же, как у второго демона за учительским столом. – Я со всеми шишками встретился уже, затусил и одарил по-королевски, они у тебя даже заявление не примут с такими хлипкими доводами. К тому же, ты действительно готова похоронить репутацию своей подруги ради того, чтобы насолить мне? Видео всплывёт. Если будет суд – стопудово всплывёт.
– Лучше я похороню её репутацию, чем жизнь, – я взяла телефон и придвинула к себе, посмотрела на Алана и представила, как это видео смотрит десяток тысячелетних эльфов из семьи Никси, во главе с председателем Совета Альянса, усмехнулась: – И вообще, я не буду заниматься этим сама, я свяжусь с её семьёй, они разберутся. Ты не представляешь, кто её отец, и чей он сын. Всей вашей Грани не поздоровится, если на вас ополчится эта семья.
– Лея... – он с силой потёр лицо и откинулся на спинку дивана, потом опять сел и посмотрел мне в глаза предельно серьёзно: – Послушай меня, пожалуйста. Хочешь – проверь, потребуй любые доказательства, я их вместе с тобой готов искать вечно, пока не найду. Никто твою Никси силой на войну не потащит. По самой простой и самой важной причине – она плохой солдат, потому что бестолковая, как дитя малое, её убьют там, быстро и бесполезно. Польза от неё может быть только в аудитории, и там я её хочу видеть. А это... – он посмотрел на телефон, тяжко вздохнул и мрачно пообещал: – Об этом я поговорю.
– С кем?
Он указал взглядом на экран, как будто говорил: «с ним», но почему-то не мог сказать этого вслух.
– Ты понимаешь, что она думает, что это ты?
Он поморщился и замотал головой, как будто я говорила ерунду:
– Нет. Она... с ним. Я ей никогда поводов не давал, я всегда говорил тебе правду, Лея, она мне не интересна. А вот ему, похоже, да.
«Какому, к чёрту, "ему"?»
Меня это раздражало, Алан, похоже, заметил, потому что придвинулся ближе и включил обаяние на максимум, шёпотом уговаривая меня:
– Не лезь в это дело, ладно?
– Я буду в него лезть. Потому что она добрая и доверчивая, а вы этим пользуетесь.
– Откуда тебе знать, может, у них любовь, – он задумчиво смотрел на телефон, я фыркнула, прошептала с большим намёком:
– Нельзя любить того, кто тебе врёт. Любовь должна быть честной.
Алан прижал руку к груди и кивнул:
– Я с тобой согласен всем сердцем. Они – не факт. Может, им так хорошо, так, как есть. Я бы на твоём месте не лез. А вот на своём полезу, не хочу, но должен, потому что это действительно может стать проблемой. Скинь мне, а? – он достал свой телефон, я накрыла ладонью свой:
– Да конечно. Чтобы ты её шантажировал? Нет.
Он поднял ладони:
– Ладно. Дай хотя бы сфоткать экран, где её не видно. Я должен ему доказать, что видео существует.
Я посмотрела на него с сомнением, потом решила, что это будет допустимо, и открыла видео, выбрала кадр, где лицо Никси было размыто, и развернула телефон Алану. Он сделал фото, показал мне:
– Вот так, нормально? – я проверила и кивнула, он спрятал телефон и мрачно вздохнул, покачал головой, шепча как будто сам себе: – Это косяк. Не мой, но косяк, я признаю, – он поднял руки, как будто сдавался обстоятельствам, или пытался выглядеть сдавшимся и неопасным, я ему не верила. Он посмотрел на меня и кивнул: – С этим надо что-то делать, и я буду это делать, потому что я обязан. А тебя я прошу просто не вмешиваться, ты всё равно ничего не сможешь сделать. Она же тебя не слушает, да? – Я отвела глаза, он усмехнулся: – Не слушает, влюблённые глупы и упёрты. Давай пойдём куда-нибудь поедим, а? Ненавижу разговаривать шёпотом.