Пожиратели миров. 3 том (СИ)
Но человеком, с которым меньше всего мне бы хотелось говорить, был Ройт Крансельвадский. И честно, я не понимал, что он вообще забыл рядом со мной и к чему ему было подходить к человеку, который едва не отправил его на тот свет.
— Скучаете, мистер Роковски? — поинтересовался он буднично, взяв со стола бокал. — Не чувствуете себя лишним сейчас?
— Не чувствую, господин Крансельвадский, — спокойно ответил я.
— Зря. Очень зря. Знаете, иногда можно взглянуть на толпу, и сразу будет видно, кто здесь лишний.
— Вы удивитесь, но я даже чувствую себя как дома, — даже не взглянул я на него, оглядывая зал.
— Да неужели? Я думал, что ваш дом, это… где-то там, в спальных районах, если не в трущобах среди не лучших представителей нашего общества.
— Вы абсолютно правы. Там мой дом. И здесь, глядя на некоторых людей, я чувствую, будто вернулся обратно в те самые трущобы, о которых вы говорите. Просто не лучшие представители нашего общества переоделись в модные пиджачки и брюки, а суть всё та же, — посмотрел я ему прямо в глаза, чтобы он точно понял, о ком речь.
Ройт прямо-таки замер на месте. Не знаю, о чём он думал, но голос его был пропитан холодом.
— Не забывайтесь, юноша. Это вам не двор, где вы можете наводить свои порядки.
— Здесь — нет. Но там, на земле, далеко отсюда, — посмотрел я в сторону балкона, — всё иначе. Ни вам ли не знать, господин Крансельвадский?
— А ведь за эти слова я могу потребовать вас ответить, знаете ли?
— Да. Так же, как знаю, что один звонок, и мои люди направятся в любую точку этого города, которую я назову. И там будет не один единственный железный воин.
— Угрожаете?
— Я обычно не угрожаю, а сразу действую, господин Крансельвадский. Например, желай я вам зла, сейчас бы загрузил и проиграл на всеуслышание наш диалог у поместья Барбинери.
Он точно хотел что-то сказать, но я его перебил.
— На ваш месте я бы не задерживался рядом с таким, как я, человеком с улиц. А то чего доброго другие подумаю, что вы у меня прощения просите, — бросил я красноречивый взгляд на зал.
И был прав. Многие действительно косились в нашу сторону, пытаясь понять, о чём мы говорим. Ройт скользнул по присутствующим взглядом, после чего улыбнулся.
— Что ж, тогда я вас оставлю. Лишь позволю себе напомнить, чтобы вы выбирали себе врагов осторожнее. Некоторые могут оказаться вам не по зубам.
— Мои железные рыцари с этим не согласятся, господин Крансельвадский.
— Это мы ещё посмотрим.
Есть такие люди, которые затаят обиду, и потом всеми силами будут пытаться вставлять палки в колёса. Исподтишка, трусливо прячась в тени, словно ересь.
Эй!
Но стоит их вывести на свет, как они начинают строить из себя невинных жертв, уменьшаясь в размерах пропорционально тому, какими они пытались казаться до этого. Как Ройт Крансельвадский. Он даже не смог сдержаться, чтобы не подойти ко мне и не начать пытаться унизить в ответ на произошедшее. И я не удивлюсь, если и их вся семья была как раз из людей такой категории.
После нашего разговора ко мне больше никто не подходил. Присутствующие потихоньку начинали сбиваться в большие группы, освобождая место в центре. Видимо, пришло время танцев для благородных. К этому моменту ко мне подошла и Марианетта.
— Вижу, поговорить с тобой подошли многие, — улыбнулась она. — О чём говорил с Крансельвадским средним?
— Взаимные предупреждения быть осторожнее.
— Вижу, он не может успокоиться после произошедшего. Гордость задели, — хмыкнула Марианетта, бросив на них взгляд, и вновь посмотрела на меня. — Уже нашёл интересных людей?
— Пирси, строительный бизнес, — сразу ответил я.
— Сказал, как отчитался, — тихо рассмеялась она. — И что думаешь о них?
— Думаю, что они нам могут пригодиться. Поместье само себя не построит.
Марианетта странно взглянула на меня.
— Что-то не так? — осведомился я.
— Нет-нет, просто… нет, ничего. Спасибо, — по тёплому улыбнулась она мне.
— За что?
— За то, что стоишь на страже интересов моей семьи, — ответила Марианетта. — Сейчас, кстати, будут танцы.
— Нам надо ретироваться?
— Можно, если не хотим в них участвовать, — кивнула она. — Предлагаю пойти на балкон и переждать. Иначе меня пригласят на танец.
— Я думал, что ваша семья находится в определённой изоляции, — заметил я.
— Мы не в изоляции, просто есть враги, а есть те, кто относится к нам нейтрально. И ко всему прочему… — она между делом красноречиво поправила грудь, — мужчины остаются мужчинами, и некоторые не против найти интрижку на стороне даже с такой, как я, на один раз без обязательств.
— Не боятся, что на них косо посмотрят из-за тебя?
— Всегда можно использовать и бросить, будто ничего и не было. К тому же все всё прекрасно понимают, и никто не скажет ни слова. Стоит ли мне тебе рассказать о последних новостях, что я услышала, кто с какой служанкой спит и кому изменяет на стороне?
— Не интересует.
— Тогда предложу тебе отправиться на балкон и там переждать танцы. У меня тоже нет желания слушать скользкие предложения и ловить взгляды на своей груди.
Остаток вечера прошёл стандартно. Танцы длились не так долго, около часа, после чего все вновь вернулись к своим разговорам. Следом были безобидные конкурсы по типу викторины, где надо было правильно отвечать на вопросы, или игра в лотерею, где каждому выдали билет, и лишь один давал право получить приз.
Удача нас здесь обошла стороной.
Сам праздник закончился лишь к четырём утра. Люди стали потихоньку расходиться, кто поднимался наверх на посадочную площадку, кто спускался вниз к машинам. Наш транспорт прилетел одним из последних, тем не менее вызывав интерес у всех остальных. Нечасто аристократов возят военные корабли при полном вооружении.
И надо сказать, что Марианетта выглядела после этого вечера довольной.
— Нет ничего лучше, чем вернуться к жизни, — произнесла она умиротворённо. — Почувствовать, что это ещё не конец, и твой род продолжит свою жизнь несмотря на все невзгоды, — Марианетта посмотрела на меня глазами, будто сейчас заснёт. — Спасибо тебе, Грант.
— Я не сделал ничего пока, за что меня можно было бы благодарить.
— Уже сделал. Даже если это будет последним, что ты сделал для нашей семьи, — ответила она и закрыла глаза.
И поэтому летели мы в полной тишине под гул двигателей, которые то набирали обороты, то сбавляли их.
Путь до поместья занял ровно столько же, сколько и туда. Я даже сверился с часами. Сразу видно хороших военных — всё делают минута в минуту, прямо как в космодесанте. Снаружи нас встретили слуги, которые буквально на руках отнесли Марианетту обратно в дом. Меня же сопроводил слуга мужчина. Сначала до ванной, потом, поинтересовавшись, голоден ли я, до столовой, а следом в мою комнату.
Признаться честно, мне не хотелось ничего. Не привык я к таким приёмам, где постоянно на тебя глазеют люди, подходят поговорить, и ты пытаешься понять, враг он тебе или нет. Слишком много людей, слишком много внимания. Хотя кому-то подобное явно нравится.
Странно, что я устал, так как и не делал ничего особенного. Даже не заметил, как уснул. Сначала лёг, смотрел в потолок, обдумывал план и возвращался к сегодняшнему вечеру, а потом просто отключился.
И именно по этой причине я сразу ничего не заметил, хотя в другой ситуации среагировал бы раньше. Тем не менее даже в таком состоянии, когда хотелось спать, рефлексы сработали идеально, как часы, когда мне прямо под ухо вскрикнул Тень:
— Элиадирас! Тревога! Противник!
Я подлетел с пистолетом в руке в ту же секунду…
Глава 67
Я скатился с кровати, укрывшись за ней в то же мгновение, едва услышал окрик Тени. Прицел пистолета гулял по комнате, взгляд по привычке пытался найти цель. Но в комнате никого не было.
У меня не возникло вопроса, обманывает ли Тень в данный момент или это ещё одна его шутка. Потому что сначала ты реагируешь на угрозу, а потом уже смотришь, ложная она или нет. И в данный момент я её не видел.