Роза опалённая (СИ)
Девушек освободили от работы на первую половину дня, так что оставшееся до обеда время Розалин сидела в гостиной для персонала и слушала. Она и не думала, что местным жительницам так нужна героиня. Лантана сегодня ею стала.
Женщина-артефактор, которая живёт самостоятельно. Которая не должна слушаться отца или брата. У которой достаточно средств и смелости, чтобы приобрести себе магического раба. Розалин не нравился этот термин “магический раб”, но Дарека уже так окрестили и избавиться от прозвища, похоже, было невозможно.
— Вот что я скажу. — Ближе к обеду заявила Туя. — Когда-нибудь таких женщин будет много!
Розалин чуть не поперхнулось. Ей показалось, она попала в какой-то рассадник феминизма. Впрочем, о нём Розалин мало что знала, только то, что феминистками называли женщин, которые борются за свои права.
Она подумала, что это довольно забавно. Может, местные маги боятся не только незнакомой могущественной магии? Может, они познакомились с Викой и увидели, что неизбежно случится с их женщинами? Какими свободными и самолюбивыми они станут?
— А ты почему такая мрачная? — Туя не удержалась и пристала к Розалин с вопросами. — Ты разве не хочешь быть, как госпожа Гавриленко? Самой по себе?
— Я замуж хочу. — Сказала Розалин, не подумав.
Вокруг возмущённо заохали и запричитали.
Нельзя было идти наперекор компании, подобного не прощают, поэтому Розалин тут же добавила.
— Ну конечно, если замуж не получится, то лучше жить одной и быть как госпожа Гавриленко, чем от кого-то зависеть.
После этих слов её промашку благосклонно простили.
Потом был обед, после которого Розалин вернулась в отдел магических животных. Обнаружила там троих учеников, которые опять ничем не занимались. Эти тоже обсуждали происшествие на общем собрании и Лантану… но по большей части её физическую привлекательность. Слушать было противно, поэтому Розалин сразу ушла в кабинет.
Работать совершенно не хотелось, не было настроения, но ещё хуже было бы сидеть без дела. Розалин лениво перебирала бумаги, изредка отвечала на письма, еле водя пером по бумаге и ждала конца рабочего дня, чтобы уйти в свою комнату.
Яд она носила с собой. Прицепила к крышке бутылька кусок проволоки и прикрепила его к ткани кармана. В ткани теперь, конечно, дырка, зато не потеряет.
Тут появился господин Лукавин. Его появление было слышно издалека. Не успел он снять верхнюю одежду, как рванул в комнатку, где сидела Розалин.
— Госпожа Ветлицкая! — Заговорил, едва переведя дух. — Срочный заказ. Записывайте.
И надиктовал список закупок.
— Я пометкой срочно! Немедленно оформите и отдайте бумаги мне! Сейчас же! Я жду.
Он ушёл в зал к своим ученикам, а Розалин принялась составлять прошение. Список действительно впечатлял. Здесь был какой-то странный корм, и три новых ёмкости для финелек, причём увеличенных размеров. В такую поместилась бы и собака. А ещё — спецзаказ, который ей пришлось дополнительно оформлять в мастерскую, работающую на Дом магических изысканий. Причём там стояла пометка, что это для Императорского двора. Детали заказа Розалин пришлось уточнить у господина Лукавина. Непонятно, почему они этим занимаются, разве в Императорском дворце нет своих служащих, которые лучше знают, что нужно и способны сами сделать заказ?
— Просто сделайте как я велел! Я приложу чертёж, который необходимо использовать. — Отрезал господин Лукавин. Розалин, конечно же, так и сделала. Начальник взял заполненные ею бумаги и ушёл. Ученики, кто бы сомневался, тут же разбежались.
И Розалин осталась в отделе одна.
Вначале она продолжала работать, но прежняя навязчивая мысль не давала покоя.
Не нужно было этого делать. Она прекрасно понимала, что не стоит.
Но всё же подошла к запертой двери. Сегодня Розалин не видела, чтобы туда кто-нибудь заходил, и вдруг подумала, что возможно… золотаринки больше нет. Пока люди решают какие-то свои первоочередные суперважные проблемы, животное просто тихо погибло… и никто его не пожалел, о нём не вспомнил. От этой мысли стало очень тоскливо. Тоже жизнь… пусть и не человеческая. Тоже своя трагедия. История о человеческом равнодушии, о жестокости и рабстве. Наверное, иногда лучше быстрая смерть, чем такие продолжительные мучения.
Розалин не сдержалась — она ведь только послушать — и остановилась у двери в закрытую комнату. Там осторожно раздвинула защитный шумовой экран… и, затаив дыхание, прислушалась.
Вначале ничего, а после — вздох. И ещё один. И ещё. Это кажется, или золотарника дышит реже и слабей, чем раньше?
Так, не имеет значения.
Розалин отшатнулась от двери и вернулась к работе. Заставила себя заниматься бумагами.
После ужина у неё было достаточно времени, чтобы обдумать то, что произошло за день. И предположить варианты развития дальнейших событий.
Господин Браббер “передал” своего друга Дарека Лантане. Судя по всему, передал с большой неохотой. Походило на то, что он был вынужден так поступить. Розалин вспомнила, как господин Браббер обращался к своему другу, вспомнила, сколько лет он тянул Дарека из последних сил, не позволяя погрузиться в пучину безумия. Вынужден был практически побираться в магическом смысле, но не бросил. Так что сейчас… господин Браббер не отказался бы от Дарека добровольно, в это Розалин не могла поверить. Значит, его вынудили… И те слова господина главного изыскателя… вряд ли Розалин поняла неправильно.
Выходит, Лантана спасла жизнь истощённому. Как интересно!
Но неважно, в чём причина того, что произошло. Дарек уедет и у господина Браббера не будет необходимости тратить на него своё время и силы — и магические, и физические, и умственные.
Значит… он вернётся к работе? Они увидятся? Розалин на миг даже зажмурилась, так сильно ей хотелось увидеть господина Браббера. Владлена.
Да, она хотела видеть не своего начальника, погружённого в расчёты и исследования. Розалин хотела видеть того мужчину, который спас её… так или иначе, в подземелье. Который признался ей в любви… хотя нет, не признавался. Скорее, в какой-то болезненной, ненормальной страсти.
Да, вот в чём дело! Ему нельзя верить, он не действовал честно и прямо, как положено, когда ухаживаешь за девушкой с серьёзными намерениями. Ассоль приглашал на свидание… а Розалин что? Рассказал шёпотом в темноте о своих плотских желаниях? Да, так он и сделал.
Поэтому веры господину Брабберу никакой.
Да и вообще… о чём она думает? Зачем?
Итак, к главному. Возможно, теперь господин Браббер вернётся к работе. Наверное, Розалин стоит поинтересоваться в канцелярии насчёт обратного перевода.
Нужно собраться и всё же попытаться понять, как работает эта проклятая цепь! Ведь даже если… даже если господин Браббер ничего не откроет, рано или поздно найдётся другой умелец. Догадается кто-нибудь другой. Тем более ученик… Розалин раньше не думала, но ведь ученик видел, над чем работает господин Браббер. И наверняка запомнил. Уж он-то, в отличие от Розалин, всяко больше разбирается в академической магии.
В общем, с трудом она уснула.
А ночью началось…
Розалин казалось, ей снились откровенные сны? Нет уж… это было так, жалкое подобие. То, что ей снилось теперь, заставляло гореть тело словно в огне. Она куда-то шла… не могла не идти, но каждый шаг давался ей с таким трудом, словно она гружёную телегу за собой волокла. Она пыталась вздохнуть, но стоило разлепить губы, как изо рта вырывался стон. Волосы неприятно облепили лицо. Она пыталась облизать губы, но те только сильней болели, требуя других прикосновений. Поцелуев. Она даже прикоснулась к губам пальцами… и по телу вспышкой пронеслось незнакомое чувство удовольствия… оно охватило всё тело, до самых укромных уголков, о которых Розалин прежде и не подозревала. Она бы трогала себя дальше, но такой эффект получился лишь однажды.
Нет, её тело не желало суррогата, оно хотело в объятия мужчины.
Розалин снова шла… Ненавидела человека, к которому идёт, потому что он слишком далеко… и дышать без него не могла.