Жупочка стреляет на поражение (СИ)

– Разве ты не привык к роскоши?
– Ха! Ты не видела мои покои, в которых я вырос. Вот где оплот аскетизма и минимализма. В народе бытует заблуждение о роскошной жизни монархов, но на самом деле богатство лишь в общественно доступных частях дворца, а в жилом крыле всё просто и скромно.
– Ты ведь не шутишь?
– Нет, – о, в эту его грустную улыбку прямо на месте можно влюбиться без памяти! Что я и сделала.
– Тогда... Тогда я согласна попробовать...
Мир замер в тот миг, когда Ден меня поцеловал, а потом:
– В таком случае не будем откладывать лечение! Раздевайся, ложись!
Магическое удаление моей опухоли настолько же ужасно, насколько прекрасен и ошеломителен результат. Вселенная любит равновесие.
В этот раз я потеряла сознание от боли. Ден, который забрал на себя половину моих острых ощущений, как оказалось, тоже вырубился, как только довёл дело до конца.
– Жу, прости. Опухоль вросла в спинной мозг, и поэтому её удаление такое болезненное.
– А что, у нас обезболивающее ещё не изобрели? – обиженно простонала я, лёжа на животе и ощущая ломоту во всём теле.
– Нельзя смешивать обезболивание и магическое воздействие. Если бы было можно, я бы ни за что не подверг тебя такой боли, – Ден, трупиком лежал рядом и с трудом, глотая от слабости слоги, объяснял мне, почему с нами приключилась такая фигня. – Прости.
– Ты уверен, что забираешь себе половину моей боли, а не дублируешь себе мою?
– Уверен. Этим заклинанием я владею с детства.
– Получается, если бы ты не забрал себе половину, я бы умерла от боли?
– Это маловероятно. Скорей всего, ты потеряла бы сознание раньше, но тогда я не ощущал бы твоего состояния и не смог проделать намеченную работу.
– Боже... Мне даже глаза открывать больно... И пальцами шевелить.
– Скоро полегчает. Полежим немного, и всё пройдёт.
Так мы и уснули. До самого вечера.
Вторая часть дня мне понравилась значительно больше. Во-первых, обошлось без незваных гостей. Во-вторых, боль, подобная электрическому току, понемногу покинула моё тело, оставляя после себя слабость и, что куда приятнее, расслабленность. Мне даже показалось, что горб уменьшился, и лежать на животе стало удобнее. В-третьих, когда я наскребла в себе сил встать и дойти до ванной, в зеркало на меня смотрела та же горбатая Жупочка, но с ясным, ни разу не косым взглядом! Косоглазие исчезло! Совсем! Под каким углом ни смотрю на себя – глаза выглядят здоровыми! Юху! А-а-а!
– Ден! Ден! – напрыгнула я на лежащего в полудрёме жениха. – Спасибо! Мои глаза стали нормальными! Это просто чудо!
– Я рад, – устало улыбнулся мой лекарь. – Пожалуйста, сними сорочку, я должен тебя осмотреть, – он, пошатываясь, перетёк в сидячее положение.
Ну, как тут откажешь?
***
Вечером я готовила лазанью, а Ден сидел рядышком, за кухонным столом, и писал свои научные труды.
– Это дневник наблюдений, где я описываю каждый наш сеанс и изменения после него, – пояснил он.
– Ден, у тебя рука трясётся. Может, отложишь работу на потом?
– Ничего. Такое бывает после магических манипуляций. Я привык. Нужно записать всё сейчас, пока оно свежо в памяти, – и он снова уткнулся в записи.
В следующий раз я побеспокоила его, когда аромат лазаньи из печи манящей волной распространился по дому.
– Ден? Ужин готов. Пора подкрепиться?
– Да-да, я заканчиваю. Ещё пять минут.
Через полтора часа мы-таки покушали. Кажется, кое-кто фанатично предан своему призванию. А меня в сердце кольнула ревность: может, я для него лишь проект? Не развеется ли его любовь, когда он вылечит меня?
***
В понедельник вечером ко мне на работу заявился возмущённый до глубины своей мелкой, как лужа, души Аристарх.
– Ты представляешь, они не дали мне премии!
Сдаётся мне, вселенная любит не только равновесие, но и равнобесие. Как иначе объяснить то, что самый бесячий человек в этом мире до сих пор топчет матушку-землю?
– Кто они? И с чего тебе должны дать премию?
– В упаковочной компании! – брызгал слюной наш петушок. – Все пятьсот тысяч коробок с пастой разлетелись меньше, чем за неделю! Благодаря мне они получили сверхприбыль, а мне не досталось ни-че-го!
 
– Будем объективными: тебе не должны платить за то, что ты допустил опечатку. Они вообще имели право уволить тебя!
– Но в итоге всё обернулось прибылью, а от них никакой благодарности!
– Амбиций тебе не занимать, – вздохнула я, понимая, что с ним бесполезно спорить.
– Ну, что ты нервируешься на него, Жупочка, – вмешалась маман. – Он, вон, старается изо всех сил, на двух работах пашет. Настоящий мужчина! Не то что некоторые избалованные мальчишки... – а это она про Дена, который болезненно напоминает ей моего папашу, который бросил её беременную. Мама словно не видит моего преображения, для неё я всегда буду уродливой девочкой-отщепенцем общества. Её всё равно, что Ден, зная о моих тяжёлых телесных изъянах, всё равно взялся меня лечить.
Сегодня утром Ден сообщил моей родительнице, что планирует на мне жениться, на что получил в ответ убедительную просьбу не торопиться и не совершать фатальную ошибку молодости. Так маман тактично выразила своё скептическое отношение к нашей затее. Эх, не верит она, что меня может полюбить некто блистательный вроде блондинистого принца. К счастью, о происхождении моего избранника мама не в курсе.
И вот, приход Аристарха наглядно показал, за кого болеет мама.
Друга же слова моей мамы заставили выпятить костлявую грудину и горделиво вздёрнуть подбородок. Петух, ей-богу!
– Что-то давно ко мне в гости не захаживали, – посетовала маман. – Может, ты, Аристарх, дождёшься нас, и все вместе попьём чайку у меня?
– Я сегодня не могу, – первая высказалась я.
– Совсем этот прынц мозги тебе запудрил! – заворчала она.
– С чего ты взяла, что он принц?
– У всех у них, богачей, звёздная болезнь! Прынц – не прынц, а всё равно птица не нашего полёта.
Начинается...
К счастью, у Аристарха хватило ума промолчать, что Ден – в самом деле принц. Или он и сам не верит в это. Как это я – и с принцем?! Взрыв мозга!
– Жупа, – друг с прищуром глянул на меня, – ты сегодня какая-то другая.
Ах, заметил-таки? Приятно-приятно.
– Похорошела? – милейше улыбаюсь ему.
– Нет, но... Взгляд какой-то другой.
– Вчера Ден вылечил мне косоглазие, – похвасталась я, не вдаваясь в подробности, что лечение было крайне болезненным и могло стоить мне жизни.
– Пф! Косоглазие и без магии лечится в два счёта! – не оценил подвига Аристарх. – Чёрные очки с дырочками продаются в каждой оптике. Самый простой и эффективный метод.
На самом деле это чушь. С помощью перфорационных очков можно чуть улучшить остроту зрения, но никак не избавиться от косоглазия. Я с детства перепробовала все финансово доступные нам способы лечения этого недуга – всё впустую. А Ден справился за один день. Мой волшебник!
Обесценивать чужой труд – это так по-аристарховски! Ну, и хрен с тобой, душнила! Музей по тебе плачет.
– А я слышала, что господь помогает тем, кто заплутал во тьме: он вершит чудеса и ведёт за собой к свету, – вставила свои пару медяков родительница.
А, то есть это не Ден меня вылечил, а Гова снизошёл? Ну-ну!
Что-то моей маман этот божественный кудесник не указал пути к счастью. Забыл о ней, видать.
Зато я о себе помню. И мне неважно, что мама с Аристархом не одобряют Дена. Я сама распоряжаюсь своей судьбой.
– Аристарх! – взмолилась маман. – Ну, хоть бы ты повлиял на неё! Совсем девка в облаках витает! А уже ведь не восемнадцать годков! Нет, кого реального бы нашла, а тут... Разобьёт ей сердечко этот богатенький хлыщ! По кускам потом собирать будем...
Мне тут же вспомнился опус Лики Виновной: «Ты разбил мне сердце! Когда ты ушёл, я собирала его по кустам!» – так же и тут. Благо, листва с кустов давно уже облетела – искать осколки в снегу будет проще.