Отпуск - дело добровольное (СИ)

— Девочки, не паникуем, — выдохнула Валентина.
Дима не успел открыть рот, как его принцессы с визгом принялись метаться по номеру, собирая вещи.
«Думаю, что всё прошло неплохо, — решил он, отходя ближе к входной двери, чтобы его, во-первых, не зацепило волной энтузиазма, а, во-вторых, чтобы его случайно не забыли, а то мало ли что, всё-таки Валя и сама машину водить умеет.
— Дима, — как раз в этот момент раздался голос жены, — не стой столбом. Кто-то должен отнести сумки в машину.
— Конечно, — пробурдел мужчина. — Как под дождь, так я.
— Папочка, возьми зонтик, — протянула ему зонт Ира.
— Где ты его нашла? — удивилась Оля.
— В белом пакете, — ответила Ира.
— Ох. Ох, — всплеснула руками старшая сестра. — Что же ты раньше не заглянула в этот пакет? Мы же могли с зонтиком ходить на пляж и под ним прятаться от солнца. Ты только посмотри, как я обгорела. Кожу так стянуло. Боюсь, она лопнет.
— Тогда ты будешь, как Человек-камень. Только представь… — захихикала Ирина. — Намазалась бы жирным кремом. Ты, вроде бы, не на диете, чтобы калории считать.
— Дима, вещи, — Валентина намекнула мужу, чтобы он поторопился. Дима дураком не был и, быстро подхватив сумки, вышел из номера.
На его счастье, дождь стих. Иссиня-чёрные сумерки спустились с неба на горы, а с гор сползли на землю. Тяжёлый, влажный воздух проникал в лёгкие, сдавливая грудь, не давая ни вдохнуть, ни выдохнуть. Повсюду пахло свежестью и озоном. Листья на деревьях, трава, асфальтированная дорожка, камни, разбросанные то там, то здесь, влажно блестели в свете софитов и уличных фонарей.
В салоне автомобиля стоял запах сырости.
Дмитрий сложил сумку и два пакета в багажник и вернулся в номер.
— Папа, ты долго, — произнесла Оля, ставя у входной двери очередной пакет.
— Ого-го, — присвистнул мужчина, окинув взглядом фронт работы. — Это всё?
— Нет, конечно, — отозвалась Ира. — Ещё пакеты с грязными вещами, рюкзак и пляжные вещи. Совсем забыла… ещё продукты из холодильника.
— А вы уверены что всё это, — Дима развёл руки в сторону, — поместится в машине?
— Впихнём, — подмигнула ему жена.
— Конечно, впихнём, — улыбнулся ей муж, — если кого-нибудь случайно забудем здесь.
— Дима, — покачала головой Валентина.
— А что я? — хмыкнул он. — Главное меня не забудете.
— Дорогой, — копируя его тон произнесла жена, подходя к нему, — как мы можем тебя забыть, а кто будет разгружать машину по приезду домой?
— Хочешь поиграть в строгую хозяйку и настырного грузчика, — прошептал мужчина ей на ухо.
Женщина тихо захихикала и поцеловала его в щёку:
— Можешь считать это авансом, — так же шёпотом ответила ему.
Дима усмехнулся, окинул взглядом номер: Оля складывала косметику в санузле, Ира собирала какие-то вещи в пакет. Мужчина открыл входную дверь и вытолкнул Валю в коридор.
— Что ты делаешь? — удивилась она.
— Люблю, — накрыл её губы своими мужчина.
— Дима, — выдохнула она, обнимая его за шею.
  
Часть 69. Маленькие мужские радости
 
Мокрое дорожное полотно в свете фар автомобиля казалось чёрной рекой, но стоило появиться затяжному спуску, как она превращалась в огненно-красную лаву, стекающую по горному склону, от стоп сигналов впереди едущих автомобилей.
Тёмные силуэты гор, словно великаны из страшных сказок с белёсыми усами и бородами, возвышались, провожая отдыхающих в обратный путь…
И только светоотражающая разметка напоминала о том, что автомобиль едет по узкой горной дороге.
Девочки задремали на заднем сиденье. Валентина тоже клевала носом. Она то проваливалась в дрёму, то испуганно вздрагивала и широко распахнув глаза, вскрикивала:
— Дима, ты не спишь?
— Не сплю, — улыбаясь отвечал ей мужчина.
— Это хорошо. Не спи! — хмурясь и зевая грозила она ему пальцем, а потом, уставившись осоловевшим взглядом в лобовое стекло, снова проваливалась в сон под шуршание дворников.
Косые капли дождя невидимыми нитями тянулись с неба до самой земли.
Дворники работали не переставая.
 
Яркие белые вспышки молний то и дело озаряли темноту. А ещё гром… Сердитый, раскатистый, эхом отражающийся от гор…
Дмитрий вжал голову и резко нажал на педаль тормоза, когда от грома задрожала земля, а машина, которая ехала впереди, начала сбрасывать скорость, пока не остановилась. Дима тоже остановил машину и включил аварийный сигнал.
— Ой, мамочки! — вскрикнула Валентина, проснувшись от резкого торможения. Ремень безопасности больно врезался в тело, удерживая женщину на месте.
— Что? Что это? — одновременно запищали Оля и Ира.
— Не знаю, — ответил Дима, стараясь не выдать панику, которая возникла в его душе.
Где-то снова загромыхало. Звук отражаясь от гор проникал в сердце, которое сжималось от страха..
— Папочка, — прошептала Ира, — мне страшно.
— Очень, — добавила Оля.
Девочки взялись за руки.
— Что же мы стоим? — нервно вздохнула Валентина, закрывая ладонями уши, когда опять где-то загромыхало. — Ехать надо, Дима.
— Куда? — развёл руками мужчина. — Впереди всё стоит, — бросил взгляд в боковое зеркало. — И за нами тоже.
— Как же… — растерялась Валя.
— Пойду, с мужиками покурю, — произнёс он. — Заодно разузнаю обстановку.
— Папа, ты снова куришь? — ахнула Ира.
— Нет, что ты, — отмахнулся отец. — Это я так, понарошку.
— А запах табака настоящий, — поделилась своими мыслями Оля.
«Лучше запах табака, чем ношенных носков», — подумала Валентина, но промолчала. Воспоминания о несвежих носках вызвали у неё приступ ностальгии о доме.
Мужчина вздохнул: «Чтобы они понимали… Должны же быть и у меня маленькие радости жизни. А то курить нельзя. Пить нельзя. Носки разбрасывать по квартире нельзя. Газы пускать и то нельзя… Чавкать… тоже нельзя. Трусы неделю не менять… не разрешают. И носки… Одни ограничения и никакой свободы. Так что, — он вышел из машины, — как вернёмся, сразу на дачу. Надо отдохнуть от отпуска. Море, горы — это не для мужчин. А вот дача… то, что надо. Там можно и в земле повозиться, не боясь испачкаться, и шашлычка поесть, от души чавкая, и газы попускать в кустах крыжовника, носки вообще не нужны, а трусы, — усмехнулся. — Трусов можно не стесняться. Они и шорты, и плавки… Просто рай!»
  
Часть 70. Ой, мамочки…
 
— Что там? — набросились любимые принцессы на Диму, стоило ему вернуться в салон автомобиля.
— Вы что, — потирая плечи, чихнул он, — сказок не читали? Озябшего и промокшего доброго молодца вначале надо переодеть…
— Ещё скажи, — улыбнулась жена, — напоить коньяком…
— А кто тогда машину поведёт? — встрепенулась Оля.
— Ну, хотя бы, переодеться можно? — жалостливо сложил руки в просящем жесте мужчина.
— Прямо здесь? — поинтересовалась Ира.
— А где? — захихикала Оля. — На улице идёт дождь.
— Ой, папочка, — всплеснула руками младшая дочь, — ты наверное своё сиденье обмочил.
Дима крякнул. Оля зажала рот руками, сдерживая смех. Валя обернулась, улыбаясь:
— Ира, — произнесла она учительским тоном, — папа намочил сиденье.
— Разве не брюки? — хмыкнул, веселясь, Дима.
— И брюки тоже, — улыбнулась ему жена.
— А во что папа переоденется? — поинтересовалась Оля. — Все вещи в багажнике. Ему же придётся снова идти под дождь.
— Н-да, — нахмурился мужчина, под дождь ему не хотелось.
— А может включить подогрев сиденья? — предложила Оля. — И вещи высохнут, и…
— И папа поджарится, — засмеялась Ира, — то есть согреется.
— Отличная идея, — пробурчал Дима. — Как в сказке… Три бабы-Яги решили посадить доброго молодца на раскалённую лопату, чтобы в печь отправить.
— Кто же виноват, что ты у нас один, и мы тебя очень любим, — парировала Валентина. — Правда, девочки?
— Да. Очень любим, — в один голос затараторили Оля и Ира.