Чёрное сердце (СИ)
- Как ты это сделал? - в глазах ее, на долю секунды промелькнуло удивление, замешанное на тревоге.
- Вэлори, если не ошибаюсь?
Она с трудом заставила себя кивнуть. Безмятежный взгляд неестественно-синих глаз прекрасно сочетался с белой рубашкой, надраенными до зеркального блеска туфлями и небрежно переброшенной через плечо черной мантией.
- Значит, на одну земную мольфу у нас стало больше? - беловолосый незнакомец уставился на Вэлори, которая продолжала неподвижно сидеть, словно и не слышала вопроса.
- Тётушка сказала, что ты красивая, - медленным шагом он подошел ближе. Глаза пытливо изучали её. - Я подумал она снова преувеличивает ценность объекта. Без обид! Обычно земные мольфы внешностью тянут на что-то среднее.
- Кто ты? - Вэлори надоело бестолково молчать.
- Будем знакомы! - блондин протянул ей ладонь. - Луций Кадоган.
- Впервые слышу такое имя, - пожав руку, отозвалась Вэлори.
- Девочка, деревенщина, и при всем этом ни разу не выезжавшая за пределы своей фермы. Шикарная кандидатура на роль мольфы! - по бледным губам Луция пробежала неприятная улыбка. - Почему на тебе какие-то лохмотья?… Под ними же ничего не видно!
- Лохмотья, как ты изволил выразиться, для того и существуют, чтобы прикрывать наготу.
- Вот ты ее и прикрываешь! А необходимо подчеркивать достоинства!.. Перехожу к следующему вопросу - как ты разрешаешь называть себя друзьям? Может быть, Вэл?
- Упустила момент, когда мы стали друзьями.
Луций не вызывал у нее неприязни, скорее наоборот - он был непростительно красив для особи мужского пола. Вэлори не считала себя дикаркой, ей встречалось много симпатичных парней. Но ни одного - хоть немного похожего.
- Шансы подружиться у нас достаточно большие, - он смотрел на нее со снисходительным превосходством, даже не пытаясь скрыть высокомерной усмешки. - Я тоже учусь в Гроттер-Хилле. На последнем курсе. А моя младшая сестра Ада первогодка, как и ты.
- Супер, - Вэлори выпрямилась, почувствовав, как неприятно заныло под ложечкой. - Она тоже здесь?
- Нет. Она сейчас в Гроттер-Хилле. А знаешь?.. Странно, что магистр решила определить тебя именно к нам.
- Почему? Я не вливаюсь в стены вашего благородного Готер-Хила?
- Именно так. Последняя мольфа училась В ГРОТТЕР-ХИЛЛЕ, каких-то десять лет назад.
- Слушай, а у тебя не найдется телефона позвонить? - попыталась она. Переживания последних часов оставили на ее лице заметный след.
- Зачем мне телефон? - спросил Луций после долгой паузы, во время которой не сводил с нее глаз, до краев наполненных непонятным торжеством. - У меня есть магия.
- Ты понимаешь, что это невозможно с точки зрения здравого смысла? - фыркнула она. - Ну и зачем же, такие как я здесь появляются? Если у вас есть магия..
- Взять меня, - голос Луция теперь вкрадчиво убаюкивал, подобно журчанию горной реки. - Магия это все, что я способен любить. Это и хорошо, и не очень, - он склонился настолько близко, что его губы могли при желании касаться ее густых и кудрявых волос. - А вот подобные тебе, даже если и получают способности, не дают им столько власти над собой.
Щеки Вэлори так ярко пламенели, словно светились изнутри:
- Значит я тоже могу хлопками чистить котов? - она испуганно шарахнулась от него
в сторону, чуть не рухнув с дивана.
Луций негромко рассмеялся при виде ее реакции. Выпрямился и произнес с легкой ноткой упрека:
- Исключительно своих личных котов, Вэл!
Глава 13. Кто без риска беспокоится, а кто с угрозой у виска улыбается.
Глава 13. Кто без риска беспокоится, а кто с угрозой у виска улыбается.
Задувал ночной ветерок разносивший по погосту сухие листья. У арки кладбищенских ворот, покрытых плющом и плесенью, сгущалось пять черных теней. Бледная рука, материализовавшаяся из густого черного дыма, коснулась магической печати оберегающей кладбище от посторонних, и ворота податливо распахнулись. В гробовой тишине, слышно было лишь вороньё, которое копошилось в свежевырытой могиле. Пять фигур облаченные в черные плащи двинулись по каменной дорожке, освещенной лунным светом. Подобно армии каменных воинов, надгробия несли свою вечную службу на страже душ усопших. Все эти могилы, когда-то живших магов не представляли для налетчиков ценного интереса. Кроме одной. Могилы молодой мольфы, наполовину утонувшей в высоких сорняках.
- Какой план? - Айзек споткнулся о могильный холмик.
Мерсис щелчком пальцев вызвав свет, осмотрелся:
- Запах разрытой земли и сырости сводит меня с ума!
Тонг опустился на колени рядом с могильной плитой. Поднятый ворот мантии прикрывал его поцарапанный подбородок. На плите были выгравированы имя, дата рождения и эпитафия:“ Уснула крепким сном моя родная, навек ты в памяти моей - навек живая.” (Лана Далагроуз).
- Эта мертвая малышка нам кое-что отдаст. - Тонг хладнокровно смахнул кончиком пальца налипшую на могильный камень грязь. - Конечно не по доброй воле..
Ветер плеснул им в лицо едва различимый аромат жасмина.
- Сооружу нам щит! - Кристиан поднял руки вверх.
Ухнула сова, резко, отрывисто, и на кладбище словно полог набросили - огромный, глушащий все звуки, стирающий четкие очертания.
- Я слышал о Лане Далагроуз всякое. Кажется, она была та еще чертовка! Горячая! Дерзкая! Такую и в ученики взять не жалко, - Мерсис брезгливо стряхнул с сапога шустро ползущую мокрицу.
Кристиан замотал головой, глядя на потертую дату надгробия:
- Только не хватало нам передраться из-за смазливой девицы! Чему бы ее обучал Гиван? Глубоко заглатывать его пенис?
- А ты еще тот завистник, Кристиан. Не можешь простить мне ту танцовщицу из Баракуса? Уж прости, не всем по душе рыжие дубины, - ощетинился Гиван.
- Интересуешься моей дубиной? - зло отозвался Кристиан, и двинулся на друга.
В воздухе просвистел воздушный хлыст вместе с невнятной бранью, и угодил обоим по лицу. Гиван и Кристиан тяжело рухнули на колени.
- Можете убивать друг друга, когда выполним свое дело и вернемся домой! - угрожающе рявкнул Тонг. От холода его шрамы побелели. - Сдать амулеты!
Пять амулетов оказались в черном непроницаемом мешке. Откуда стало исходить шипение и пар.
- Жеребьевку проведет Мерсис! - приказал он.
Мольфар вытянул руку над мешком и с помощью заклинания призвал амулет, чтобы определить Исполнителя. Из мешка поднялась деревянная монета, обшитая светло-коричневой оленьей кожей, и вытравленная руной.
- Красотка на тебе, Крис! - поддел его Мерсис.
Кристиан поднял голову к небу, со свистом втянул обжигающе холодный воздух, и искоса глянул на Тонга:
- Насколько точно ты уверен, что пояс при ней?
- Я дьявольски уверен! Он может быть только там.
- Если там стоит защита? - тем же спокойным тоном спросил Кристиан. Он задал этот вопрос скорее себе, чем ему.
- О, я на это надеюсь!.. Это часть удовольствия, - ухмыльнулся в ответ Тонг.
- Что ж, если меня сегодня прикончит что-то, то знай Гиван - я тебя простил за ту красотку в Баракусе!
Глаза Кристиана потемнели, он внимательно всматривался в могилу молодой мольфы. Остальные участники отступили на несколько шагов назад. Каким странным занятием он сейчас занят - подумалось ему. Стоит у могилы неизвестной, и намеревается ее осквернить. Вместо того, чтобы сидеть где-нибудь в тепле и с полным желудком… Не считая нужным обременять себя молитвой, он “поднял” земляное покрывало, скрывающее труп Ланы, и ледяной порыв ветра будто отметил это упущение..
Глава 14. Следы желания.
Глава 14. Следы желания.
Звон бокалов слился с двенадцатью ударами на часах. Друзья чокнулись стаканами, в которых искрилась живительная амброзия. Один бокал треснул. Развалился в руке, забрызгав всё вокруг, когда Айзек попытался сделать глоток. Осколки полетели на пол.
- Тебе уже хватит, - Кристиан похлопал друга по плечу, другой рукой стряхивая светло-коричневую жидкость с кожаной штанины.