Плебейка (СИ)
– Заткнись, – прошипел Фабий сквозь зубы. – Еще слово и вылетишь отсюда.
Я молча переводила взгляд с одного Лукреция на другого. Очень хотелось встать и уйти, но понимала, что опоздала со своим желанием. Сейчас мой уход покажется бегством. В конце концов, младший из братьев поднял ладони вверх, словно сдаваясь, и произнес, кривя губы:
– Что только не сделаешь ради того, чтобы остаться на этом прекрасном острове, в таком приятном окружении…
Непонятно, это была шутка или он говорил серьезно. Растус встал и ни на кого не глядя вышел из столовой. Фабий повернулся ко мне.
– Извини за некрасивую сцену, – произнес он мягко, – мой брат… он еще слишком молодой и несдержанный.
«Ничего себе молодой! – подумала я, – тридцать лет, а ведет себя как импульсивный подросток».
– А вы женаты? – вырвалось у меня… будем считать случайно. Об этой, одной из основополагающих причин невозможности нашего «союза» я даже не подумала.
– Нет, в данный момент не женат, – выдавил он. Я видела, как неприятно ему мне отвечать, и как он едва сдерживается от резкого ответа «не твое дело». Ну да, он же мысли не допускает о возможности брака с простым человеком.
– Но был, – продолжил он ровно, и пояснил, глядя в мои сверкающие любопытством глаза:
– Домины живут долго. За пятьдесят лет я состоял в браке трижды. В последнем пятнадцать лет. Мы разошлись в прошлом году. Наследница рода Генуци сама предложила, она устала ждать, пока я найду пари, решила попытать счастья с другим.
О как! В общем, я и предполагала, что браки между доминами заключаются по меркантильным причинам – соединить капиталы, приумножить богатства, влияние и тому подобное. А, оказывается, возможность продолжить род доминов тоже играет роль.
Фабий встал из-за стола, подошел ко мне и галантно протянул руку.
– Приглашаю тебя после завтрака на прогулку, Ксения, – произнес он, – я понял, что слишком мало уделяю тебе времени. Такая красивая девушка не должна скучать.
Я с улыбкой кивнула. У меня накопилось много вопросов, да и гулять вдвоем интереснее, чем одной. А комплименты? Буду пропускать мимо ушей.
Переодевшись в легкий сарафан, взяв шляпку от солнца, я вышла в вестибюль. Фабий ждал меня у фонтана, равнодушно рассматривая плавные изгибы мраморной богини.
– Я привез подарки из Рима, – начал говорить он, когда мы медленно спускались по широкой лестнице к побережью, – после прогулки они будут ждать тебя в гостиной. Нет-нет, – видя, что я напряглась, поспешил прервать меня Фабий, – не хочу слышать никаких отказов. Сегодня вечером я приглашаю тебя на ужин, и я надеюсь, ты оденешь то, что я привез.
Ладно, почему бы и нет? Подарки я люблю, как и любая нормальная женщина, тем более все они после того, как я вернусь домой останутся здесь.
– Как там, в Риме? Очень хочу его посетить, – вырвалось у меня мимо воли. На самом деле реально хочу. Посмотреть Колизей, скорее всего, он остался цел. Древние пантеоны, амфитеатры, базилики. Триумфальную арку в ее первозданном великолепии, а не на картинках.
– Это можно устроить, – Фабий повернулся ко мне, – что угодно, лишь бы ты была счастлива.
Я дернула плечом. Знаю, что за этим стоит. Я вам Рим, поместье, кучу денег, а ты мне… Пора переводить тему.
– Расскажите, а что такое сакс?
Лицо Фабия мгновенно превратилось в ледяную маску.
– От кого ты слышала это слово? – голос был напряжен.
Я коснулась запретной темы?
– Сейчас читаю заветы Йегошуа, – ответила, невозмутимо – там было упоминание о награде, которую получали некоторые правители. И что доминами становились лишь самые лучшие из них.
На самом деле не буду же я объяснять, что о саксе нам проболтался маленький мальчик, и я просто соединила два интересных факта – кусочек трактата Йегошуа с нечаянной разговорчивостью Эмиля. В глазах Фабия мелькнуло что-то непонятное.
– Странно, неужели в каких-то книгах еще осталось… – произнес он задумчиво. Я не отрывала взгляда от домина, стараясь не упустить ни малейшей детали, ловя даже крошечные изменения мимики.
– Ну, так как? – поторопила я, – что это такое?
– Пустяки, – Фабий рассмеялся вполне себе искренне, если бы я не следила, то не заметила бы мелькнувшей досады в его глазах, – раньше, в древности это было что-то вроде награды за заслуги, типа обряда. В Риме стоит монумент в виде скалы, его называют саксом. Ничего особенно, устаревшая традиция.
Врет. Сто процентов врет. Не слишком хорошо у него получается, хоть и девяностолетний юбилей отметил. Практики маловато. Как, в общем, и в ухаживаниях. Явно раньше не приходилось этого делать, чувствуется нехватка опыта. Дорогие подарки да шаблонные комплименты – все, на что он способен.
Я сделала вид, что поверила, все равно ничего больше не скажет. Мы вышли на ровный пустой берег. По утрам я видела, как по пляжу снует широкая кога с двумя слугами на задворках. Теми странными приспособлениями, типа мелких грабель выравнивали песок, убирая мусор, ветки, крупную гальку. В нашем мире этим давно занимаются машины.
– Я заметил, что ты не надеваешь ни платья, ни украшения, что я купил, – произнес Фабий, когда мы подошли к воде, – они тебе не нравятся?
Не знала, что ответить. Не привыкла я наряжаться к обеду и ужину, да и частенько мы с Авророй ужинаем у себя в апартаментах. Не дождавшись ответа, Фабий ласково взял меня за руку, остановил и повернул к себе.
– Ты ничего не говоришь, не просишь, – произнес мягко, – всегда сама по себе, в своих мыслях. Я очень хочу, чтобы ты не скучала, чтобы чувствовала себя счастливой здесь. Может быть, у тебя есть какое-то особенное желание?
Ага, есть. Я задумчиво покусала губы и решилась.
– Вы не могли бы сделать Авроре новые документы? С другой фамилией? – Фабий явно не ожидал подобного. Некоторое время я лицезрела его ошарашенный вид, а потом добавила:
– Она собирается устроиться служанкой в дом Гликериев, и ваша помощь была бы очень кстати.
Наглеть так наглеть.
Домин видя, что я говорю серьезно, задумался. Я перевела взгляд на море и вдохнула свежий утренний воздух. Красота. Было бы самообманом утверждать, что я не хочу жить в подобном месте. Нет, мне не нужен особняк на пять тысяч квадратных метров, армия слуг и драгоценные камни в люстрах. Достаточно домика на четыре комнаты, пару оливковых деревьев, куст инжира и увитую виноградом беседку.
– Думаю, я смогу помочь, – наконец раздался голос Фабия. Я вынырнула из мечтаний, – два месяца назад, когда еще поместье не имело хозяина, одна работница погибла – случайно сорвалась со скалы. В магистратуру сообщили по трансу о происшествии, но так как она была сиротой, за документами никто не приехал, они остались здесь. Руки не дошли, чтобы их уничтожить. Я могу отдать их Авроре, а еще и написать рекомендательное письмо.
– Огромное спасибо, – радостно заулыбалась я.
– Взамен я хотел бы, чтобы ты одела к ужину подаренные драгоценности, – лукаво улыбнулся мужчина. Конечно, как же без «взамен». Хорошо еще ребенка не потребовал за такую мелочь.
– Да без проблем, – ответила я. – Могу я получить документы сейчас?
Домин тяжело вздохнул. Бросил взгляд на море, развернулся и подал руку. Я не стала отказываться. В этот момент я почти любила его. Объясняет, помогает, дарит подарки, ничего не требует взамен. Может быть, не такой уж он и самовлюбленный сноб? И из него еще можно сделать человека?
– Не слишком рассчитывайте на них, – произнес Фабий, когда мы вошли в кабинет. Он открыл что-то типа сейфа, вытащил ящик и принялся перебирать папки.
– Почему? – я чуть ли не приплясывала от нетерпения. Будет чем порадовать Аврору. Мы вчера чуть мозги не сломали, выдумывая законные способы попасть в поместье Гликериев.
– Маркус, конечно, редко появляется на острове, но у всех доминов развито чутье. Стоит лишь приблизиться к человеку, и мы подсознательно чувствуем его важность для нас. Встречались ли мы раньше, будем ли близки в будущем…