Жупочка стреляет на поражение (СИ)

Из размышлений меня вырвал щекотливый вопрос:
– Как ты, Жу?
– Д-да нормально, – растерянно отвечаю, глядя в потолок, потому что смотреть на Дена как-то неловко.
На самом деле я не знаю, нормально это или нет: ничего не чувствовать.
– Я знаю, что ты чувствуешь, Жу, – огорошили меня.
– Знаешь?!
– Я к тебе «подключился», чтобы следить за твоим состоянием.
– А зачем спрашиваешь тогда?
– Мне доступно твоё физическое состояние, но не психическое. Предполагаю, что отсутствие ощущений у тебя связано с блокировкой нервных окончаний. Их можно разблокировать.
– Я не хочу как вчера! – возопила я, припомнив, как потеряла сознание от боли.
– Сегодня не будет больно. Обещаю. Только приятно.
– П-правда?
Помню наш так называемый сеанс в книгохранилище, когда я испытала первый в своей жизни оргазм, а Ден подмочил штанишки. Тогда и правда было не больно. Может, и сегодня так же? С той лишь разницей, что я уже лежу голая после секса.
– Я же пообещал, – промурлыкал он мне на ухо, незаметно привязывая к моим рукам и ногам эластичные ленты. – А теперь ложись на живот, – и меня привязали к ножкам кровати! Да ещё так умело! Вот, засада!
– Ай, я не хочу быть связанной! Мне так неудобно!
– Жу, доверься мне. Так надо.
– Ты обещал, что будет приятно, а мне неприятно!
– Тс-с. Потерпи немного...
И началось!
Сначала мою промежность волнующе погладили и прижались к ней чем-то... понятно чем. Мне стало одновременно жарко и холодно.
Затем Ден лёг на меня. Прям весь.
– Уй... – прокряхтела я, но тут же вздрогнула от новых волнительных ощущений к нежной коже внизу. – О-о-о... – как будто меня щекочут изнутри: хочется выгнуться, поёрзать, а никак, и излишки ощущений копятся в местечке, которое уважительно называют лоном.
Нервы словно оголились, и теперь мне хотелось стонать и изгибаться от каждого прикосновения.
За возбуждающим «массажем» я не сразу заметила жжение и напряжение в горбу. Вдруг от этого меня отвлёк особенно яркий взрыв удовольствия, и я-таки выгнулась и сотряслась, несмотря на придавливающего меня к кровати Дена.
– Хорошо. Умница моя. Всё получилось, – Ден щекотно шептал мне в ухо, а моя попа уже ёрзала в поисках... ну, вы поняли. Хочу повторения! – На сегодня достаточно, – обломал он мои постыдные чаянья.
– Как это достаточно? – вырвалось у меня.
– Хочешь продолжить? – коварно-соблазнительный голос.
– Да-а...
– Отлично, – Ден торжествовал и не скрывал этого. – Завтра продолжим.
– Ах, ты! – я дёрнулась, но привязанные к кровати руки и ноги не дали мне пристукнуть гада.
Вторая, видимо, до сих пор пребывала в обмороке, иначе обязательно едко высказалась бы.
– Приятности на сегодня ещё не закончены, – обнадёжили меня, поэтому я не брыкалась, когда Ден отвязывал мои бедные растянутые конечности от ножек нашего ложа. – Полежи пять минут, я сейчас вернусь.
Взамен возбуждению на меня накатило расслабление и дрёма, поэтому в тёплую ванну меня отнесли уже сонную, и ножки массировали, пока я медленно уплывала в сладкие грёзы, где, помимо Дена, был и другой, мускулистый чернявый мужик, и тоже мой!
Мне было так хорошо, что я опять забыла спросить у второго горячего мачо имя. Не до того было! Ах, какой он сексуальный! Просто бомба!
И у горбатых девиц бывают смелые фантазии. Потому что горбуньи – тоже люди. Да простит меня Ден за измену во сне... 
  
Глава 20. Пренеприятнейшее известие…
 
Весь вторник я боялась и желала обещанного продолжения и накрутила себя до такой степени, что от одной мысли об интиме внизу живота всё сладостно сжималось.
До конца дня я стойко держалась, а дома за кухонным столом несмело предложила:
– Слушай, а, может, мы это?
– Что – это? – Ден оторвал усталый взгляд от широкоформатной тетради, исписанной аккуратным убористым почерком.
– Ну, тудой-сюдой, того этого самого...
Божечки, до чего же неловко-то! Это я, которая обыграла парней в синонимы к слову «член», боюсь сказать «давай займёмся сексом»? Позор!
 
Тем больнее прозвучал отказ.
– А, понял. Извини, Жу, я устал, и у меня завтра экзамен по профильному предмету. Буду готовиться всю ночь, – и снова уткнулся в тетрадь.
Меня только что отбрили. Прям удар под дых.
«Ха! Будешь знать, как связываться со студентами! – злорадствовала Вторая. – От сессии до сессии живут студенты весело. Зато во время её они только и делают, что зубрят, трясутся и молятся.»
«Кап. Кап. Кап», – били обидные мысли мне по темени. «Неужели я его разочаровала и он больше не хочет? Ведь когда мужчина по-настоящему хочет, его никакая усталость не остановит. Или он сравнил меня с паучихой? А может, мои чары спали с него?»
Мало-помалу я разозлилась, закипела-запыхтела и выдала:
– Ты. Меня. Динамишь?
Ден снова оторвался от тетради.
– Иди ко мне. Сядь рядом, – он подвинулся, освобождая мне место на кухонном диванчике. – Я много пропустил, пока отсутствовал, и сейчас весь этот блок знаний мне предстоит наверстать, – его горячая ладонь утешающе погладила меня по спине. – К тому же я два дня подряд выкладывался магически до дна, поэтому сегодня чувствую себя измотанным. Но это никак не влияет на моё отношение к тебе. Вот, закрою сессию, и тогда держись!
– Эх... – тяжко вздохнула. Так уж и быть, не буду затрахивать парня ещё больше. Он и в самом деле выглядит уставшим.
– Буду рад, если ты приготовишь на ужин что-нибудь сочное и мясное. Я дико проголодался. Боюсь, бутербродами этот голод не перебить.
«Ах, ты ж, козли-и-ина! – зашипела Вторая. – Сам, значит, отморозился, а жрать просит! Хлеба чёрствого с водой тебе дать, и то жирно будет!»
«Зачем так жестоко?» – возразила я ей.
«Не нравится он мне! Мы словно в тюрьме в собственном доме! Ни покурить, ни гостей позвать, ни разврат учинить! На фиг нам такой мужик?! И хитрый, с-с-скотина! Попой чую, что он ещё преподнесёт нам сюрпризов», – негодовала она.
– Жу? – Ден вырвал меня из мысленного диалога со Второй, и я услышала напоследок её злобное: «Помяни мои слова...»
– А? – встрепенулась я. – Да-да, у меня как раз карбонат куплен, сделаю духовое мясо с душистыми травами.
– М-м-м, звучит аппетитно!
«Не для тебя стараемся, денди белобрысый!» – проворчала Вторая.
Ух, невзлюбила она Дена. Люто невзлюбила. Это, получается, у меня назревает внутренний конфликт.
Зато Ден оказался прав: вместе нам не скучно. И на самом деле жить можно: пока мясо в печи благоухало на весь дом, а мой жених самозабвенно учил билеты, я спустилась в подвал, включила вытяжку и поухаживала за своей зеленью. Часа мне как раз хватило на все дела. Ибо любовь любовью, а травка сама себя не вырастит, не высушит и не продаст. Я женщина самостоятельная, и мне в жизни нужны личные опоры, даже если мой жених – принц.
Увы, не всё в жизни подвластно мне (к примеру, интим по первому зову), и пользоваться своей странной магией тут не хочу. И так мучаюсь вопросом: а настоящие ли чувства ко мне испытывает Ден?
Так я смирилась, что сегодня интимного удовольствия мне не перепадёт, и после ужина ушла лежать в ванную. Соль, цветная пена, все дела... Релакс!
В зеркале, распустив волосы, я заметила, что ярких золотистых волос стало ещё больше, словно у меня мелирование. Теперь любой может заметить. А это значит, что мне грозит опасность.
«Завтра же за париком!» – поняла я.
А ещё... Это не точно, но, кажется, я стала чуточку симпатичнее. Вроде как скулы вырисовались, губы припухли.
«Размечталась!» – ответила даже не Вторая, а какой-то злобный внутренний критик. Откуда и вылез. Я и без него знаю, что страшная. Уж нельзя и представить себя красивой. Несправедливость!
***
Утро среды я встретила одна. Постель со стороны Дена даже не тронута. Видимо, и впрямь не ложился.
Спустившись вниз, я увидела: ложился-таки! Спит сурком прямо за столом, не реагируя ни на шарканье моих тапок, ни на плеск воды, ни на прочие раздражители. Умаялся, бедняга.