Некромант. Чужая война (СИ)

Наконец, старику удалось вздохнуть и его лицо стало медленно розоветь. Через некоторое время он пришел в сознание и, вздрагивая всем телом, спросил:
— Где? Где это?
Маг сделал недоуменное лицо, незаметно наступая на кровавые пятна на траве.
— Что ты там бормочешь, отец? — садясь на корточки, переспросил Килиан. — Привиделось что-то?
Старик медленно осмотрелся, но ничего не обнаружив, с облегчением прислонился к дереву.
— Ну, этот. тут проходил, — вновь посмотрел он на мага. — Огромный такой хряк.
Выражению лица Килиана в этот самый момент могли бы позавидовать даже лучшие лицедеи Королевского артистического общества в Китоне. Он излучал не просто самое искреннее непонимание, а, казалось, выражал сомнение в умственных способностях старика.
— Да, ты что, отец? — плюхаясь на землю рядом с ним, пробормотал Килиан. — Какой хряк? Эко тебя разморило на солнышке-то! Я же видел, как ты брякнулся на землю. Чисто, мешок с мукой! Ну, думаю, все, старый к архангелам ушел…
Дед несколько минут сидел молча, неподвижно уставившись в пустоту. Он мучительно пытался понять, что же на самом деле с ним только что произошло. «На здоровьешко, вроде, никогда не жаловался, — размышлял он, держась за сердце. — Сколько помню себя, всегда был здоров как бык! А тут раз и свалился, как куль. Может и правда привиделось?! Какие к черту хряки?! Кровь. Тьфу! Спаси бог.». Старик легонько махнул перед лицом, словно пытаясь отогнать до сих пор стоявшее перед глазами видение.
— Говоришь, упал я?! — с кряхтением встал он. — Добро. А ты сам, мил человек, из каких будешь? Из германцев али советских?
— Ты, старый, ослеп что ли в добавок! — возмутился Килиан, тряхнув своей гимнастеркой. — Свой я, свой, советский!
Оправившийся, наконец, дед насмешливо посмотрел на него и проговорил:
— Чего это одежку то рвешь? Пригодится поди чей! Кто вас сейчас поймет? Одежонку то любой чай напялить может. Давеча вон завалились трое таких в деревню и давай хулиганить. Почитай все продукты забрали. А ты говоришь, что советский! Может такой же советский, как и они.
Килиан от удивления чуть дар речи не потерял. «Вот тебе и старичок! — промелькнуло у него в сознании. — Считай только что его от смерти спас, а он тут допрос устроил».
— Слушай, отец, я действительно свой, — проговорил маг. — Тут недалеко мы оборону держали. Слышал может?! Две атаки отбили, а потом танки пошли. Много танков. Смяли нас, как бумагу. Вот уж день как по лесу скитаемся. Взводного я раненного вынес. Отец, понимаешь, свои мы, как есть свои!
Кажется он нашел нужные слова и старика проняло. Окинув его задумчивым взглядом, дед пробормотал:
— Вроде, и правда наши… Говоришь, взводный у тебя ранен?! Давай-ка ты к нему, а я пока домой поковыляю. Пеструшка у меня где-то одна бегала. Думаю, бульончику надо сготовить. Для раненного это самое первое дело! Ты, мил человек, иди. Заждался тебя поди товарищ-то… Сам вас найду! Чай не в земле спрятались…
  
Глава 19
 
Из переговоров немецкого летчика с базой:
— Колыбель, я птичка! Колыбель, я птичка! Как слышно?
— Птичка, я колыбелью. Слышу хорошо!
— Наблюдаю яркие вспышки… Повторяю! Наблюдаю яркие вспышки в районе патрулирования…
— Птичка, приказываю снизиться и проверить. Как понял?
— Все понял. Снижаюсь…
… Через некоторое время на записи слышатся странные звуки, которые сменяются дрожащим голосом пилота.
— Колыбель, я атакован… Я атакован…
… Голос на мгновение исчезает, а потом вновь появляется.
— Крылья! Мои крылья! … Он оторвал мне крылья… Боже! Что это? … Стреляй, Курт, стреляй!
— Птичка, кем вы атакованы? … Птичка, ответьте… Кем вы атакованы?
Запись прерывается.
Сам переход Арториус практически не помнил. Перед глазами мелькнули какие-то радужные вспышки и он погрузился в огромный океан пламени. При этом не было ни каких болезненных ощущений, о чем его заранее предупредили. Он лишь ощутил сильный выброс энергии, пронзивший все его тело с головы до самых пяток.
 
Едва маг коснулся земли, как потерял равновесие и сразу же покатился вниз по склону. Очнулся он уже внизу, где еще долго отплевывал забившуюся в рот землю.
— Жив, — облегченно пробормотал он, утирая с лица грязь. — Жив. О, Митра! Что это?
Окидывая взглядом дно оврага, он наткнулся на скалящийся выбеленный временем череп.
— Щиты! — скомандовал он, забывая, что вокруг нет проверенных в боях гвардейцев.
Через мгновение защитные плетения сорвались с его пальцев и он окутался полупрозрачным маревом. Воздух, касаясь защитного экрана, закипел. Арториус с опаской сканировал окружающее пространство, но все было тихо. Из-за деревьев с ревом не бежали вражеские латники, с вершины склона не стреляли лучники — все было, как в обычном лесу…
Не видя непосредственной угрозы, маг ослабил щиты, поддержка которых в боевом состоянии пожирала слишком много энергии. Однако, едва он перевел дух, как овраг накрыло волной страшного ноющего звука. Что-то огромное пронеслось над самыми верхушками деревьями, практически касаясь их.
— Дракон, — прошептал с ужасом Арториус, прячась за дерево. — Нас тут ждали. Засада!
Он рванул с груди небольшой кристалл, оправленный в темное серебро, и, дрожащим голосом что-то начал шептать. Кристалл сразу же недовольно завибрировал, стал быстро менять цвет и через несколько секунд Арториус почувствовал, как в него полноводной рекой полилась магическая энергия.
— Встретить, значит нас решили?! — срывающимся от возбуждения голосом проговорил он. — Милости просим. Так первый заход был с запада, тогда второй раз он ринется с востока.
Действительно, с неприятным низким ревом чудовище показалось с востока. Сложив диковинные узкие крылья, дракон практически завис над деревьями.
— А-а-а-а-а! — заорал Арториус, выскакивая из-за дерева. — Получай!
Воздушный молот с чудовищной силой смел дракона с неба, в клочья порвав ему крылья. Изломанной кучей он сразу же свалился вниз, а следом посыпался всякий мусор. Радостный Арториус с удивлением смотрел, как рядом с ним упал небольшой металлический осколок.
— Что это за…? — недоуменно ощупывал он странный серебристый металл. — Неужели доспехи? О, Светозарный Митра! Это же ангкорские боевые драконы!
Маг напряженно вглядывался в небо, моля, чтобы это был лишь один дракон. Однако вместо ужасного чудовища на него с диким ревом скатился магистр Мариот. Всхлипывая, он как клещ вцепился в штанину Арториуса и забормотал:
— Что здесь случилось? Я видел, как …
— Хватит скулить! — в раздражении рявкнул на него Арториус. — Это был всего лишь ангкорский дракон! Чего разлегся? Здесь могут быть и остальные. Приготовься! Скоро прибудет учитель. Мы должны здесь все осмотреть, чтобы не было сюрпризов. Понял?
— Дракон? — в ужасе взвизгнул Мариот. — Где дракон?
— Дурья твоя башка! Послал же Митра мне напарника, — презрительно бросил Арториус. — Уже нет ни какого дракона. Кончился он! Один удар боевого молота, и все! Поэтому поднял свою тушку и пошел до края оврага!
Весь съежившийся Мариот, наконец-то, смог оторвать руки от чужойштанины и, постоянно пригибаясь, побрел в другую сторону. Лихорадочно шепча защитные заклинания, он боялся даже голову поднять. Ему все казалось, что вот-вот, именно сейчас, из-за следующего дерева выскочат озверелые дикари и забьют его дубинами.
С каждым шагом он удалялся все дальше, но взгляд его по-прежнему был устремлен в землю. Несколько раз ему попадались валявшиеся костяки, одетые в давно истлевшие незнакомые одежды. Вдруг, в траве у самой кисти очередного скелета что-то сверкнуло. Его наметанный как у опытного ювелира глаз мгновенно опознал блеск алмаза. Страх перед драконами и дикарями невиданных земель был забыт сразу же! Мариот, воровато оглянувшись назад, рухнул на колени и начал нетерпеливо шарить по траве. Кости и сухие листья полетели в разные стороны, открывая доступ к перстню невиданной красоты.