Наследник Дракона (СИ)
***Гарет медлил. Вот он стоял в Чертогах Джерона, вот моргнул, и вот стоял посреди площади Джейстена, на которой раскладывали в ряды тела убитых. Кого-то невозможно было узнать, кого-то разрубили пополам, кто-то умирал с отрубленными конечностями и вспоротыми животами. Кто-то был изувечен так, что тело было похоже не на тело, а на смесь костей и порубленного в фарш мяса.
Он видел многое за свою жизнь. Видел смерть в самых разных её проявлениях. Но теперь, за смертью следовала безысходность. Кровогорья больше не было, Империя умирает, а все его близкие сгинут навсегда. Гарет чуть не с самого рождения ходил строевым шагом. Он был прирождённым легионером. Он был истинным капитаном, но он так же был человеком, со своими слабостями и страхами. И это пугало его до мурашек.
Когда же он увидел тело Алетры, он приложил титанические усилия, чтобы не дрогнуть. Ему хотелось выть, орать, рвать на себе волосы, кричать, биться в истерике. Но что-то внутри него не позволяло ему этого сделать, даже тогда, когда он понял, что его никто не видит. Он лишь присел на колени перед Алетрой и прикрыл её холодные веки, поцеловав длинный, чистый лоб. В руках его леди Рейн лежал меч из адамантита. Этого Гарету было достаточно. Подняв клинок, тяжелый от толстого и красного слоя крови, он обхватил его обеими руками, плоской стороной, прижимая ко лбу.
Орды ир-меров наступила вперед, во главе с Падшими и Лордами Тьмы. Капитану СтоннКасселу оставалось лишь одно. Ринуться на остриё атаки. Они лежали в метре друг от друга. И перед тем как умереть, Гарет потянулся к ней. К его Алетре.
***
Он видел это в её сине-карих глазах. Видел смерть Гарета. Так смело, но так глупо. Видел, как погибла Адриана, его сестра. Видел, как Ариана рыдала над их телами. Как лично хоронила Орина, Гарета и Киру, как на костях своих пращуров поклялась отомстить или же умереть достойно. Айдан почувствовал, как злость и беспомощность накатили на него волной. Что это? Безнадёжность? Пустота, тьма или бездна? Всё вместе.
«Это я виноват. Я не спас их! Боги, за что? Почему именно они? Почему не я? Почему они должны умирать, надеясь, что их спасу! Я не герой! Я НЕ МЕССИЯ! Да я не знаю кто я такой! Лара и Мартин мертвы. Я не спас их! Они умерли из-за меня! И вот теперь все те, кто были мне дороги мертвы! А Сейна? Что если она погибла самой первой? Что если она умерла с МОИМ именем на устах?! Я не герой…нет… я не герой! Не НАСЛЕДНИК НЕРАНА! Я — лжец! Сколько ещё нужно смертей, чтобы все эти пророчества сбылись?! Сколько нужно пролить слёз и крови? Люди не должны умирать с моим именем на устах! НЕ должны умирать ИЗ-ЗА МЕНЯ!»
Ир-меры, Падшие и Лорды-Тьмы уже взяли Джейстен. Вскоре возьмут и Чертоги Джерона. Они уже подкатывали таран, пока последние гвардейцы легиона баррикадировали двери.
— Объясни-ка ещё раз. Ты вернёшь нас в академию, за несколько часов до того, как мы попадём в этот портал, так? То есть, мы должны будем не попасться ир-мерам, Лордам Тьмы и сами себе на глаза, дождаться пока нас не затянет туда и дальше действовать?! — завопил Терон, пока вместе с Корром искал свитки заклинаний.
— Я направлю энергию в портал, ты, поскольку связан с Рогом, его откроешь, понимаешь?! Ты проведёшь нас в академию, чтобы мы могли атаковать сразу, как нас унесёт! — Корр принялся судорожно чертить мелом руны на Роге и на полу, вокруг Терона.
— Вместо крови, возьмём чистую магическую энергию. Всего-то! — пока близнецы готовили площадку в центре зала Чертогов Джерона, Айдан стоял рядом, как вкопанный в землю он смотрел, как остатки гвардейцев вместе с Арианой ждут своего последнего часа.
— Предотврати это. Не дай погибнуть всему миру — говорила ему Ариана
— Не бойся холодных ветров зимы, ибо они принесут семена будущего лета. — сказала она ему. Он хотел попросить у неё прощения. Айдан этого не хотел, он не хотел чтобы люди умирали из-за него, не хотел быть мессией и тем более — мучеником. Айдан не хотел, чтобы люди страдали из-за него, люди дорогие его сердцу. Нет. Он не может допустить подобного исхода!
— Айдан! Не отходи, иначе ничего не получится! — завопил Корр, направляя потоки синего свечения в грудь Терона. Руны под его ногами и на Роге солнцем засияли в Чертогах, куда солнечный свет не поступал уже семь лет. По воротам опять ударил таран. Ир-меры ворвались в Чертоги, разрывая своими тесками плоть людей, слюной истекая по её вкусу. Тьма своими щупами окутала последних из людей. Айдан стоял, не смея сдвинуться. Они умирают из-за него. По его вине. Он может их спасти. Только как? КАК?! Как он может им помочь, если это — последние из людей? Ненасытный решил уничтожить каждого смертного, и Айдан не мог ему помешать. Не в этом времени.
«Я не должен этого допустить!»
«Ты допустил это!» визжал Генри
«Ты убил их! Ты бросил! Их кровь на твоих руках!» орал Джейстен
«Нет! Я исправлю это! Я не позволю никому их них погибнуть! НЕ ПОЗВОЛЮ!»
Тогда Терон пропел в Рог и перед тем как зелёная расщелина вновь их утянула, Айдан увидел Ариану, лежащую с проклятым адамантитом, что торчал из её груди. Он вновь слышал голос Макара в голове.
«Я вновь победил, Лок-Хай’Эред!»
Глава 27. Вспоминая прошлое
Ариана почти неделю не спала. С Адрианой всё было хорошо, девушка плотно питалась, много спала и стала приходить норму. Да только с самой Арианой было что-то не в порядке. Всё чаще женщина не спала, а даже если спала, то видела во сне тело убитого Орина, видела, как своими руками закапывает его могилу, без гроба или саркофага, Ариана просто застилала сырой землёй лицо мужа и просыпалась, всё в поту и слезах.
Боги её свидетели, она любит Орина. Пусть он и натворил много чего, Ариана никогда не откажется от него, никогда не предаст Гарета или Киру, и тем более Адриану или Айдана…
Этот день был на удивление жаркий. Так ярко солнце светит обычно перед дождём. Ветер дул с запада — плохая примета. Ариана стояла на балконе Амхары и слушала как Кира, сидящая в кресле по левую руку от неё, тихо что-то напевала.
— Расскажи мне о Ларе и Мартине. — внезапно попросила она, и Кира даже поперхнулась вином.
— Чего это на тебя нашло? — Кира привстала, поправляя красную юбку и бесцеремонно села на перила балкона.
— Ты говорила, что Лара была твоей давней подругой. Да и мне просто надо отвлечься. — Ариана смахнула пряди каштановых волос с лица. Ветер всё же дул именно с запада. Кира повела густыми бровями, скрестив руки на груди.
— Всё началось ближе к концу Войны Домов Второго Бунта Легионов. Кинхарт тогда горел, и мои братья увезли меня в Карден-Холл. По дороге я заболела, почти не могла дышать из-за жара и боли в теле. Побудь я в таком состоянии ещё три дня, и не было бы меня. Тогда правил дед Арвина Фалоне, Деган. Нас разместили в доме около торговой площади и пристроили ко мне синеглазую красавицу, с золотыми волосами. Это была Лара Оренел из Илайтана. — Кира на секунду умолкла, как будто она вернулась в столь далёкие времена, когда была счастлива?
— Она меня выходила. Поверь, она была превосходной лекаркой и добрейшей души человеком. Мы пробили год в Карден-Холле и к его стенам подошли армия ренегатов из Серых и Чёрных Легионов. Отступать было некуда, и мы все уже распрощались с жизнями, как из Кинхарта пришли Грифоны и Львы. Грифонами командовал Мартин Анкит, а Львами Айзора Трайден.
По её приказу Львы рванулись в самоубийственную атаку и почти все полегли, а Грифоны вступили в бой, когда враг поник за стены. Благодаря Мартину Карден-Холл выстоял. Анкит был красив, статен, светловолос. Ходили слухи, что он и Айзора какое-то время были любовниками, а потом расстались. Но я-то знаю, что случилось после. — Кира невесело хохотнула, и облизала губы, после выпитого вина.
— Лара стала выхаживать Мартина, и они полюбили друг друга, а Айзора чуть не убила лекарку. Благо, я ударила пьяную дуру табуретом по горбу! — похохотав, Кира слезла с перил.