Искатели потерянного ковчега. Индиана Джонс и последний крестовый поход

Они огляделись. Спиной к ним за приборной доской с различными выключателями, дисками и счетчиками сидели четыре радиста в наушниках. Углубленные в работу, они сначала не заметили непрошенных гостей.
— Из огня да в полымя, — прошептал Генри, однако недостаточно тихо: один из радистов обернулся и вздрогнул, увидев в комнате двух связанных незнакомцев.
— Что же делать, Инди? — простонал Генри. — Придумай что-нибудь.
Инди лихорадочно рыскал глазами по сторонам, ища рычаг, который помог бы им вернуться обратно. Тем временем радист уже встал со стула и окликнул коллег. Наконец Инди заметил рычаг — тот был прямо перед ним, но расположен так высоко, что ногой не достать. Ну что же, остается только одно…
— Оттолкнись ногами! Сильней! — крикнул он и, резко наклонившись вперед, изо всей силы стукнул по рычагу головой. Пол повернулся, и как раз вовремя — радист вытащил пистолет и сделал несколько выстрелов.
Пули попали в закрытую дверь.
Инди и Генри вновь оказались в охваченной огнем комнате. Горело все: и ковер, и занавеси, и мебель, столбы пламени поднимались до потолка. В воздухе носились жирные хлопья сажи, которые разъедали глаза и не давали дышать.
Наверно, лучше вернуться, — прокричал Генри, с трудом перекрывая рев разбушевавшейся огненной стихии.
Инди не ответил. Он был занят тем, что пытался разорвать обгоревшие веревки на руках, и наконец ему это удалось. Не мешкая, он вскочил со стула, бросился к отцу и развязал его. Затем торопливо огляделся. Внутри дымохода над камином он заметил решетку. В это время потайная дверь снова начала вращаться.
— Быстрей, сюда! — крикнул он отцу, потом встал на стул, и, ухватившись за решетку, с трудом протиснулся в дымоход. Уперевшись ногами в одну стенку, а спиной в другую, он наклонился вниз и, схватив отца за руку, втащил его внутрь как раз за секунду до того, как четыре радиста ввалились в пылающую комнату.
С пистолетом наготове они бросились к стульям и с удивлением увидели, что пленников нет. Быстро посовещавшись, двое из них вернулись через потайной ход в соседнюю комнату, а оставшиеся двое, прикрыв глаза рукой, попытались обследовать дальний, объятый пламенем конец комнаты.
Инди понимал, что долго им с отцом в трубе не высидеть, и не только потому, что это было очень неудобно. Главное — вверх по дымоходу поднимался обжигающий поток горячего воздуха, выносить который становилось все труднее. Дождавшись, когда двое радистов вернулись из соседнего помещения и отошли от потайной двери, Инди, а следом и отец, спрыгнули вниз и сразу же нажали на рычаг. Камин уже начал поворачиваться, когда дверь в горящую комнату отворилась, и Инди увидел удивленное лицо полковника Фогеля. Стена пламени встретила его на пороге, полковник в ужасе попятился, быстро захлопнув дверь.
— Стоять! — завопил один из радистов, увидев, что пленники сейчас исчезнут,
— Нам от них не отвязаться, — заметил Генри. — Они повернут камин и…
— Знаю, знаю.
Инди быстро разбил об пол деревянный стул и отломил от него ножку. Стена уже дрогнула и начала поворачиваться, когда он, подбежав к механизму, с силой засунул внутрь отломанную деревяшку, застопорив движение. Радисты оказались в ловушке.
Генри с ужасом смотрел на дверь, из-за которой доносились душераздирающие крики. Инди понимал, что тот чувствует, но выбора не было. Такова жизнь: если не убьешь ты, убьют тебя.
Инди отвернулся и принялся осматривать комнату. Чутье подсказывало ему, что где-то здесь должна быть еще одна потайная дверь или, возможно, окно —' в общем, какой-то выход. Он провел ладонью по стенам, затем постучал по ним, проверяя, нет ли где пустоты.
— Так ты ничего не найдешь, — заявил Генри. — Надо посидеть и подумать.
— Посидеть? — Глаза у Инди полезли на лоб. — Ты в своем уме?
— Не паникуй. Я уже давно заметил, если я сяду и спокойно подумаю, решение приходит как бы само собой.
И Генри плюхнулся на диван. К его удивлению, диван под ним качнулся и, наклонившись, начал медленно сползать в образовавшееся в полу отверстие.
 
«Неужели отец нашел выход?» — с надежной подумал Инди. Он прыгнул на диван, который проскользил вниз несколько сот футов и остановился. Они очутились в огромной пещере, где фашисты устроили свой склад. Пещера открывалась на канал, рядом была пристань.
Они добежали до груды ящиков и спрятались там.
— Мы, должно быть, у подножья горы, под замком, — прошептал Генри.
Инди не слушал. Он не сводил глаз с лодок, катеров и баркасов, стоящих у причала.
Они подождали, пока мимо промарширует немецкий патруль, а затем бросились к одной из лодок. Заметив, что на пристани появился Фогель, Инди запустил мотор, который тут же оглушительно взревел. Полковник остановился и поглядел в их сторону. Однако увидеть их он не мог, так как они уже выскочили из лодки и снова затаились среди ящиков. Фогель, решив, что они уже отчалили, бросился, прихватив с собой несколько солдат, к ближайшему катеру и помчался в погоню. Долго же им придется нас искать, подумал Инди, который в это время уже оседлал оставленный кем-то из фашистов мотоцикл. Его отец забрался в коляску, и они понеслись вдоль пристани.
— Только не уверяй меня, — прокричал Генри, — что это был самый обычный день твоей жизни.
— Бывали и похуже, — ответил Инди, нажимая на акселератор.
Надо как можно скорее выбраться из пещеры и подальше от канала, где шныряют фашистские катера.
Впереди блеснул свет. Однако надежда тут же сменилась тревогой: дорога здесь подходила вплотную к воде. Он услышал треск пулемета — фашисты на катере не дремали.
— Пригнись! — крикнул он отцу, тот без звука подчинился.
Инди наклонился к самому рулю мотоцикла, и через секунду они выскочили из пещеры на солнечный свет. Дорога круто свернула в сторону от канала. В сторону от неминуемой гибели, подумал Инди. Он взглянул на Генри, который осторожно высунул голову из коляски.
— Начинается новый день, папа.
Мотоцикл приближался к развилке. Указатель сообщал: Будапешт — направо, Берлин — налево. Инди притормозил и свернул направо.
— Постой! — завопил Генри. — Остановись!
— Что случилось? — Инди затормозил и поглядел на отца.
Генри продолжал махать рукой, чтобы он остановился. Инди съехал с дороги и завел мотоцикл в кусты, подальше от любопытных глаз. Спрыгнув на землю, он потянулся и снова спросил:
— Что случилось? Зачем мы остановились?
— Поворачивай. Мы едем в Берлин.
Указав направо, Инди возразил:
— Но Броди там, папа.
— А мой дневник здесь, — Генри ткнул пальцем налево.
— Нам он больше не нужен.
— Ошибаешься. Ты не все нужные страницы вырвал, Малыш. — Он с вызовом посмотрел на Инди.
— Хорошо. Послушаем, что же там осталось.
— Человек, который найдет святой Грааль, столкнется с тремя смертельными опасностями.
— Ты хочешь сказать, там полно ловушек?
— Восемь лет назад в одной из книг, в «Хронике святого Ансельма», я обнаружил ключ к тайнам этих ловушек.
— И ты, что же, не помнишь, что там было написано?
— Зачем мне было что-то запоминать, если я все записал в дневник?
Инди услышал шум и выглянул на дорогу. Мимо, в направлении Будапешта, пронеслись два немецких мотоцикла.
— Все гестапо и половина вермахта заняты нашими поисками, а ты хочешь сам полезть в их логово.
— Меня волнует только святой Грааль.
— А как же Маркус?
— Маркус меня поймет, в этом я не сомневаюсь.
Инди хмыкнул. Эту песню он слышал уже раз сто — в зубах навязло.
— Эх вы, теоретики. Вами движет одно тщеславие.
Щеку Инди обожгла пощечина. Удар был несильный, но Инди обомлел. Он же пошутил, а отец обиделся. Дотронувшись до щеки, он хмуро посмотрел на Генри.
— Не кощунствуй, — отрезал тот. — Ты же читал «Парсифаля», неужели все забыл? А Рихард Вагнер и
Вольфрам фон Эшенбах, они что, ничему тебя не научили? В руках рыцаря сэра Парсифаля святой Грааль — священный талисман, источник благодати. Но в руках злобного Клингсора — это орудие черной магии, источник зла.