Единственная для охотников (СИ)
- Что? - я чувствую натуральное оскорбление. И не от того, что он допустил мысль о том, что у меня были мужчины, а от самого его вопроса. Я провела много времени в XVIII и в XIX веках, где такой вопрос был для женщины настоящим оскорблением. И несмотря на то, что я выросла в XXI веке, несколько лет я всё же прожила в других годах и веках. И, практически, в другой жизни. А потому, если я окажусь в более современном мире и захочу с кем-то познакомиться… Наверное, это будет примерно так же. Да, скорее всего.
- Ты не поняла мой вопрос? - он играет со мной, как и всегда. Проверяет на прочность и уверенно гнёт свою линию. Но что ещё больше меня смущает, так это то, что ему действительно интересно узнать ответ на свой вопрос.
- Поняла, - поджала губы. - Но не уверена, что хочу на него отвечать, - хмурюсь, уверенно смотрю на него. По факту мы с ним наследники сильных семей. Таких, которых нет в учебниках истории и которые не стремятся быть в ней. Его предки и он сам охотились за такими, как я, и за мной в том числе. А сейчас что? Да я практически дрожу от ощущения, что всё это чертовски правильно. Но так не может быть.
- Тогда ты можешь идти, - великодушно хмыкает мужчина, и я, почти что под рукой у него, проскользаю к выходу, потуже наматывая на тело полотенце и, прихватив платье, вылетаю. И даже не успев выдохнуть, влетаю в крепкую грудь уже второго мужчины. Он рефлекторно ловит меня и даже прижимает, когда я резко вскрикиваю от боли. Я попыталась без трости бежать и после быстро удержаться на ногах. Но раненая нога даёт о себе знать, а острая боль проходится по всему телу и я вздрагиваю от неё.
- Я не нашёл её в доме и решил сказать тебе, что она ещё тут, - удерживая меня одной рукой, блондин обращается к Александру, который, собственно, видел, что я врезалась в Киприана и теперь отчаянно пытаюсь оттолкнуться от него, встать хотя бы на одну ногу и убежать. Как - тоже не понятно, ведь блондин очень сильно сжимает меня в районе талии и совсем не собирается отпускать.
- Я уже догадался, - хмыкнул Александр, ставя локоть на стену и прижимаясь лбом к кисти. Его взгляд снова опускается по моему телу. И я понимаю, что моё полотенце немного задралось оттого, что я безуспешно стараюсь оттолкнуться от Киприана. - Отпусти её. Кажется, я её очень смутил.
- Она вся горит, - хмыкнул Киприан, ослабляя хватку. Я вцепляюсь в его плечо и прикусываю губу, всё ещё прижимая платье к груди. И полотенце. Но у меня удаётся уверенно встать на одну ногу, превозмогая боль. Он смотрит уже на меня сверху вниз и немного мягче интересуется: - Стоишь?
- Да, Киприан… - шепчу. Почему-то голос охрип.
- Вкусно пахнешь, - ошалело смотрю на его губы, которыми он это сказал. Ещё буквально пару часов назад он меня едва ли не убил. Или мужчины решили меня приручить иным способом? Если силой не даюсь и не против, чтобы уже от меня избавились, то…
- Ч-что? - сглотнула я.
- Тебе послышалось, - хохотнул Александр. Но он подошёл и следующее, что он говорит - кажется ещё большей выдумкой моего воображения: - Ты поосторожнее, - шепчет в ухо, почти что одним своим дыханием пригвоздив к блондину. Встретившись с серебрянным взглядом, я больше не могу отвернуться, особенно пока говорит брюнет своим хриплым голосом. - Всё же сейчас ты одна против нас двоих. Ты очень уязвима, ибо я могу за секунду сорвать с тебя это полотенце. А если мы оба действительно продемонстрируем свои возможности, у тебя не хватит сил сопротивляться.
Нет, ну точно, они явно кардинально меняют тактику. Но я не должна вестись. Это всё состояние моего тела и моих мыслей сводит с ума. Я вздрагиваю всем телом только от того, насколько вся эта ситуация порочна и интимна. А ещё меня очень резко и неожиданно затащили именно в такое состояние. Я ведь всё ещё боюсь их. Но одновременно с этим понимаю, что… Страх уступает всему тому спектру чувств, что я резко стала ощущать.
- Пожалуйста, не нужно… - прошу. Взглядом я всё ещё прикована к серебряным блестящим глазам. А вот мыслями вся в шёпоте Александра.
- Кажется, что нам нужно всем прекратить этот диалог сейчас же, - голос блондина тоже изменился. Боже, что происходит?
Киприан ловко берёт меня за талию с двух сторон и уверенно отставляет от них обоих. Я встряхнула головой и прижала посильнее полотенце с платьем. Оборачиваюсь, вижу, что мужчины не тронулись с места и смотрят на меня странно. По крайней мере, странно. Как-то дико. Пугающе.
- Беги, маленькая путешественница, пока мы все не совершили ошибку, - просит Киприан. - Пожалуйста.
Киваю, собираю волю в кулак и, прикусив губу, быстро иду, хромая и иногда опираясь о стены или что-то другое. Но иногда подводит и вторая нога, так что быстро дойти в дом не выходит.
А ещё я уже за углом слышу тихое и едва слышное:
- Чёрт… Мне должно быть так противно…
- Должно…
Но я не различила ни кто именно что говорит, ни дальнейший диалог. Я просто зашла в дом, чтобы надеть платье и вытереть слёзы, вызванные испугом.
Несмотря на бурю внутри меня и что-то очень жаркое, способное вскипятить кровь в венах, я должна всему этому сопротивляться. Это сложно. Но верить им нельзя. Нельзя давать слабину. Нужно искать её у них. Чтобы у меня был шанс на спасение.
На ужин они приходят спустя минут двадцать. Несмотря на то, что было около душевой, Александр улыбался, а Киприан уверенно внёс вкусно пахнущее мясо в миске и поставил его на стол. По дому сразу разнёсся запах дымка. Несмотря на то, что бабуля уже приготовила блюдо, которым пахло на весь дом не меньше, это мясо с костра вызвало во мне куда больший интерес. Я прижала ладонь к урчащему животу и облизнулась, пытаясь не смотреть вообще на охотников.
А было на что посмотреть. Не знаю, специально или нет, но они так и не надели ничего наверх. Потому, помогая бабуле накрыть на стол, а после садясь за него, я не пыталась поднять взгляд и посмотреть на них. Мало того, что меня откровенно напрягают эти тёмные узоры на Александре, так ещё и всё тело Киприана в маленьких рубцах и швах.
Старалась не смотреть, но смотрю. Каждый раз, когда кто-то из них отворачивается или они оба увлечены разговором с бабулей, я осторожно осматриваю их обоих. Не знаю зачем. То ли найти причины, почему так было жарко, то ли ответить себе на вопрос: почему мне больше не страшно.
В памяти так свежи их поступки, их слова и действия, что я начинаю сходить с ума. Мозг и сердце не в ладах друг с другом. Я чувствую внутреннее сопротивление и оттого аппетита совсем нет. Все вкусно пахнет и я знаю, что бабушка хорошо готовит. Но за весь вечер едва ли не один маленький помидор съедаю. Картошку с мясом я ковыряю небольшой ложечкой и, подперев кулаком подбородок, вполуха слушаю охотников и бабулю.
Всё равно ничего не имеет смысла. Ни мои чувства, ни эмоции, ни мысли. Охотники не откажутся от своей цели, тем более у них обоих есть на это весомые причины. Киприан надеется вернуть любыми способами свою семью. А Александр хочет доказать родственникам, что он тоже чего-то стоит.
Откровенно говоря, если бы моя семья была жива, я бы выбирала её. Всегда.
- Что-то ты не ешь ничего сегодня, - обратилась неожиданно бабуля ко мне. - Не вкусно? Или тебя смущают эти страшные и ужасные?
- Как в стране Оз, - хмыкнула я, а после прикрыла рот ладонью. - Извините… Думаю, вы ещё не знаете о такой сказке…
- Почему же, - бабушка улыбнулась, - я её любила читать дочке и, уже вот недавно, и внучке. Удивлена, что ты именно её вспомнила, - странно, но несмотря на удивление в её голосе, бабушка не удивлена, смотрит на меня так, словно ожидала этого от меня. Её реакция наигранная, фальшивая, а улыбка в тот же миг становится более тёплой, чем за все эти дни вместе взятые. Я хмурюсь и скольжу взглядом по охотникам. Вот они удивлены.
- Значит, мы в ХХ веке, - уверенно улыбаюсь.
- Словила, - неожиданно улыбнулся Александр. - Да, это 1989 год, - так просто выдал мне даже год, от чего я аж выпрямила спину и прикусила губу.