Седьмой Рубеж (СИ)

— Если дослужу свой контракт, то так и сделаю. — весело ответил Регдан. — Пока буду на вас тренироваться.
— Кстати, что насчёт тренировок? — тут же спросил я. — Капитан говорил, что нас начнут обучать ещё до возвращения в лагерь. Или мне лучше у десятника об этом спросить?
— Спроси. — кивнул мой собеседник. — Но я тебе и так скажу, что на марше будет сложно что-то делать, а вечером будешь думать только о том, чтобы не отдать Алаиру душу.
Камид вернулся к отряду и возглавил десяток. Когда мы вышли за ворота лагеря, гигант на ходу открыл деревянную коробку и, что-то из неё вытащив, передал шагавшему следом бойцу. Тот повторил процедуру и так очередь постепенно дошла до нас.
— Сразу всё не пейте. — доставая из ящика небольшую стеклянную мензурку с густой мутной жижей, посоветовал Регдан. — В первый раз будет очень хреново. Если сразу всё зальёте, то к вечеру начнутся судороги.
— Если кто-то потеряет хоть одну склянку, будет бежать половину следующего дня босиком. — громко и ни к кому конкретно не обращаясь, произнес Камид. Скорее всего, эта фраза была обращена к нам. Потому что Регдан и остальные бойцы десятка уверенно срывали пробки из сургуча и залпом осушали сосуды.
— Моча хаграла — благословенный Алаиром нектар, по сравнению с этим пойлом. — морщась и передергиваясь всем телом, произнес Регдан. Воин быстро вернул свою склянку в общую коробку и посмотрел на нас. Из глаз человека текли слёзы, а лицо покраснело до синевы. — Не тяните.
— Мне что-то не хочется. — неуверенно ответил Джеро и вопросительно посмотрел на меня.
— Если не выпьешь, то к полудню тебе останется только лечь и сдохнуть, новик. — произнес шагавший справа от нас боец. — Ждать никого не будут. Как только последние телеги проедут твоё тело, один из нас вернется и перережет тебе глотку.
Я осторожно сорвал пробку и понюхал зелье. Это стало моей первой и самой главной ошибкой. Пустой желудок моментально прыгнул к горлу и решил вернуть скудный вчерашний ужин как можно быстрее.
Воняла эта жижи настолько гадостно, что хотелось немедленно вылить её на землю. Ни о какой очистке или дистилляции создатель этой дряни вообще не знал. У меня сложилось впечатление, что в алхимический котел просто свалили гору мертвечины и помоев, сдобрив это щепоткой сорной травы.
— Какая гадость. — вытирая слезящиеся глаза, пробормотал я.
— Ты ещё на вкус не пробовал. — заржал Регдан.
— Это ваш маг такое делает? — недоверчиво посмотрел я на воина. Ответ был и так понятен, просто я искал способ хотя бы ненадолго отодвинуть неизбежное.
— Ты при мэтре Вильере не вздумай ничего такого сказать. — тут же серьезно ответил воин. — Да и при остальных не стоит. Если бы не он, то мы бы все давно сдохли. А что воняет это зелье, так и мы все не розами пахнем. Главное, что работает. Пей давай! А то сейчас колонна уже разгоняться начнёт.
Передние ряды действительно начали постепенно ускоряться. Командир давал всем время принять зелье, но долго ждать не собирался. Я резко выдохнул и, преодолевая сопротивление бунтующего желудка, влил в себя половину склянки.
Рот обожгло гнилостным пламенем. По пищеводу пролетел огненный шар и гулко взорвался в желудке. Зрение потеряло четкость и я смахнул рукой текущие градом слезы. Ну и пакость! Следом за мной, морщась и ругаясь, выпил половину своей порции Ридра. Я заметил, что молчун некоторое время внимательно смотрел на содержимое сосуда и сосредоточенно хмурился.
— Гадость редкостная. — выдал свой вердикт Ридра.
— Давай, малой. — подбодрил Джеро Регдан. — Ты один остался.
Я прислушался к ощущениям и с удивлением понял, что тошнота быстро прошла. От желудка по телу разливались волны энергии и их только нужно было направить в нужное русло. Уровень Риит-Гар у меня был слабый. Даже первым его назвать было сложно, но работать с потоками внутри своего тела я мог, хоть и на очень примитивном уровне. Просто задавать направление, но сейчас этого было вполне достаточно.
Первым делом начал разогревать мышцы ног. Нам предстоял сегодня длинный марш и в конце дня я не хотел мучиться от спазмов в измочаленных конечностях. Ещё часть попытался направить к лёгким и другим внутренним органам, но получилось это только частично. Быстро пришёл к выводу, что если этого не сделать, то жуткая настойка просто перейдет полностью в мышцы. Это был совершенно варварский метод, который мог запросто покалечить обычного человека.
 
— Ускоряемся! — рыкнул Камид и весь десяток перешёл на легкий бег. Так многие военные подразделения могли двигаться на протяжении целого дня. Джеро быстро сорвал крышку со своего фиала и залпом выпил всё содержимое.
— Ой, зря… — качая головой, протянул Регдан. — Давай склянку, новик. У тебя сегодня будет тяжелый день.
— Как-будто вчера был легкий. — пытаясь прийти в себя после использования эликсира, прохрипел в ответ Джеро.
— Ускоряемся! — прозвучал повторный приказ десятника и я увидел, как бойцы вокруг меня уходят в отрыв. Некоторые при этом ещё успевали делать по несколько дополнительных шагов на месте, чтобы дополнительно разогреть ноги.
Джеро отдал емкость Регдану и тот аккуратно поставил её в ячейку к другим. Я свой фиал заткнул пробкой и сунул в мешок. К предупреждению десятника отнесся максимально серьезно. Если в таком темпе нам предстояло бежать целый день, то половина этого времени босиком могла превратить ноги в пару окровавленных кочерыжек.
— Ускоряемся! — снова повторил Камид. Его огромная фигура с заплечным мешком служила отличным ориентиром. Десятник бежал наравне со всеми остальными, но при этом грохот его шагов сотрясал землю на десяток шагов во все стороны.
Растительность вокруг быстро превращалась в смазанные зеленые полосы. Через некоторое время я заметил, что черно-зеленые полосы сменились на зелено-желтые, а потом колонна вылетела на широкую дорогу. Зелень леса осталась только с одной стороны. С другой желтело бескрайнее поле. На нас волнами накатывали запахи трав и сырости, а мы врезались в них лицом, как в жидкую стену.
Впереди бежали люди. Иногда брякал метал доспехов и оружие. Сзади шипели ездовые ящеры и я только раз обернулся, чтобы на них посмотреть. Стал понятен выбор животных. Никто другой просто не смог бы долго выдержать подобный темп.
Тело постепенно разогревалось. Дыхание становилось горячим, но никакой усталости я не чувствовал. До полудня вообще бежал так, словно только этим и занимался всю жизнь. Благодаря правильному распределению энергии, у меня получилось сохранить баланс и спокойно перенести этот безумный забег. Даже получилось немного понаблюдать за другими бойцами. В первую очередь меня интересовали солдаты, но и на Ридру с Джеро я иногда поглядывал.
Солдаты седьмого Рубежа выглядели полностью довольными жизнью. Бешеный бег для них не был какой-то особой проблемой и это было странно. За несколько часов такой гонки, даже под действием эликсира, неизбежно накапливалась усталость. Люди потели и тяжело дышали, начинали терять концентрацию… Было много признаков, которые могли выдать подобное состояние, но ничего такого я не видел. Даже наоборот — чем дольше мы бежали, тем более сосредоточенными у уверенными становились люди вокруг. Словно на них зелье Вильера действовало не так, как на новобранцев.
— Вижу, ты неплохо держишься. — чуть сместившись ближе ко мне, произнес Регдан.
— Стараюсь. — сберегая дыхание, ответил я.
— Если мозги ещё варят, то можем поболтать. — предложил боец и я тут же покачал головой. Пределы своих сил я понимал четко. Сейчас тело держалось только на остатках заемной энергии и скоро придет усталость. Если где-то собьюсь, то усталость наступит сильно раньше, а этого мне не хотелось. Бегущий впереди десятник чуть повернул голову и я заметил его заинтересованный взгляд.
— Это вряд ли. — ответил я. — Но слушать могу.
— Тоже неплохо. — пожал плечами боец. — Я тогда буду говорить, а ты кивай, если всё понятно. Вы двое, тоже можете слушать.