Истинная для декана. Сделка с драконом (СИ)

— Для начала поясню, — сделав заказ, объясняет декан. — У нас в роду часто происходят скоропостижные свадьбы, как говорит мой дядя. Я понимаю, ты, наверное, была очень удивлена, когда я произнёс заклинание. Но для меня в каком-то смысле это нормально.
Он или хорошо продумал оправдание своим действиям, или мне крупно не повезло признаться именно ему. Если второе, то я просто ужасна: обманываю того, кто искренне ответил на признание.
Укол совести намекает, что обманывать нехорошо. Тем более, декана. Приходится напомнить себе, что внешность обманчива, и за этой мягкостью скрывается холодный расчёт. А я почти поверила…
— Вот как, — я неопределённо пожимаю плечами. — Но вы предложили сделку. Значит, в вашем случае дело не в чувствах? Я права?
— А в твоём? — прищуривается он.
Крыть нечем. Грудь сдавливает как в тисках. Он заметил, да? Я не выдерживаю внимательный взгляд декана и оглядываюсь в поисках официанта. Если бы он появился прямо сейчас, мне бы не пришлось отвечать на вопрос.
— Что-то случилось? — замечает декан.
— Хотела заказать десерт.
По его улыбке я понимаю, что видит он меня насквозь. Но поддерживает игру и подзывает официанта.
— Вернёмся к сделке. Свои условия я озвучил, скажи свои. Хочешь каждый день ходить в подобные места?
— Нет, — качаю головой. — Хочу поступить на боевой.
С полминуты декан молчит. Кажется, я поразила его сильнее, чем признанием на балконе.
— Это похвально, — осторожно начинает он. — Но тебе правда не достаёт навыков. К тому же девушке будет сложно там учиться…
— Ну и что? — сжимаю я кулаки. — Я всё равно туда хочу.
Чтобы быть рядом с Алеком. Я справлюсь со всем, не такая я и неженка, как думает декан.
— Есть специальность боевых целителей.
— Я знаю. Пойду сначала туда, — твёрдо говорю я. — А потом переведусь на боевое.
Мне не собьёшь! Декан вздыхает и трёт ладонью лицо.
— Хорошо, я понял. С завтрашнего дня у тебя будут дополнительные занятия. Со мной. Тренировки каждый день.
Я смотрю на декана и не могу поверить, что он согласился. Да ещё и сам меня хочет натренировать! Мысль об индивидуальной тренировке с ним не кажется страшной, наоборот, я предвкушаю трудности и то, как я преодолею их. А если меня будет натаскивать сам декан, то я точно поступлю!
— Спасибо! — я широко улыбаюсь.
Декан выглядит недовольным, но от моей улыбки смягчается.
— Надеюсь, ты не пожалеешь, — без энтузиазма говорит он. — Не жалуйся потом.
— Не буду!
Нам приносят заказ, и я радостно берусь за ложку. Официант сразу разливает чай по чашкам. А я вдруг вспоминаю о том, что хотела отталкивать декана капризами. Отодвигаю тарелки с брезгливым выражением лица и с грустью в груди. Есть хочется и пахнет вкусно, хотя я до конца так и не понимаю, что это за салат и пюреобразная штука.
— Я не голодна, спасибо. Нет ли чего-то не такого жирного?
Декан не отвечает, теряется. Ну конечно, кто захочет заказывать что-то новое?
— Давай закажем все блюда из меню? Тогда ты сможешь попробовать каждое и выбрать, — наконец, предлагает он.
Мои глаза округляются сами собой. Он готов заказать всё? Только чтобы я попробовала? И с этим человеком я собралась строить капризулю?
План проваливается. Я мало знаю про рестораны, но в любом случае не хочу доставлять неудобства сотрудникам. Только декану!
— Нет, я лучше ещё раз изучу меню и выберу что-то одно, — я подношу к губам чай.
— Теперь остался второй вопрос, — он тоже берёт свою чашку. — Когда скажем твоим родителям о помолвке?
  
Глава 11
 
Я, поперхнувшись, обдаю фонтаном стол. Об этом-то я и не думала!
— Простите, — беру салфетку и пытаюсь убрать брызги.
— Ничего, — декан останавливает мою руку. — Я понимаю, ты приятно удивлена. Своим родителям я уже отправил письмо.
У меня нет слов. Он точно издевается. Но мысль сбивает лёгкое движение его большого пальца по тыльной стороне моей ладони. Такое нежное, будто он и правда что-то чувствует ко мне. И в глазах ни намёка на издёвку.
 
Я с этим деканом с ума сойду!
— Я тогда тоже сама расскажу своим родителям. Думаю, они будут… приятно удивлены. Надо их подготовить… к такой радости.
— Хорошо, — улыбается декан. — Дело за малым. Тебе достаточно устной клятвы?
Неуверенно киваю. Декан достаёт артефакт — информационный шар, который способен записывать голос. От пары слов, сказанных шёпотом деканом, он раскрывается как кувшинка.
— С этого дня я обязуюсь за месяц сделать всё, чтобы подготовить мою невесту, Лерианну Аджи, к поступлению на боевой факультет. Когда её навыков будет достаточно для поступления, я подниму вопрос о переводе.
Шар мигает светом и закрывается.
— Спасибо, — я принимаю артефакт из рук декана и прижимаю к себе. — Правда, спасибо.
— Это будет не так просто, — предупреждает он.
— Мои родители отучились на боевом и служили королю, — поддавшись порыву, признаюсь я. — Папа гвардейцем, а мама магом. Я была уверена, что поступлю. И была уверена, что они ждут от меня именно этого. Они пока не знают…
Воздух вокруг нас теплеет. Декан улыбается мне, немного, но по-нормальному, а не уголком губ.
— Значит, это настоящая причина? — говорит он. — Думаю, родители поддержат тебя в любом случае. Но я уже обещал, что сделаю всё, чтобы ты смогла перевестись.
Домой я прихожу в хорошем настроении. Напевая мелодию, принялась переодеваться в домашнее.
— Что, свидание прошло отлично? — донеслось от кровати соседки. — Ты тогда лучше другое бельё купи.
Если бы пила чай, снова бы поперхнулась. Во-первых, не заметила её, закутанную в одеяло на кровати. Во-вторых, к таким откровенным комментариям я не привыкла.
— Он обещал помочь мне с переводом, — отвечаю я. — Какое у меня бельё, он и не узнает.
— М-м, — недоверчиво тянет она. — Смотри, а то поддашься чарам. И я окажусь в пролёте. Хотя и кузина тоже, так что сильно препятствовать не буду.
— Не поддамся!
— Рассказывай, как всё прошло.
Вздыхаю и понимаю, что прошло-то всё не очень. Я так и не оттолкнула его. Более того, это изначально была плохая идея, потому что актриса из меня так себе, и вести себя как-то по-другому долго я просто не смогу. Признаюсь в этом соседке.
— Ясно. Надо попробовать что-то другое. Излишняя навязчивость?
Я мотаю головой:
— Кажется, он только больше обрадуется этому. Да и я помру от смущения.
— Контроль? Начни его ревновать, советовать, что одевать, ругать его увлечения.
— А есть ли у него увлечения? — сомневаюсь я.
— Должны быть. Ладно, я поняла, — садится она на кровати, скрестив ноги. — Просто потерпи месяц, а потом скажи, что чувства прошли.
— Видимо, только это и остаётся, — вздыхаю я.
Либо честно скажу, что хотела признаться другому, когда подвернётся возможность. Да, он будет в гневе. Но отчислить не сможет — это главное.
Убираю артефакт в надёжное место и пишу письмо родителям. Сначала просто рассказываю им, как я тут обустроилась. Потом осторожно и без подробностей говорю, что если до них дойдут странные слухи и письма от декана, чтобы они не волновались. Надо подстелить соломки на случай, если декан полезет в семью. А замуж за него я в любом случае не собираюсь.
Накидываю поверх домашнего платья длинный кардиган и спускаюсь на улицу, чтобы отправить письмо.
На землю опускаются сумерки и долгожданная прохлада. Из открытых окон моего общежития слышны музыка и смех. Я впервые осознаю, что поступила и что буду пять лет здесь жить одна, без родителей. Сразу чувствую, как скучаю по ним, хотя времени прошло всего ничего.
— Лери? — останавливает меня знакомый голос. — А я как раз думал к тебе заглянуть. Ты куда?
Алек игнорирует прохладу: его рубаха расстёгнута на три пуговицы, рукава закатаны. Я ловлю себя на том, что откровенно разглядываю развитые мышцы груди и рук друга. И к своему стыду, сравниваю с мышцами декана. Сравнению мешает то, что я их не имела возможности так хорошо разглядеть.