Повесть об Остролистном холме

Впрочем, Босуорт не стал заострять на этом внимание, поскольку хорошо знал, что Шестое Практическое Правило запрещает учтивому барсуку подвергать критике предпочтения других животных касательно выбора обеденных блюд и мест обитания. Как говорится, каждому — свое. Поэтому Босуорт просто сделал знак Грошику слезть со скамьи и попросил Петрушку принести чистые тарелку и чашку. Через мгновенье профессор восседал перед радующей своими размерами порцией яичницы с беконом и чашкой горячего чая. Метелка и Шваберка подхватили свои венички из перьев и покинули помещение. Петрушка и Чертополох отправились в кладовую — обсудить меню сегодняшнего обеда, а Рамси и хорек откланялись и разошлись по своим комнатам, дабы осуществить первое дело из намеченных на нынешний день — хорошенько вздремнуть. За столом остались Босуорт, Галилео Ньютон и Грошик.
— Скажите, дружище, — обратился к филину Босуорт, налив себе чаю и откинувшись на стуле, — что заставило вас покинуть дам в столь ранний час?
— Поздний, — поправил барсука профессор и зевнул во весь клюв. — Для меня это очень поздний час, мне бы следовало у-у-же прилечь. Однако у-у-у меня возникла н-у-у-жда посоветоваться с вами кое о чем, Бос-у-у-орт. Речь идет о некоем событии, которое намечено на сегодняшний вечер. У-у-у помяну-у-тое событие должно произойти в поле за сорейской гостиницей. Нечто отвратительное, у-у-уверяю вас. — В этот момент он обратил внимание на Грошика и нахмурился. — Молодежи подобное слушать не пристало, — сказал он строго. — Ты кто такой?
Грошик нервно задергал носиком.
— Меня зовут Грошик, сэр, — залопотал он. — Морская свинка, с вашего позволения, сэр.
— Ну, положим, ты вовсе не свинка, — авторитетно сказал профессор, щедро намазывая мармелад на тост. — Не пытайся у-у-уклониться от честного ответа. У-у-у настоящих свиней нет меха, а у-у-у тебя нет свинячьего хвостика.
— Да все эти резоны я уже приводил, — заметил Босуорт, — но он упорствует. Знай себе твердит, что свинка. — И, обернувшись к Грошику, барсук мягко добавил: — У Петрушки наверняка найдется для тебя кое-какая работенка, Грошик. Ты сделаешь доброе дело, если возьмешься ей помочь. Ступай-ка к ней, дружок.
Когда Грошик соскочил со скамьи и исчез за дверью, Босуорт вновь обратился к филину:
— Так что это за дело, о котором не следует говорить в присутствии мелюзги?
Профессор огляделся, дабы убедиться, что никто их не услышит.
— Барсу-у-учьи бои, вот что, — сообщил он. — Нынче вечером.
Босуорт с шумом поставил чашку. В Межозерье нечасто устраивались барсучьи бои, поскольку мировому судье Сорея удалось справиться с этой заразой. Однако барсук не слишком удивился, услышав новость.
— Вот почему разорили нору в каменоломне Фермы-На-Холме, — рассудил он. — Петрушка сказала мне, что похитили ее тетушку Примулу с двумя детьми. Мальчонку, правда, нашел Джереми Кросфилд, но ни о Примуле, ни о девочке пока ничего не слышно. — Барсук откашлялся. — Петрушка подозревает в содеянном Джека Огдена — похоже, он снова объявился в деревне.
Профессор выглядел весьма обеспокоенным.
— Я разделяю ее подозрения, — сказал он. — Огден — су-у-ущий дьявол, отъявленный мерзавец. Но я у-у-ума не приложу, что т-у-ут можно сделать.
— А что-то предпринять просто необходимо, — сказал барсук. К профессору он относился с искренней симпатией — тот был воистину птицей высокого полета, достойной восхищения. Однако, отдавая филину дань уважения за несравненный ум и обширную эрудицию, Босуорт полагал Галилео Ньютона неспособным на решительные действия, если только речь не шла о чем-нибудь съедобном — тут уж профессор приступал к делу без малейшего промедления или колебания.
— Еще как необходимо, — согласился филин, помаргивая. — По моему глу-у-бокому у-у-убеждению, следует провести дополнительные исследования, сосредоточив их преиму-у-ущественно в области неу-у-удовлетворительного соблюдения действу-у-ующих законов, направленных против жестокого обращения с животными. Я су-удовольствием изу-учу имеющиеся в моем распоряжении тру-у-уды и доку-у-ументы по этому вопросу и…
 
— А я подумаю о плане действий, — решительно прервал его Босуорт, — и мы его обсудим.
— Как пожелаете, — охотно согласился профессор, увлеченно поедая яичницу.
Пока филин поглощал завтрак, барсук развернул промокшую газету и скрылся за ней — читать он не собирался, просто ему так было удобнее обдумывать свой план. Тишина в помещении длилась до того момента, когда профессор расправился с завтраком.
Он тяжело вздохнул и стряхнул крошки с перьев.
— Я с у-у-удовольствием приму у-у-участие, если вы скажете, что мне следу-у-ует делать. — Он посмотрел на Босуорта. — Надеюсь, мой друг, вы не станете предпринимать односторонние меры. Не исключено, что там окажется большая гру-у-уппа мужчин и кое у-у-у кого из них обязательно будет оружие. Мне бы не хотелось подвергать себя неоправданному риску.
— Все зависит от того, — сказал барсук, — что вы понимаете под словом «неоправданный». Могу лишь вас заверить, что я не намерен ничего делать в одиночку — это слишком опасно. Впрочем, вот что я предлагаю. Буду рад узнать ваше мнение.
Профессор слушал речь Босуорта, время от времени снисходительно кивая в привычной для филина манере, пока, наконец, могучий храп не подтвердил зародившиеся у барсука подозрения: Галилео Ньютон благополучно отошел ко сну. Босуорт разбудил филина чувствительным толчком в бок и удерживал в бодрствующем состоянии еще пять минут, излагая в заметно сокращенном виде свой план действий, а затем отпустил птицу восвояси. На основании богатого опыта почтенный барсук знал, что попытки иметь дело с профессором, когда для того наступило время утреннего сна, ни при каких обстоятельствах не могут увенчаться успехом.
 30 
 Что же мне надеть? 
 
Уинстон оказался верен своему слову. Он воистину летел как ветер. Мисс Поттер прибыла к дому капитана Вудкока в тот момент, когда они с мистером Хилисом, скинув пиджаки и засучив рукава рубах, заканчивали ремонтировать пробитую шину капитанского «Роллс-Ройса». Фаэтон из Тидмарш-Мэнора въехал в деревню лишь спустя десять минут. Этого времени оказалось вполне достаточно, чтобы мисс Поттер поведала капитану все, услышанное ею от Эмили, а именно, что мисс Мартин дает некое «лекарство» ее светлости, а также то, что ей удалось подслушать из разговора мисс Мартин с доктором Гейнуэллом, который, как выяснилось, приходился ей братом.
— Мисс Поттер, — сказал Майлс Вудкок, опуская рукава и застегивая запонки, — не устаю вам удивляться. Как вы умудрились собрать все эти сведения за считаные минуты…
— Что за вздор, — ответила Беатрикс. — Удивительно совсем другое: как эта пара неумных людей вбила себе в голову, что им удастся осуществить свой отвратительный план. — Тут она протянула руку в сторону дороги: — Доктор Гейнуэлл — впрочем, это вовсе не его имя, — едет сюда и далее к парому. Вы можете сами задать ему все вопросы.
— Мы так и поступим, — сказал мистер Хилис, надевая пиджак. — Мисс Поттер, мы перед вами в неоплатном долгу.
 
— Вздор, — повторила Беатрикс, на этот раз с улыбкой.
Допрос доктора Гейнуэлла не занял много времени. Капитан и стряпчий остановили фаэтон, препроводили седока в библиотеку Майлса Вудкока и задали ему несколько вопросов. Благодаря мисс Поттер ответы на большинство этих вопросов были уже известны, и когда мистер Кеннет Уэнтуорт (таково было его настоящее имя) понял, что ему грозит обвинение в соучастии по делу о покушении на убийство, он тут же проявил готовность рассказать обо всем.