Погадай на дракона, ведьма!

– Боги, какое счастье, что Дара такая педантичная и аккуратная! – с чувством сказала я, почти сразу отыскав ящичек с биркой «Для зачета по практике», а в нем так же четко подписанные разноцветные флаконы.
Так… «Устранение последствий»… «Восстановление нервной системы»… ага, вот оно, собственно «Отворотное зелье»!
И тут в мою голову пришла ужасная мысль. Ведь это стандартное зелье. От банальных приворотов сработает, а в моей ситуации ведь не пойми какой вышел!
Пробубнив свои сомнения вслух, я мгновенно получила совет от питомца. И неплохой совет! Опасный только…
– У Дарки в отдельной тетрадке другие варианты записаны. Погляди? – предложил Леон.
– Какие варианты?
– Ну помнишь, она хотела не обычное варить, а чего-то усиленное, а потом его в дипломной использовать?
– Не-а, – повинилась я. Может, и было такое, но у меня тоже сессия шла, все посторонние разговоры мигом из головы вылетали…
– Мало что бука, еще и беспамятная! – фыркнул Леон. – В столе у нее, в среднем правом ящике та тетрадка. Толстая такая, фиолетовая. Красивенький цвет, почти как мой.
– И откуда ты все знаешь…
– Интересуюсь, – скромно ответил мандрагор. – И память хорошая.
Час спустя я вздохнула и села на кровати, где валялась, изучая добытые по точным указаниям цветочка записи Даромиры. Покосилась на отложенную тетрадку и вздохнула еще тяжелее.
В общем-то я умею варить зелья. И даже неплохо умею. Новый рецепт составить не могу, в реакциях не соображаю, но по готовому-то сделаю. Но проблема не в изготовлении.
– У-у-у, закачаешься, какие ингредиенты! – с восхищением сказал Леон, едва не вплотную уткнув пасть в страничку.
– Ленчик, ты что, умеешь читать?
Мандрагор повернулся ко мне и сложил пасть в подобие ехидной улыбки.
– Учусь помаленьку. Я ж тебе не фиалка какая тупая.
– Ох не фиалка, – мрачно подтвердила я.
– Тебе вот это подходит. Написано – возможно применение при самых сложных приворотах. Должно сработать.
– Должно. Но еще тут написано, что нужны определенные ингредиенты. Растение нория хорион. Оно двудомное, и нужен цветок с женского растения и корень с мужского. Причем его надо не покупать, а добывать самостоятельно. И растет оно не абы где, а в драконьем королевстве. В западном лепестке-провинции Зан-Тери.
– Ну да, – согласился Ленчик. – Магическая привязка происходит при извлечении из земли… – Он опять склонился над раскрытой тетрадью и по слогам произнес: – Без за-щит…ных пер-ча-ток, ис-поль-зу-я… толь-ко мазь «Ази… зе… А-зе-ве-рум»!
– Наверное, надо сначала обычное Роуксу подлить, – печально сказала я. – Вдруг подействует. Ну вдруг?!
– Слушай, Тина, – деловито сказал мандрагор. – Вот смотрю я на тебя и думаю…
– Ты вообще ужасно много думаешь, – машинально подколола я.
– Ой, ну и пожалуйста! – немедленно обиделся Леон. – Хотел тебе посоветовать, а ты так себя ведешь, что не буду!
– Ну извини, – примирительно проговорила я, и погладила его по веточкам. – Просто нервы. Что ты хотел сказать?
– То, что с такой внешностью, как у тебя, достаточно сложно убеждать мужика в том, что ему тебя не надо.
Я задумчиво почесала нос.
 
Глава 5
 
Непревзойденной красоткой я себя, конечно, не считала. Но природные данные имела весьма неплохие. В маму удалась, как и моя старшая сестра. Та, когда впервые дебютировала, за первый же месяц получила пять предложений руки и сердца. Это притом, что она не одаренная и, будем честны, – сладости любит больше всего на свете. Я-то их тоже люблю, но в МУМИ много времени уделяют спортивной подготовке, потому с фигурой все в порядке. Ну и, благодаря специализации, отлично разбираюсь в составах косметики. Да и Даромира периодически варила всем нам какие-то крема и составы.
В общем, я вполне себе ничего: рыжеволоса, белокожа, стройна и на третьем курсе даже заняла третье место на конкурсе красоты.
– Ну… А что делать-то?
– Воспользоваться шкафом Велавы. – Кустик ткнул в нужную сторону. – У нее весь гардероб из категории «бабушачья радость». Особенно халат!
 
Мы дружно посмотрели на означенную шмотку, небрежно брошенную на кровать подруги.
Вела была прехорошенькой девушкой, но упорно куталась в безразмерные одежки. И затирала нам, что это эльфийская мода – чем хламидистей, тем лучше!
Мы кивали и делали вид, что верим. Но разгадка была проста. Нашей артефакторше, во-первых, было всегда холодно, потому она очень даже приветствовала многослойность. А во-вторых, ей было плевать на мнение окружающих. Соответственно, носила она то, в чем ей уютно, и точка.
Например, в том халате, который ей подарила бабушка в честь поступления. Огромный махровый халатище, серый в белые облачка. Ну, когда-то они были белыми. А сейчас, после многочисленных стирок и пяти лет нещадной эксплуатации, – желтые.
Вела называла его «халатом от неприятностей». Если у нее что-то случалось, то первое, что она делала, – куталась в него и залезала с ногами в большое кресло у окна. Я заваривала ей чай из своих сборов и молча приносила.
– Да, ты прав! Гардероб Велавы – это то, что надо. Но вот… Роукс же не в первый раз меня видит. Не покажется ли странным то, что я так резко поменяла пристрастия в одежде?
Ответить кустик ничего не успел. В дверь постучали. Почему-то у меня не возникло никаких сомнений в том, кто это пришел!
Я завернулась в халат Велы, по-быстрому собрала волосы в максимально затянутую гульку и повернулась к двери.
Очень хотелось трусливо крикнуть, что «Никого нет дома!»
Но что-то мне подсказывало, что от профессора Роукса так просто не отделаться. Потому я вздохнула и пошла открывать, не обращая внимания на предложения Ленчика.
– Я могу его встретить, а ты спрячешься. Например, под кровать! Или в шкаф… или в сундук Велавы! Хотя туда лучше не надо, знаю я эти пространственные расширения. Уйдешь в сундук и поминай как звали!
Не слушая болтовню кустика, я распахнула дверь и потрясенно ахнула.
Потому что первым делом в глаза бросался огромный букет мальвий. Розовых. Красивых, да. Правда в таком количестве они выглядели уже не букетом, а, скорее, метлой! И вот за этой метлой уже скромно обретался профессор Роукс.
Я схватила его за руку, которой держал букет, и рывком затащила в комнату. Выглянула в коридор, проверяя, не видел ли кто это явление дракона народу, а потом молниеносно захлопнула дверь.
Профессор задумчиво огляделся и с усмешкой заявил:
– Я конечно, знал, что женщинам нравятся цветы, но никогда не думал, что настолько!
– Вы зачем с ними пришли!
– Ну так любовь, – прям очень глумливым тоном проговорил преподаватель. – Ухаживания! Чтобы ты такая: «Ах, какие сказочные мальвии» и рухнула ко мне в объятия.
Странный! Очень странный приворот! Впрочем, главное – его снять. Тогда и странностей не будет.
– А если бы кто-то увидел?!
Судя по беспечному пожатию плечами, его это совсем не волновало.
Чего не могу сказать о себе!
Слава богам, что сейчас почти все студенты разъехались! А то репутация уже сравнялась бы чистотой с половой тряпкой.
– Ладно. – Я сделала три глубоких вдоха, а после постаралась максимально ласково улыбнуться. – Чаю?
– Можно. – Мне вручили мальвии и присели к столу с грязными тарелками и бутылками, в которых однозначно не сок был. Вот же…
Из плюсов: мальвии оказались в горшке. Столько убитых цветов мои нервы сегодня бы точно не выдержали!
Из минусов: на несчастный букет уже крайне нехорошо посматривал Леон. Он, к сожалению, был очень ревнив. Любое новое растение, которое я приносила в комнату, оставалось здесь жить с боем и длительным выяснением отношений. Временами, благодаря Леону, у меня складывалось впечатление, что я уже замужем.
Ну а что? Еду всю сметает, подруги мои ему не особо нравятся, и он резко против любой новой живности в доме. Вылитый муж.
Думая обо всем этом, я старательно заваривала чай: чтобы был не просто вкусный, а с целой гаммой вкусов и ароматов. Теоретически отворотное, конечно, ни вкуса, ни запаха не имеет. Но профессор же! Ученый! Вдруг по оттенку какому определит…