Королевская Академия Магии. Четвертый факультет (СИ)

Декан говорила с такими интонациями, как будто эта тема ей близка. Как будто это что-то глубоко личное, несущее боль.
— А если нет дома? — тихо спросила какая-то девушка.
— Живите в лесу. Магия позволит вам сотворить дом. Не белокаменный дворец, но вполне себе теплую и уютную хижину, — хладнокровно сказала госпожа декан, — это во-первых, а во-вторых, столица не единственный город Тройственной Империи. Как по мне, лучше быть первым магом на деревне, чем младшим слугой в столице. Но я могу и ошибаться. На сегодня все, жду всех в пятницу, после ужина, в моем кабинете. И помните, что за факультатив мне доплачивают сущие копейки и рада я вам там не буду.
Последняя фраза была сказана уже не для нас, а для профессора Лейтиш, которая как раз вошла в аудиторию. Вошла и тут же поддержала декана:
— Верно, будьте благодарны за то, что вам дают на уроках и не тревожьте своего декана лишний раз. А теперь к занятию, если вы научились писать, то записывайте под диктовку, если нет — срисовывайте с доски. Сегодня мы поговорим о том, как правильно разместить солнечные лучи в гостиной, спальне и кухне. А так же о том, как перехватить лунный свет.
"Вот же тварь, она все понимает и даже злорадствует!", пронеслось у меня в голове.
А ведь до сегодняшнего дня профессор Лейтиш мне нравилась. Что ж, либо она талантливо притворялась, либо… Либо она тоже боится критиковать систему образования.
Занятие пролетело незаметно. Я старательно законспектировала все, что говорила профессор и даже прикинула, как можно использовать полученные знания. Не только ради «грамотного освещения, приятного взгляду».
После практической магии мои сокурсники отправились к профессору Леберту, ну а я попросила Ссершу вернуть меня обратно в общежитие. Ведь там меня ждут еще две коробки.
Но моя змейка не успела — вывернувший из-за угла Берлевен успел меня окликнуть.
— Добрый день, — сдержанно поздоровалась я.
— Нужно поговорить, — коротко произнес он. — Наедине.
— Без Ссерши я никуда не пойду, — четко обозначила я. — Вы пытались втянуть меня в нечто неприятное на пару с ректором.
— А вы пытаетесь угробить моего брата, — отозвался Берлевен.
— Вовсе нет.
— Ему лучше одному, — процедил Артиэнн и больно ухватил меня за руку, после чего втолкнул в раскрывшийся портал.
На ту сторону мы вылетели втроем и в ту же секунду дракон оказался оплетен колдовской колючей лозой. Это моя ши-тари вступила в битву, защищая свою подругу!
Я, понимая, что могу лишь шторы повесить, да грязь прибрать, тут же убралась в сторонку и, протянув к Ссерше руку, принялась щедро делиться магией.
Вот только все было тщетно — дракон разорвал лозу, хоть ему и пришлось напрячься. А после моя змейка сказала:
— Ссерша не может остановить, только убить.
— А перенести нас отсюда можешь?
— Не сразу, — вместо Ссерши ответил дракон, — она потратила много силы. То, чем ты с ней поделилась сейчас усваивается организмом ши-тари, так что у меня есть не меньше двадцати минут.
— Не боишься, что я замерзну насмерть? — усмехнулась я.
Дракон выдернул нас куда-то за пределы академического купола, на вершину одинокой скалы, вокруг которой разлегся бескрайний лес.
— Я не так жесток, как могло бы показаться, — отозвался Берлевен и скинул с плеч форменную куртку, — она с чарами утепления.
А я, чувствуя, как леденеет все, что только может леденеть, криво усмехнулась:
— Себе оставь. Двадцать минут я как-нибудь переживу.
— Доркас, — нахмурился дракон, — у меня нет желания причинять тебе вред…
— Ты определись сначала, — фыркнула я, — как ко мне обращаешься. Я-то уже определилась.
Не обращая внимания на мои слова, дракон шагнул вперед и набросил свою куртку мне на плечи. На краткую секунду меня охватил блаженный жар, но уже через секунду куртка была мною сброшена в снег:
— Не нуждаюсь в подачках.
— Я не просто наследник, я — глава своей семьи, — заявил вдруг Берлевен. — И клянусь, что отсюда мы отправимся в Триединый храм, где ты станешь моей женой.
 
— Что?
— Артаганн мой брат, — холодно произнес Берлевен, — пусть и только по матери. Я чувствую за него ответственность и потому должен исправить то, что он натворил. Он должен быть один, Доркас. И тогда, возможно, ему будет позволено выжить.
— Кем позволено? — прямо спросила я. — Ты не за брата переживаешь, а за себя. Тебя на чем-то прихватили и давят. Не даром ты и во главе семьи встал, и первый ученик на драконьем потоке, да еще и гоняешь всех студентов в хвост и гриву. Когда успеваешь-то все?
— Это не твое дело. Я предложил, а ты должна согласиться. Какая тебе разница, кто именно станет твоим мужем? Тебе нужна защита — я дам её. Точно так же, как я обеспечу тебе безбедную жизнь.
— Если бы я могла, то скинула бы тебя со скалы на сосны, — коротко отозвалась я. — Артаганн в моем сердце. Он станет моим мужем или же я проживу свою жизнь в одиночестве. Только так. А ты…
«Глупая пафосная малолетка», пронеслось у меня в голове, но, движимая инстинктом самосохранения, вслух я этого не произнесла.
— Что ж, это неожиданно, но планов моих не изменит. В некоторых храмах согласия невесты не спрашивают, — неприятно улыбнулся Артиэнн.
— Тогда мне придется овдоветь, — прищурилась я.
А Ссерша, раздраженно шелестнув языком, одним слитным движением оказалась у меня на руках и, обхватив лапками мою шею, шепнула:
— Тяни время, Доркас.
— Ты видишь, что твоя ши-тари умирает? Это не простая скала, — ухмыльнулся Артиэнн. — Здесь когда-то был порабощен ее народ. Камень вытягивает из нее силу. Все что ты можешь, Доркас, это согласиться. Так всем будет проще.
Прищурившись, я хотела было отпустить какой-нибудь язвительный комментарий, чтобы выполнить указание Ссерши. Но, подняв взгляд на Берлевена, обмерла от неожиданности…
Позади напористого жениха поднялся дракон. Не человек, который, как мне кажется, принадлежит к драконьей расе, а натуральный крылато-хвостатый дракон.
Вообще, он был невзрачным и незаметным, просто созданным для маскировки на фоне снега, скал и деревьев. Тускло серый дракон, вернее, огромный тускло-серый дракон, просто поднялся. Он не прилетел, нет. Он лежал и ждал своего часа. Караулил? Может быть.
В любом случае, Берлевен правильно истолковал мой ошарашенный взгляд и, бросив взгляд за спину, ловко левитировал себя вверх, где и превратился в черного дракона.
— Эпичная битва добра и зла, — выдавила я, когда осел взметнувшийся в воздух снег. — Победителю — все?
Оба дракона взмыли так высоко вверх, что даже мое усиленное зрение разбирало лишь смазанные силуэты. Неужели они и в космосе себя хорошо чувствуют?!
Хотя после атмосферы еще достаточно слоев…
— Ссерша узнает аромат силы, — прошелестела моя змейка. — Серый — дракон Доркас.
Ох, вот значит каков его цвет. В тот единственный раз, когда мы рассекали небеса я не рассмотрела. Поняла, что он светлый, но какой именно… И вообще, что значит — серый? Ничего не серый! Это я и для Ссерши повторила:
— Ну зачем сразу серый? Серебристый. Нежно-серебристый, вкрадчивый такой оттенок.
Ссерша только хмыкнула, но ничего не сказала. А может быть она и не могла ничего сказать — скала по-прежнему вытягивала из нее силу, хоть змейка и сидела у меня на руках.
— Ложись! — рявкнула моя ши-тари.
И я, не рассуждая, ничком рухнула в снег, едва не придавив подружку. Сверху что-то прогудело и с шумом… Пролилось?
— Безопасно, — прошипела Ссерша и я поднялась на ноги.
Поднялась на ноги и увидела, что вся верхушка скалы залита багровой, дымящейся кровью. А сражение спустилось ниже и теперь этот ад можно рассмотреть…
 
Драконы рвали друг друга в клочья и это было страшно. Омерзительно и страшно. Сейчас мы находились над ними — основной бой проходил под скалой. То один, то второй ронял врага на вековые деревья. Деревья, которые драконья ярость вырывала с корнем.