Повесть об Остролистном холме
— Увы, это не так, — ответила Димити, помрачнев. — Происходит нечто ужасное. По крайней мере — для Маргарет Нэш. Да и для всех наших школьников. А тут еще выставка цветов! Нельзя допустить, чтобы миссис Уортон снова судила георгины — это вызовет настоящий бунт. Но я ума не приложу, как сказать ей об этом без того, чтобы… — Стук в кухонную дверь прервал ее речь. — О, мисс Поттер! — воскликнула Димити удивленно, подняв взгляд. — Я и не знала, что вы вновь приехали в Сорей. Очень рада вас видеть!
— Я полагала, что мы договорились, — строго сказала Сара, — называть друг друга по имени. Привет, Беатрикс. Если вы соблаговолите опустить глаза, то убедитесь, что ступаете по самому чистому полу Британии.
— Это потрясающе, — согласилась Беатрикс, нагибаясь, чтобы внимательнее изучить объект. — Пол чище, чем на кухне у Матильды Крук, а это говорит о многом, если принять во внимание, что она моет его каждое утро, независимо от того, есть ли в том нужда. — Мисс Поттер выпрямилась, ее синие глаза заблестели. — Мне вряд ли следует спрашивать, почему он выглядит столь безукоризненно.
— О, главное — не жалеть патоки и молока, ну и усилий, когда все это оттираешь, — с готовностью ответила Сара. — Впрочем, все хорошо, что хорошо кончается. У Дим в запасе история, которую она жаждет нам рассказать. Слушать ее следует за чашкой чая. И попробуйте мое лимонное печенье, вам оно понравится. — Она поднялась, достала третью чашку, наполнила ее и поставила перед Беатрикс. — Ну, Дим, — скомандовала она, — валяйте!
Тяжко вздохнув, Димити рассказала Беатрикс и Саре о визите леди Лонгфорд.
— Она хочет, — закончила Димити свою речь, — чтобы члены попечительского совета поговорили с доктором Гейнуэллом сразу после его прибытия. По ее мнению, лучшей кандидатуры на пост директора школы просто быть не может. Впрочем, главное — он тот, кого она желает видеть на этом посту.
— Я что-то не возьму в толк, — сказала Сара, стряхивая пепел на блюдце, — кто такая леди Лонгфелло и с какой стати она распоряжается назначением директора школы?
— Лонгфорд, — поправила подругу Димити.
— А, я помню это имя, — вспомнила Сара, отмахиваясь от самых докучливых мошек. — И знаю, где она живет, — мне приходилось доставлять туда кое-что. Ее повариха, миссис Бивер, обычно заказывает два каравая пшеничного хлеба в неделю, а к этой среде — еще и имбирный пирог. Ее светлость весьма неравнодушна к моему имбирному пирогу. Он якобы способствует ее пищеварению. Так что мне, пожалуй, не пристало плохо говорить о постоянном клиенте. Так кто же она все-таки?
— Самая богатая женщина в Озерном крае, — ответила Димити. — А при этом весьма вздорная, черствая и во всех отношениях неприятная. Сейчас она живет довольно замкнуто, в Сорее почти не появляется. Но ее муж до самой своей смерти участвовал во всех здешних делах — был в жюри местных сельскохозяйственных выставок, помогал самым бедным семьям, приобретая для них уголь в суровые зимы, сорейской школе подарил фортепьяно; он во все вмешивался, но сердце у него было добрым. Разумеется, он входил и в состав школьного попечительского совета — поэтому-то, я думаю, леди Лонгфорд считает, что имеет право соваться в школьные дела.
— А кто такой этот Гейнуэлл? — спросила Беатрикс с явным интересом. — Чем он известен? — Она повернулась к Саре. — Печенье ваше чудо как хорошо. Я бы взяла немного с собой в Лондон, матушке они придутся по вкусу. Она обожает сладости.
— Потрясающе! — воскликнула Сара. — Слух обо мне распространится, и я наконец разбогатею. — Она загасила сигарету. — В самом деле, Дим, расскажите нам про Гейнуэлла. Кто он, этот тип, которого нам навязывают?
— Он закончил Оксфорд, — мрачно ответила Димити. — По словам мисс Мартин, отделение теологии. Вроде бы только-только вернулся с островов где-то в Южной части Тихого океана, где был миссионером. Так что, как видите, данные самые благоприятные. — Она вздохнула, не в силах скрыть охватившее ее уныние. — И при всем при этом лучшего учителя, чем Маргарет, нам не найти, хотя ее образование и не столь блестящее. Все запутывается самым скверным образом!
— По-моему, — заметила Беатрикс, облизывая пальцы, — попечительский совет действовал слишком, медленно.
— Именно, — согласилась Сара. Накручивая на палец прядь волос, она обнаружила там комок патоки и скривилась. — На дворе июль, не за горами начало учебы. Не хочу винить вашего братца, Дим, но сделай он и другие члены совета вовремя то, чего от них ожидали, Маргарет уже заняла бы этот пост, и старой леди Лонгфорд пришлось бы искать другое место для своего любимчика.
Димити пришла на выручку репутации Майлса.
— В этой задержке члены совета повинны лишь отчасти. Они ждут рекомендательное письмо от предыдущего директора, таковы правила. Оно должно было прийти довольно давно, однако возникли препятствия… Викарий связался с мисс Краббе, которая со своими сестрами живет в Борнмуте, и настоятельно просил ее написать такое письмо. Что касается совета, то все его члены, разумеется, на стороне Маргарет, — добавила Димити. — Они о ней самого высокого мнения. Как и жители Сорея.
— Вот что, — сказала Беатрикс, по обыкновению переводя разговор в практическую плоскость. — На мой взгляд, из нас троих только вы, Димити, можете повлиять на происходящее. Вам следует напомнить брату — с осторожностью, разумеется, — что за мисс Нэш стоят все жители деревни и что если члены совета проявят неразумное желание назначить на это место другого человека, то с большой вероятностью в Сорее вспыхнет мятеж.
— Я так и сделаю, — с готовностью согласилась Димити. — А не считаете ли вы нужным рассказать обо всем Маргарет?
— Ни в коем случае, — решительно заявила Сара. — Маргарет очень славная женщина, и к тому же рассудительная, но она и без того вся в волнении и тревоге, дадут ли ей эту должность: ведь разница в жалованье, насколько я понимаю, довольно значительная, а у Маргарет на руках сестра, которая уже полгода хворает и не может работать… — Сара вздохнула. — Уж я-то знаю, каково это — считать каждый пенни и гадать, где раздобыть хоть немного денег.
— Но ведь заказов становится больше, разве не так? — спросила Димити с надеждой в голосе. — Я то и дело слышу прекрасные отзывы о вашей пекарне. Даже Эльза Грейп призналась, что ее булочки уступают вашим!
Сара открыла свое дело в Сорее, начав с нуля, просто положившись на свой опыт работы в Манчестере в пекарне отца и дяди. Ей пришлось потратиться на новую плиту и кое-какую другую утварь, и хотя хозяйки побогаче могли себе позволить покупать хлеб, булочки с сосисками и сладкую выпечку, но многие в деревне по-прежнему пекли все это сами. Так что Димити прекрасно понимала, в каком сложном положении находилась ее подруга.
— Конечно же, со временем все наладится, я в этом уверена, — твердо сказала Сара.
— Дело может пойти быстрее, — заметила Беатрикс, — если об этой пекарне узнает больше людей. Сара, ведь ваш дом стоит как раз на главной дороге, так? А вы не думали, что вам следует выложить пирожки, караваи и кексы прямо в окне, чтобы проезжающие и проходящие мимо туристы могли все это увидеть и соблазниться? Вот, скажем, сосиска, запеченная в булочке, — ее можно съесть на ходу или захватить с собой, чтобы перекусить позже. Да вы просто зарываете свой талант в землю!
— Но я же постоянно на кухне, — возразила Сара. — Я даже стук в дверь не услышу. А когда не пеку, так развожу заказы.
— Вам просто нужно будет повесить колокольчик у входа, как во всех лавках, — сказала Беатрикс. — И попросить кого-нибудь из деревенских девушек посидеть здесь, пока вас нет.
— Превосходная мысль, — одобрительно заметила Димити. — Вы деловая женщина, Беатрикс. Впрочем, без этого качества вам, верно, не обойтись, правда?
— Искать пути к успеху меня научили мои книжечки, — ответила Беатрикс с легкой улыбкой. — Ведь «Кролика Питера» я издала сама, потому что никто не захотел рисковать. И почти сразу решила, что должен быть спрос и на игрушечного кролика Питера. Я сделала его тоже сама — из кроличьего меха, с усиками из швабры, в синей курточке. И даже патент получила. А теперь люди хотят видеть моего кролика на чайных сервизах, на обоях, ну и так далее, и мне приходится заниматься такими вещами, как авторские права, лицензии и проценты с выручки. Все это не лишено интереса.