Граф Наумов (СИ)

Андрей прекрасно понимал, что все его версии чем-то схожи с теми, которые доморощенные сценаристы детективных сюжетов высасывают из пальцев. Вот только в отличии от этих самых доморощенных любителей он был профессионалом, способным сделать правильные выводы на основании минимума информации. И оценил правдоподобность своих заключений где-то на уровне семидесяти процентов. Вполне приличная вероятность, чтобы в своих поступках руководствоваться сделанными заключениями.
Правда весь этот анализ снова же вернул Андрея к ранее сформулированным приоритетам: оружие продовольствие и деньги.
Как не странно, все эти задачи были частично решены с помощью одной единственной находки. Сначала нашелся таки двенадцатый слуга, которого Андрей не досчитал при первичном осмотре. Мертвец схоронился в отдалении, среди камней, куда заполз на последнем издыхании, оставляя за собой кровавый след. Похоже люди в черном его не нашли. Иначе наверняка забрали бы саквояж, в котором лежали и кошель с деньгами и те самые документы, напоминающие чем-то привычные Андрею загран. паспорт, разве что выполненный на твердой пластиковой пластине и украшенный незнакомым гербом, и даже несколько бутербродов, упакованные в пластиковую обертку и , самое главное, настоящий револьвер, пусть и небольшого калибра, скорее дамский, нежели приличествующий настоящему мачо, но все же какой-никакой огнестрел. Вполне рабочего вида, снаряженный восемью патронами в барабане. А еще Андрея здорово заинтересовала толстая, местами засаленная и потрепанная тетрадь, исписанная мелким убористым почерком считай до самого конца. Навскидку то ли конспект, судя по странным чертежам и схемам, встречающимся почти на каждой странице, то ли личный дневник, поскольку глаза невзначай выхватили кусок текста, размещенный в самом конце тетради, в котором писавший страдал от мысли о предстоящей разлукой с ненаглядной Элионорой.
- Надо будет внимательно почитать, наверняка что-нибудь нужное узнаю, - решил Андрей, пряча тетрадь во внутренний карман куртки.
Опять же для Андрея сложился пасьянс, связанный с тем, каким образом террористы заключили, что нашли вещи всех молодых людей, ежели последний саквояж оказался ими не найденный. В зачет двенадцати пошел тот, который тащил с собой слуга Андрея. Тащил, а потом выбросил, с тем чтобы тащить уже тело самого мальца. А это могло свидетельствовать только об одном. По каким -то непонятным причинам наличие на борту дирижабля самого Андрея и его слуги осталось неизвестным для людей в черном.
 Глава третья. Мародеры 
Глава третья. Мародеры.
В которой главный герой знакомится со своими потенциальными убийцами, оказывается в ситуации, когда лучше промолчать, нежели сразу начать стрелять, а потом становится свидетелем ликвидации следов преступления с помощью магии, что производит на него сильное впечатление.
Пока Андрей занимался изысканиями, изучая обстановку и упражняясь в создании внутренне непротиворечивых версий произошедшего, сама ситуация самым решительным образом поменялась.
Издали, со стороны леса, плотным кольцом окружающего площадку на которой случилась авария, раздались голоса людей и вскоре стал виден обоз, состоящий из тройки телег, и полутора десятка классических мужиков из учебника по истории семнадцатого века. Одетые в портки, лапти и холщовые рубахи, к тому же подпоясанные веревками. Лопатообразные бороды придавали обличьям эстетическую завершенность. А вот картузы с лаковыми козырьками несколько выпадали из образа.
- Пожалуй и с лаптями перебор, - решил для себя Андрей. - Могли бы себе и сапоги позволить. И немудрено. Стоимость одного лишь жеребца впряженного в телегу, своими статями превосходящего призового Владимирского тяжеловоза, по прикидкам бывшего кризис - менеджера позволило бы без затруднения одеть и обуть всех мужиков в последнюю коллекцию от Армании. Ну ежели исходить из цен присущих родному для Андрея миру.
 
- Похоже, это те самые , про которых упоминал командир террористов. Те, которым поручено прибраться. Пожалуй не стоит им на глаза попадать.
Андрей быстро рассовал по карманам куртки кошель с деньгами, револьвер и паспорт, спрятал кортик, тетрадь, заинтересовавшая Андрея ранее, уже лежала за пазухой, после чего с сожалением отодвинул от себя ногой саквояж, в котором осталось еще множество нужных и полезных вещей, и прикинул как бы ему понадежнее спрятаться. К сожалению, ничего умнее, нежели занять место среди валунов, то самое в котором хоронился мертвец, скрывшийся от команды зачистки, в голову не пришло.
Прикинутся мертвым не вариант. Так и в костре оказаться можно. Огромный костер уже пылал в самом центре площадки. Его обустройством прибывшие мужики и занялись в первую очередь. Было понятно, что это не импровизация, а хорошо продуманное и спланированное мероприятие. Иначе для чего надо было с собой в телегах сухостой и бревна везти. К тому же мужики использовали для розжига какую-то высокотехнологическую жидкость, типа керосина, залитую в обыкновенную, привычную Андрею еще по прошлому миру, двадцатилитровую канистру. Хотя керосин такое пламя пожалуй что и не обеспечит.
Сначала Андрей не понял, зачем разводить еще один костер, ежели горящий дирижабль продолжал обеспечивать всех заинтересованных лиц как освещением , так и должным жаром. Потом сообразил. Пламя, разведенное пришлыми, выполняло не только утилитарную функцию, но и было самым настоящим ритуальным костром, на котором осуществлялось захоронение мертвых. Не случайно один из мужиков, отличающийся от прочих наличием черной рясы и заунывным голосом, непрестанно пел псалмы и осенял крестомкаждого мертвеца, прежде чем пара дюжих молодцев забрасывала очередной труп в самый центр бушующего пламени.
Очевидно, что горящий дирижабль для этих целен не годился.
- Похоже староверы, - сделал вывод Андрей, обратив внимание на то, что носитель рясы крестит покойников двумя перстами. Это при том условии, что местная история напоминает таковую моей собственной страны. И здесь тоже когда-то приключился раскол. Вот только в христианстве огненное погребение не практиковалось. Будем считать, что это не принципиально. Из разряда местных заморочек.
Бородачи стягивали трупы людей к месту окончательного упокоения, предварительно обобрав их вплоть до нижнего белья. А все вещи гамузом сваливали на телеги.
-Ивсе-таки, как поступить? Попытаться таки скрыться в лесу воспользовавшись наступившей темнотой и тем что пламя от догорающего дирижабля и разгорающегося ритуального костра слепить глаза . Во-первых, это надо было делать раньше.
Сразу как только появились новые действующие лица на поляне. Тогда это было бы гораздо проще. А во-вторых , если есть телеги , значит жилье находится где-то недалеко. На телеге без дороги по лесу не наездишься. А это в свою очередь значит, что встречи с местными избежать не удастся. Мало верится, что ему, человеку далекому от природы, удастся скрыть свои следы от людей, для которых местный лес — дом родной. Сразу же вспомнились истории узников ГУЛАГа. Практически никому, из числа бежавших из лагеря, так и не удалось добраться до цивилизованных мест. И ловили лагерников, как правило, не отряды охранников, пусть даже и с собаками, а местные аборигены, из числа бурятов и якутов, от которых практически невозможно было укрыться в лесу. И делали они это так , между делом. За денежку малую. Нагоняя лагерников, обездвиживая их , а потом продавая НКВдистам. Так что избежать встречи с местными не удастся. Не надо питать иллюзии. Остается на месте, а когда до него доберутся мародеры прикинуться контуженным и не слишком понимающим что на самом деле вокруг происходит? К тому же для этого и прикидываться не очень придется. Тоже не лучшее решение, но, как говорится: «за неимением гербовой пишем на туалетной».