Хозяйка дома Риччи (СИ)

После приборки мы уселись втроём — Клара, Битти и я и приступили к передаче дел. Вначале Клара заметно нервничала, но скоро уже начала забегать вперёд моего рассказа. Вот и отлично, я ничуть не сомневалась, что она справится. Как говорят: глаза боятся — руки делают.
  
Глава 25
 
Глава 25
День перед отъездом постепенно подходил к концу. Двор почистили, душ построили. Одежда гвардейцев почти высохла.
Я сходила к мессиру Жакопу и всё подробно рассказала. Добавила что деревню и людей Пресвятая Дева уберегла. Договорились что завтра после раннего завтрака выезжаем.
На ужин Клара превзошла себя. Мало того, что кучу еды наготовила, она ещё и украсила блюда, в салаты навтыкала розочек из зелени. А в остальные блюда, розочек из моркови. А дальше начался цирк на выезде.
Во первых стол в буквальном смысле ломился от блюд. Горы салата, батареи сырных палочек. Варёные яйца Клара отварила, почистила, порезала пополам и на небольших тарелках расставила по всему столу.
В маленьких кружках соус а-ля майонез. Ну нет здесь соусников, и креманок тоже нет. Но это ведь не повод отказываться от вкусного.
Нарезанный сыр на этом фоне остался незамеченным. И повсюду небольшие тарелочки с мелко рубленной зеленью.
Представили яркость красок на столе? Даже мы, уже балованные Кларой замерли в изумлении. Гвардейцев же было откровенно жалко. Вряд ли они ели красивую еду. Вкусную — не спорю, а вот красивую? Они озирались как дети, смотрели друг на друга, как бы ища подтверждение своим чувствам в глазах других. Переводили взгляд с одного блюда на другое. При этом пытались «держать лицо». Куда там, впрочем мы все тоже были поражены в самое сердце.
Клара решила нас добить, и показывала, что на край тарелочки кладется яйцо, сверху капля соуса и щепотка зелени. В центр тарелочки кашу, с другого края ложку салата и сырную палочку. А вот теперь «Приятного аппетита». Стало ещё сильнее жаль гвардейцев.
Все только цокали языками и изумлялись умению Клары. Она же стояла как настоящая звезда на вручении медали за первое место. Плечи расправлены, глаза горят гордостью, в руке грязная тряпка.
За столом мы активно благодарили гвардейцев за помощь, а они нас за тёплый приём. Потом ещё болтали о том, о сем и в итоге разошлись спать. Завтра с утра в дорогу.
Утро началось с суеты. Староста Рид как и договаривались прислал две телеги с товаром для торга в столице. На каждой телеге по одному мужику и по одной женщине. Итого четверо. Они даже не заезжали в ворота, ждали, когда все соберутся и в путь.
В другую телегу грузили сундуки Мессира Жакопа. Особо ценные его сундуки размещали за каретой, на специальном выступе. Мои два сундука поместили на телегу.
Наскоро позавтракав собрались грузиться. И тут Битти снова начала реветь. Не воем, как накануне, а тихо, но обильно. Клара прижала её к себе, гладила и успокаивала. Но всё равно не удержалась и уже вскоре сама начала фартуком смахивать слезы.
— Пресвятая Дева! Да что вы в самом деле? Всю дорогу нам размоете! — я строго на них посмотрела. Прямо детский сад, штаны на лямках. Едем то всего на три недели.
— Ага, вы то там развлекаться будете, а мы тут скучааать — Битти не сдавалась.
— Может я мало заданий оставила? Добавить, чтобы не скучали? — я уже начала немного злиться. С другой стороны прощаться надо по доброму.
— Битти, я когда вернусь, научу Клару сладким пирогам. Поэтому уже начинай готовиться к нашему возвращению — как я и ожидала, упоминание о сладком блюде возымело силу. И слезы начали высыхать.
Воспользовавшись моментом, я обняла Клару и Битти. Ещё раз при всех объявила, что Клара остаётся за главную и её нужно слушаться. Потом гвардейцы попрыгали на лошадей, а мы с мессиром Жакопом расположились в карете. И наш кортеж двинулся в столицу.
Мы ехали молча. Каждый наверное думал о своём. Я была абсолютно спокойна за дом. Клара взрослая, рассудительная. Хозяйство наше знает. Запасов продуктов для людей и животных достаточно.
 
А за окном живописно раскинулись равнины. Практически все уже в зелени, а некоторые в цвету. Зелень вперемешку с жёлтыми и фиолетовыми мелкими цветами. Что это за растения я разобрать не смогла.
Иногда дорога поднималась в гору или лежала с горы, но не круто, а скорее лениво. Проезжали и леса, больше лиственные, но встречались и редкие хвойные деревья. Какие именно я не поняла. Потом снова равнины. Потом деревня. Домики как у нас, каменные и частично деревянные. Цветов возле домов нет — довольно скучная картина.
Потом проехали речушку. Метров десять-пятнадцать шириной. А потом начало припекать солнце. Карета мне и до этого не нравилась. Трясёт нещадно. Окна маленькие и занавешаны шторками. Воздух они не пропускают, а вот пыль и запахи как будто притягивают.
Солнце же нещадно накалило маленькое помещение так, что мне стало дурно. Не в смысле обморока, а в целом состояние ужасное. Тело липкое, и скоро начнёт попахивать. В голове горячий туман. Я вообще не очень переношу жару. Мне бы дождиков, и немного снега. Особенно сейчас.
К середине дня, когда я уже себя не помнила от жары, устроили привал около очередной речушки. Я буквально вывалилась из кареты и потопала к воде — обтираться. Есть не хотелось, хотелось вернуться. В прохладу дома. Сходить в душ. А потом напиться взвару и лечь спать. Как там Клара? Битти уже наверное не плачет.
Тем временем гвардейцы вскипятили воду и заварили взвар. А потом начали накрывать на стол. И я изумилась. Оказывается Клара собрала на всех еду в дорогу. Лепёшки, яйцо вареное, лук, сыр, окорок, сырные палочки, даже соус с чесноком в кувшине отправила. Она совсем не спала видимо, столько наготовила. А я и не знала. Хороша хозяйка.
После обеда, ещё немного потоптались, а у меня возник план.
— Мессир Жакоп, очень тяжело я переживаю дорогу, видимо с непривычки. А можно я в телеге поеду? Там вон сено, по всему видно что мягко. А Вам постелю шкуры и Вы сможете немного отдохнуть. — я готовилась к серьёзному выговору, ну как минимум к отказу. Поэтому подготовилась основательно. Чепец немного сдвинула на одно ухо. Сгорбилась и безвольно опустила руки. На лицо напустила скорбь всего мира.
— А почему нет? Я то сам по молодости только на лошадях ездил, но тебе не советую. А в телеге хорошо тебе будет. Только лицо и руки прикрой чем нибудь. В столице будут косо смотреть. Там вся знать белокожая. — ничего себе. Так просто? Значит можно перестать ломать комедию. А то я задумала и слезы, и даже тепловой удар изобразить. Тогда быстро по сундукам и пару шкур мессиру Жакопу перетащить и устроить ему гнездышко.
Загорать значит нельзя. Эх, знать бы какие здесь травы да овощи/фрукты водятся. Я бы кожу то отбелила. Но пока нет информации, надо соорудить себе навес.
Я взяла с собой тонкой белой ткани. На случай, если в чужом доме мне постельное не понравится. Вот из неё я навес и сделаю. Оторву кусок ткани, примерно как на простынь. К двум палкам привяжу концы, а ещё два конца под спину закину и сяду на них. Палки можно держать в руках, а можно воткнуть в сено. Можно лежать под этим навесом или сидеть. Кто молодец — я молодец!
Пока я выбирала палки, внимание на меня не обращали. А вот когда начала зубами рвать ткань — всем стало интересно. Наши, деревенские, должно быть привыкли к моим причудам. А вот гвардейцев я удивила.
В итоге смастерила себе нечто среднее между домиком на дереве и шатром. Осталась очень довольна своей смекалкой. Вот только в деревнях надо шатёр складывать. Мало ли?
Эх, с этой жарой, а потом с суетой, совсем не поговорила с мессиром Жакопом. Вечером, или завтра, до жары.
Ну что, встречай столица. Шамаханская царица к тебе едет.
  
Глава 26
 
Глава 26
Путешествовать в телеге было великолепно. Во первых очень мягко. Солома смягчала все выбоины и я просто плыла по дороге. Во вторых свежий ветерок, и жара отступала. А ещё я взяла с собой кувшин с водой и время от времени делала пару глотков. А ещё оторвала маленький клочок ткани, смачивала его водой и обтирать все открытые части тела. Лицо, шею, кисти рук, и даже чуть чуть ноги. Чепец бы ещё смочить, но как потом его надевать? Я итак как робот многорукий. Навес держать надо, кувшин тоже, еще и постоянно обтираться. Но несмотря на некоторые неудобства, жизнь налаживалась.