Небожитель (СИ)

Их мечи почти не отличались по параметрам от той деревянной палки, что мне всучили в качестве первого оружия. Восемь-десять физической атаки — ну разве это оружие? После того, как я увидел, на что способна боевая магия друида, двухзначные цифры урона казались просто издевательством.
Закончив исследование снаряжения, я немного обнаглел и забрался в кристаллы пространств погибших. Наставница оказалась довольно богатой особой. В одной из ячеек инвентаря я увидел золотой слиток в виде лодочки с цифрой их общего количества. При концентрации внимания на сам слиток, выдалась подсказка, что он равен тысяче золотых монет, и было их целых сорок пять. Выходило сорок пять тысяч золотых монет. Было пока непонятно, много это или мало, но я отметил, что сделаю женщине большой подарок, вернув то, что мог бы просто присвоить себе и промолчать.
У других членов отряда с деньгами было намного хуже. У здоровяка нашлись лишь золотые монеты в количестве сорока штук. Дрыщавый парень имел в загашнике немногим более шести сотен монет, а у обманувшей меня барышни завалялось около полутора тысяч. Два ноль в пользу женщин. Они оказались более хитрыми или бережливыми, что ни капли не удивляло. Особенность менталитета. Накапливать на чёрный день, бояться зависимости от других, нищеты и пропуска выгодной распродажи бесполезных безделушек — общая черта многих из них.
И всё же суммы наличности троицы героев показались мне совсем скромными, хотя, если учесть, что староста сказал, что продает хлеб в секту всего за пару монет за буханку, снаряжение здоровяка стоило в районе пятидесяти, а мечи всей троицы всего по двадцать — выходило, что можно было жить и с такими небольшими накоплениями.
Пользуясь случаем, я подглянул, что покажет камень талантов других героев, но вместо чужой, он отразил мою собственную информацию. Видимо, этот предмет был универсальным, и пользоваться для просмотра и корректировки своей информации им мог каждый. В таком случае логичней было бы устанавливать один общий где-нибудь в храме и давать им пользоваться по нужде, а не раздавать зеленым новичкам при появлении. Логично давать в полное владение такие вещи, когда герой осознает их ценность или перед уходом в поход на верхние этажи. Как-то не до конца тут всё продумано.
Вскоре староста позвал меня на завтрак. Его жена и сноха напекли партию свежего хлеба. Я слопал, наверное, целый каравай с парным молоком. Очень вкусно. Старик поинтересовался, когда я собираюсь отправляться в дорогу, а когда я спросил, почему он интересуется, он ответил, что его сын повезет на гору новую партию свежего хлеба и мог бы составить мне компанию в качестве проводника. Да и защита сильного героя ему не помешает. Эта идея мне понравилась и спустя полчаса на двух повозках мы выдвинулись к дороге у подножья горы.
Из нашего недолгого разговора со стариком мне запомнилось два интересных момента. Во-первых, он, как и все жители окружающих пик деревень — потомки беженцев с верхнего этажа. Это произошло очень давно, когда миры соединились и из портала темной ветки хлынули реки нежити. Старик наверняка рассказывал другими словами, но способность героя вычленять смысл из любых надписей и звуков донесла до меня именно этот контекст.
Люди в Песочнице до сих пор считали, что их мир захвачен Проклятыми созданиями и боготворили героя Габриэля, спасшего предков от уничтожения. Вторым интересным фактом стало то, что аборигенам, которые оказались совсем не аборигенами, запрещено иметь совместное потомство и вообще как-то скрещиваться с героями. Это табу. Кроме героев и беженцев в этом мире существовал еще один вид разумных человекообразных обитателей — бессмертные или святые. Эти ребята были истинными стражами мира и спасали его от разрушения. Но в их функции входило лишь сохранение самого мира, а не его обитателей. «Святые» безучастно смотрели на гибель тысяч потомков беженцев от нашествий монстров или от засухи и голода.
Их выживание полностью зависело от собственных усилий. Другими словами, эти люди были такими же смертными, как я в своем мире и не могли присоединиться к гонке за приз на вершине башни. Они старели и умирали в мире, где герои были бессмертны. Эта информация погрузила меня в глубокие раздумья по пути. Расспрашивать местных о Башне оказалось бесполезно. Они жили простой, ограниченной жизнью, тяжело работая всю жизнь на земле и преодолевая массу трудностей. Для героев они были лишь прислугой и редкими заказчиками несложных заданий. Обычно в этих местах никого кроме волков, плотоядных пауков и уже знакомых мне цветков и жуков не встретишь. Почти безопасное место для жизни, где достаточно спрятаться в своё жилище и послать гонца к героям, чтобы переждать невзгоды. Появление сильного монстра-дикобраза являлось крайне редким и пугающим событием для всех жителей деревни.
 
Проехав на восток еще примерно около часа, я увидел развилку, от которой обнаружилась первая дорога на гору. В этот момент с встречного направления к развилке подъехала легкая пассажирская повозка без навеса. В ней ехал пожилой мужчина в красивой, дорого выглядящей одежде и три парня примерно моего возраста, одетые совсем вразнобой. Мне бросилась в глаза одежда одного из них — вылитый спортивный костюм допотопных времен из пластиковой синтетики. Парень сильно отличался от спутников внешним видом и выражением физиономии и вызвал у меня огромный, неподдельный интерес.
Пристроившись на подъеме в хвост повозке с незнакомцами, я с радостью обнаружил, что после двух часов виляния по горному серпантину мы все прибыли в одно место. Впрочем, дорога не имела ответвлений и упиралась в укрепленные каменными столбами ворота секты Небесного меча, так что никуда бы мы с ними не разминулись.
Сын старосты предъявил страже на воротах специальный пропуск и проехал внутрь территории, а мне пришлось задержаться. Стражи не желали слушать объяснения, кто я, и что забыл у ворот секты. Для этого был капитан стражи. К моей радости, незнакомцы впереди тоже оказались новичками, прибывшими из центрального города долины, Тристрама, а их спутник оказался обычным рекрутером и, высадив пассажиров, дал им пару коротких рекомендаций и покатил назад в свой город.
У меня появилась возможность перекинутся парой слов с компанией незнакомцев, пока стражники послали за ответственным за прием новичков.
***
В большом зале главного корпуса проходило срочное собрание старших и младших мастеров секты. Глава обвел всех собравшихся внимательным взглядом и начал свою сухую речь со слов: «В этот раз мы должны показать всем, что секта Меча Истины чего-то да стоит!»
Приближалось важнейшее событие десятилетия — «Соревнование шести сект». Глава Разак подчеркнул, что по итогам соревнования будет определено, сколько учеников и мастеров от секты Меча Истины примут участие в новом рейде в Земли Небожителей.
Раньше в рейд отправлялись все кому не лень, но после полного провала шестнадцатой и всех последующих волн, так и не достигнувших десятого этажа, включая последнюю, семьдесят девятую, было принято решение, что собирать команды будут теперь только из самых сильнейших. Одного желания претендента отправиться в рейд теперь недостаточно. Такой подход приводил к тому, что на верхние этажи уходили даже младшие ученики, хотя отряду из восьмиста претендентов они почти не приносили пользы.
Глава напомнил, что участие в состязании и рейде примут лишь те, кто уже достиг уровня старшего ученика и обладает камнем талантов. Последнее условие ножом резануло по сердцу стоящей среди десятков других младших мастеров, наставницы Уны. Она хотела в этом году сложить с себя обязанности наставника, хотела присоединиться к рейду на правах ведущего группы, но из-за глупой случайности — высокоуровневого монстра, непонятно каким образом оказавшегося на горе, она потеряла всё.
 
Самое обидное, что глава и старейшины секты её просто высмеяли. «Король полевых дикобразов-оборотней двадцать шестого уровня здесь? На пике? Откуда ему тут взяться, если они обитают далеко в дремучих лесах на севере?» — лишь посмеялись они, посчитав, что Уна пытается таким образом оправдать свой постыдный проигрыш.