Башня Крови (СИ)

Скосил глаза на советника пути меча:
— Я ведь всё сделал верно?
Ирал опустил голову:
— Да, господин, выполнение печати идеальное, простите своего слугу, вы были правы.
Я с облегчением прервал поток, несколько раз сжал пальцы в кулак, разминая их. Подвёл итог:
— Значит, обойдёмся без Шагов, — спохватившись, уточнил. — А что они вообще должны делать, эти Шаги Ребела?
— Жаль, господин, что всё так изменилось. Я не помню, какие вообще были умения у рода Оскуридо, но эти два очень удачные. Техника для убийства и техника для бегства. Шаги сквозь тень позволяют, по сути, становиться невидимым и проходить через нетолстые стены. То, что использовал против вас тот слабый идар, что застал вас врасплох и ранил. Только лучше.
Я, уже собиравшийся вернуться к валуну и продолжить тренировки Двадцати четырёх клинков, замер. Исчезновение посреди белого дня того идара из дома Миус меня очень впечатлило.
— И что останется без печатей?
— М-м-м, — Ирал задумался, шагнул влево, вправо, словно испытывая технику сам и наконец объявил. — Думаю, скорость и бесшумность.
Теперь задумался уже я. Маловато, но бесшумность? Не то, что мне её не хватало всё это время, но отказываться от того, что, по сути, тебе дали просто так?
Я вздохнул:
— Ладно, давай попробуем. Вроде сами по себе шаги не выглядят сложными.
И это на самом деле было так. Всего десять рисунков, где указывалось положение стоп и движения тела. В умении Дома Денудо тридцать шагов. Правда, по сути, они разбиты на две части, вторую из которых я использовал довольно редко. Она была создана в нашем Доме для бега по горам, где под ногой неверная осыпь и склон горы.
Так что я оказался прав. Освоить эти десять шагов вышло легко. На деле, лишь выучить два новых шага и сплести привычные мне в другом порядке и с другим балансом жара души, как выражался Ирал. Теперь он подсказывал с самого начала, и всё вышло быстрей.
Выглядел результат шагов и впрямь впечатляюще: я мчался по кругу вдоль стен пещеры, молотя по ним мечом, но не было слышно ни звука. Очень хорошо, что я не поленился и выучил эти Шаги сквозь тень. Бесшумное убийство искупало любую задержку, тем более такую малую.
Хотя вроде мне ни разу в прошлом не пригодилось бы такое умение. Даже в схватке с Бихо я бы не стал бить в спину. Но в тот день я испытывал меру своей силы и кто знает, что случится в будущем? Возможно, придётся когда-нибудь штурмовать крепость ночью, а бесшумно убитый часовой — это огромное преимущество в ночном нападении. Моё зрение, скорость, сила и бесшумность в сочетании с разведкой тенями. Идеальный набор.
Но, конечно, даже названия у техник были говорящие. Все же умения рода Оскуридо это тени. Как у рода Умбрадо свет. Можно даже сказать, что проявления их силы полностью противоположны. Есть ли возможность, что у рода Умбрадо найдутся какие-нибудь сгустки света, которые тоже служат им советниками? Или Предок Амания не стала выдумывать подобного?
От размышлений меня отвлёк голос тени. Мудреца.
— Господин, здесь, кажется, есть ещё что-то.
Я повернулся к нему. Он торчал у основания статуи Ребела, за плитой с техниками меча и шагов.
Что там у него? С другой стороны тоже есть рисунки?
Нет.
Рисунков не нашлось. Нашлась ниша с выемками под крошечные флакончики. Три выемки, где пузырёк был лишь в последней.
И короткая надпись над нишей, не оставляющая сомнений в том, что мне нужно сделать с найденным.
«Если ты ищешь силы, потомок, то выпей один из них.»
Я потёр щеку, ощущая, насколько сильно отросла щетина за эти два дня, и с ухмылкой спросил у мудреца:
— Интересно, приводили ли вы сюда до меня ещё двоих?
Мудрец пожал плечами:
— Если и приводили, господин, то мы об этом не помним.
Моя ухмылка стала ещё шире:
— Как удобно. Это помню, это не помню. А я не то что наказать вас, а даже выдавить из вас правду не могу.
Ирал пробасил:
— Ваши удары сумеют причинить нам боль и раны, когда вы сумеете окутать меч аурой, господин. Он уже начал пропитываться вашим жаром души, но это лишь первый этап восхождения к званию Клинка.
 
Невольно я оглянулся на него, только сейчас сумев понять, кого он мне напоминает. Громила с гулким голосом. Глебол. Какое удивительное совпадение. Ещё одно.
Мудрец поспешил добавить:
— И возможно, содержимое этого фиала сумеет помочь вам достигнуть этого уровня силы.
Я покачал головой:
— Если до этого я сомневался, то теперь более чем уверен, что вы знаете намного больше, чем рассказываете, — я повёл рукой, обводя пещеру, статую Ребела, плиту, камень с моими зарубками. — Сначала вы убедили меня выучить техники Безымянного, — я намеренно не назвал его имя. — Проверили, как мои успехи, оценили мой талант, убедились, что я не отринул его наследие, помогли советами, дали свыкнуться с тем, где я нахожусь, что выучил и что теперь должен скрывать дополнительно. И только потом ты, мудрец, привлёк моё внимание к этому пузырьку. Ты знал, что он там есть. А может быть, его и не было там, пока этого не захотел именно ты.
Мудрец медленно двинулся вперёд, приближаясь ко мне. Так же медленно опустился передо мной на колени.
— Вы приписываете мне возможности, которых, уверен, не было у меня и на пике сил, господин. Я действительно не знаю, пробуждались ли мы в прошлом, приводили ли мы сюда хоть кого-то.
— И можешь в этом поклясться перед статуей Предка Ребела?
Мудрец отчётливо поднял голову, вглядываясь в лицо нависающей над нами фигуры:
— Да, господин. Клянусь перед лицом создателя Ребела, что не помню, пробуждались ли мы в прошлом.
Я скривился. Неубедительно. Даже люди, нарушившие клятвы Хранителям на алтарях, бывает живут после этого годами. Что уж говорить про теней. У них даже не заметить чернеющие зубы, они и так целиком, с ног до головы черны, словно предали тысячи клятв и давно сгнили. Ещё тысячу лет назад.
Вздохнув, я поднял к глазам флакон. В темноте я, конечно, вижу, но пещера без проблеска света, тёмный флакон с тёмным содержимым. Что я ещё тут увижу?
Подумав, снял с шеи медальон. Подцепил ногтями крышку и открыл слезу. Пропустить жар души через пальцы в этот раз вышло быстрей.
Слеза вспыхнула, ослепив меня и заставив брызнуть из глаз слезы. Проморгавшись, поднёс к слезе флакон. Алое содержимое, в котором словно зависли крошечные серебряные блёстки.
С насмешкой спросил, не рассчитывая на ответ:
— А что здесь, ты тоже не знаешь?
— Знаю. Смесь ихора всех Предков.
— К-хм!
Я подавился этим ответом. Для начала тем, что мудрец вообще ответил. А затем тем, что ответ не соответствовал тому, который выдумал я. Я-то решил, что здесь ихор одного лишь Ребела, а здесь ихор всех Предков?
Погасил слезу, и, подавшись вперёд, к мудрецу, жадно задал новый вопрос:
— А где сейчас Предки?
— Они собирались вернуться к себе домой.
Это я знал и так.
— Зачем Ребел напал на остальных Предков?
— Я не помню, чтобы он нападал на них, у меня не осталось воспоминаний о том времени. И, честно говоря, сомневаюсь, что великий Предок Ребел действительно это сделал.
— А, кроме этого пузырька, есть ли ещё способ мне стать сильней?
Ответил Ирал:
— Конечно, господин. На первом этапе нужно очищать в себе ихор и накапливать жар души, следовать пути меча, затем, когда вы сумеете зажечь ауру меча, придёт пора сгущать ихор. Вот только из всех наставлений я пока помню только эти слова. Но уверен, когда вы выпьете пузырёк, то мы тоже станем сильней и восстановим часть памяти, ведь количество ихора в вас увеличится.
Я лишь снова скривился. Ну, конечно. Сразу как задам все вопросы, так и выпью.
Правда, ответов я получил раз в сто меньше, чем задал вопросов. Проклятые тени чаще всего отговаривались тем, что не помнят. Ни войны Предков, ни сражений на землях Валио с Кровавыми воинами и объединёнными армиями других королевств. Но при этом помнят, как они не любят самих Кровавых воинов, как забирать у них тьму и упорно отказываются объяснить, как это возможно. Глупо было даже пытаться вывести их на чистую воду.