Истинная для демона-2, или Укради мои воспоминания

– Ты хотел сказать, твоему отцу?
Ас-алердин поднялся на ноги. Голова раскалывалась от боли, тело ломило. Он смог сделать лишь шаг, как вновь потерял сознание. И последней мыслью было опасение, что он не успеет.
 
Глава 2
 
Ночью снились мантикоры, разрывающие тело Ямина. Ни от него, ни от Глеба так и не было вестей. Как и от Тамима. С айлиной Кифаей вечером поговорили недолго – наставница ничего не знала, лишь сообщила, что слышала о телах четырёх мёртвых мантикор, найденных у границы Абикарда. Это вселяло и надежду, и беспокойство. Почему же монтри не появляется? Неужели с ас-алердином случилось непоправимое? А Тамим? Живы ли они?
Утро не подарило ожидаемого облегчения, лишь усилило существующие страхи.
К церемонии всё было готово. В одиннадцать за мной прибудут священнослужители, чтобы забрать в храм, где меня омоют в святой воде и отведут в покои невесты. Там я облачусь в белое платье и выйду к алтарю, у которого будет ждать жених.
Всё это должно было стать радостным событием в моей жизни, если бы на месте Роффе был кто-то другой. Кто-то, кого бы я любила всем сердцем или хотя бы уважала.
– Я слышала, – наклонившись ко мне, сообщила Сивилла, пока мы шли на завтрак, – что замок графини Хизаст осаждают. Об этом говорят все вокруг, но никто не знает причины. Говорят, ночью поймали мятежников. Несколько аристократических семей в опале. – Сив глубоко вздохнула, собираясь что-то добавить, но я её опередила:
– Что с твоим женихом? Насколько я знаю, он служил под предводительством Петтера Орвица…
– Да, и был близок к нему. – Фрейлина судорожно сглотнула. – Макса допрашивают, но он не был связан с мятежниками. Его должны вскоре отпустить.
Сивилла волновалась. Насколько я успела узнать, она не была влюблена в своего жениха, это был бы договорной брак, и всё-таки тревожилась. Я сжала её руку.
– Если его не отпустят к вечеру, немедленно сообщи мне. Я не позволю, чтобы с ним и его семьёй что-то случилось.
– Моя помолвка под угрозой, – призналась девушка и закусила губу. – Не то чтобы я сильно опечалена, но… Если отец в ближайшее время не подыщет мне нового жениха, я более не смогу оставаться вашей фрейлиной. Бракосочетание фрейлин назначено сразу после свадьбы вашего высочества, как того требуют традиции…
– Эти традиции давно пора менять. К тому же… пара месяцев ничего не решит. Я не откажусь от тебя, Сив.
Девушка улыбнулась.
– Боюсь, вы слишком добры ко мне, я того не заслуживаю. Тем более с моим языком отцу будет не так-то просто найти жениха… Многим известно о моём склочном характере.
– Разве это минус? – Я пожала плечами и ободряюще подмигнула. – Мы устроим целый отбор женихов и выберем тебе самого достойного.
Сивилла рассмеялась.
– Боюсь, они разбегутся с такой скоростью, с какой ещё ни один жених не сбегал из дворца. Это войдёт в историю!
Так, перешучиваясь, и вошли в столовую. С Джули мы соблюдали нейтралитет, словно и не было вчерашнего разговора. Уверена, так просто избавиться от неё не получится. Роффе не понравится, если я исключу её из числа фрейлин, а мне сейчас невыгодно злить кузена. Теперь у меня на попечении не только брат, но и осаждённые из замка Хизаст. Однако я обязательно что-нибудь придумаю.
– Вы слышали эти ужасные новости о мантикорах? – начала Нила, когда подали яйца-пашот. – Они появились на границе Абикарда. Не просто на разломах, а здесь, на материке. С ума сойти! Так страшно. Я всю ночь не могла заснуть…
– По твоему бодрому и румяному кругленькому личику этого не скажешь, – как всегда колко вставила Сив, намазывая масло на подсушенный хлеб. – Подскажи адрес косметической лавки, где ты берёшь чудесный крем, маскирующий тёмные круги под глазами.
Нилла фыркнула, а я улыбнулась. И Сивилла думает, что я от неё откажусь? Она заставляет меня улыбаться намного чаще, чем кто-либо во всём дворце.
– Сивилла, боюсь, что с твоим бледным лицом тебе никакие кремы не помогут: на такой коже видно любой синяк.
– Поэтому я стараюсь крепко и сладко спать, чтобы наутро ни один синяк не появлялся, – подмигнула она.
 
Завтрак прервал его величество, внезапно решивший к нам присоединиться. Его в это утро никто не ожидал увидеть: день свадьбы обручённым принято проводить раздельно. У Джули даже ложка из рук выпала, и лакей поспешил заменить приборы.
– Позвольте нам с невестой позавтракать наедине, – попросил король, и фрейлины, не сговариваясь, встали со своих мест.
Никому не было дела, что они ещё не закончили: уверена, им накроют в другой комнате.
Роффе сел напротив. Нас разделяли метра два, но даже это расстояние показалось мне ничтожным. Я чувствовала проницательный взгляд монарха, недовольство и колкости, готовые сорваться с его языка. Но Роффе молчал.
Я положила ложку джема на тост и начала медленно его размазывать, думая, каким он окажется на вкус. Сладким или с кислинкой?
– Наше соглашение в силе, моя дорогая? – наконец нарушил тишину Роффе и отправил ложку с кусочком яйца в рот, тщательно пережёвывая и при этом хищно глядя на меня.
– А что может быть не так?
Я попробовала тост – ни кислинки, ни сладости не почувствовала. Казалось, что теперь всё для меня потеряло вкус.
– Коробки с платьем, обувью и прочими аксессуарами вчера были доставлены во дворец, чтобы сегодня отбыть в священную келью, где вы будете обязаны подготовиться к церемонии по древним обычаям, – начал Роффе, и тост выпал из моих рук. Я поняла, о чём он говорил. – Я приказал магам проверить всё… на всякий случай. И вот удивительно – было найдено то, чего там не должно было быть. Верёвка… Оригинальный способ сбежать из храма. Не волнуйтесь, виновница уже наказана.
Я сжала челюсти. Совершенно забыла о нашем первоначальном замысле! Я ведь хотела сбежать по плану Фредерика, поэтому просила Адаез всё подготовить. Но в этом королевстве планы приходится менять с феноменальной скоростью.
– Что вы с ней сделали?
– Пока ничего, она всего лишь под стражей. Но уже завтра её сошлют на Проклятый остров.
– Это моя вина…
– Ваша, – с жаром согласился король, – именно ваша, Грета! Задумайтесь, что вы делаете! И поймите в конце концов: я вам не враг. Я могу быть вашим союзником. Отриньте кровное родство. И давайте создадим нерушимый союз, целью которого будет величие Абикарда.
– Этот план возник до вчерашних событий, – сообщила поспешно. – Я… я сглупила. Прошу вас, не наказывайте невинную девушку. Она выполняла мои приказы.
– Знаю. Но она послужит мальчиком для битья. Вас не пугает собственная участь, так страшитесь за судьбу тех, за кого вы взяли ответственность. Не уговаривайте: я отправлю её на остров в назидание вам.
Уговоры бесполезны. Я бы расплакалась, но сдерживалась, окоченевшими пальцами вцепившись в скатерть.
– Что вы собираетесь делать с графиней Хизаст?
– Точнее, с её малолетним сыном? – хмыкнул Роффе, и моё сердце пропустило удар. – Ты в курсе, что у тебя есть племянник?
Узнала совсем недавно. И его судьба меня волновала не меньше, чем судьба брата. Надоело соблюдать правила этикета. Я откинулась на спинку стула и сложила руки на груди.
– Что ты собираешься с ними делать?
– Ещё думаю. Мальчик – угроза.
– Отдай его мне. Мы воспитаем его, как собственного сына, верного нашим идеалам. Он не будет помнить отца и мать. Прошу тебя, будь милосерден.
– Я и так слишком милосерден, – поморщился Роффе. – Только ты этого не замечаешь, цепляясь за воспоминания. Неужели не видишь, сколько я делаю для тебя?
– Для меня? Роффе, у нас странные отношения. Сначала ты пытался унизить меня, забрать у меня право голоса, а теперь говоришь о заботе? Ты поселил меня на втором этаже – и это меньшее из оскорблений, которые я могу вспомнить.
– Я хотел показать тебе твоё место. Я боялся тебя, Грета. Ты могла поднять восстание, и я желал сразу выбить почву у тебя из-под ног, чтобы ты приняла всё, что я тебе дам, с благосклонностью. Метод кнута и пряника.