Беседка

Он резко кинул камешек в воду и повернулся к Элли.
— Если Шэрон убила Лу, как мы это докажем?
Джесси смотрел на нее так, будто ответить на его вопрос было для Элли проще простого.
Но одно дело — писать книги про женщину, раскрывающую преступления, и совсем другое — оказаться самой в такой ситуации. Элли встала.
— Эта женщина вполне может быть убийцей. И я не собираюсь отираться возле нее. У меня мало времени, и я не хочу изменять свое будущее так, чтобы в итоге умереть раньше времени.
Джесси удивленно посмотрел на нее.
— Иногда ты говоришь очень странные вещи. Например, о том, что еще не произошло, рассказываешь так, будто это уже случилось. Как будто знаешь будущее.
— Глупости, — оборвала его Элли. — Разве можно знать будущее? Просто я… я хотела сказать… что… В общем, мне надо вернуться в Лос-Анджелес как можно скорее. Меньше чем за три недели я должна остановить мужа — уже почти бывшего — иначе он отберет у меня все, что я заработала, и я останусь с вечным долгом. Не говоря уже о моем самоуважении и репутации.
— А ты уверена, что он так поступит?
— Я знаю его.
— Ясно! Вполне верю. Ты хорошо разбираешься в людях. Ты одна не поверила про Валери и Вуди. Я хочу, чтобы ты осталась и помогла мне. Давай попробуем! Пригласи Шэрон пообедать, послушай, что она тебе скажет, а я в это время покопаюсь в бумагах. Может, что-то найду.
— Я бы хотела помочь, но ничего не получится. У меня нет времени. Мне надо изменить свое… свою судьбу. Я думала, что могу себе позволить отдохнуть в выходные, но все обернулось совсем невесело…
— Все? — тихо переспросил он.
Он снова смотрел на нее взглядом, которого Элли не видела очень давно. Когда она познакомилась с Мартином, его глаза всегда были такие. Этот взгляд заставлял каждый женский гормон вибрировать.
Элли собрала волю в кулак, развернулась и пошла. Если надо, она пешком дойдет до фермы. Через секунду Джесси был рядом с ней.
— Не уходи, — попросил он и положил руку ей на плечо.
Элли покосилась на его руку — сильную, загорелую. Она чувствовала его тепло сквозь рубашку. «Не смотри на него!» — приказала она себе.
Она подняла глаза. Все тот же откровенный взгляд… И через секунду она оказалась в его объятиях… Она хотела, чтобы он взял ее прямо здесь, на берегу озера. Чтобы он раздел ее, прикасался к ней и…
Она расплакалась, даже не заметив, когда потекли слезы, и вцепилась в него, словно он — ее последняя надежда. Нахлынула пустота последних лет. Она не хочет снова пройти через этот развод. Не хочет снова слышать обвинения в хитрости и вероломстве. Не хочет слышать, что она сумасшедшая.
Джесси, казалось, не удивился ее слезам. По крайней мере, не растерялся. Он взял ее на руки, отнес к озеру, сел и прислонился к дереву. Он держал ее на руках, а она плакала.
Элли не знала точно, сколько она ревела, но довольно долго. Рубашка у него на плече промокла насквозь. Он протянул ей чистый носовой платок и нежно убрал прядь волос с ее лица.
— Он хочет тебя убить? Поэтому ты знаешь про Лу?
Не поднимая головы, Элли кивнула. Она долгое время не могла себе признаться в том, что Мартин испытывает к ней только зависть и ненависть.
— Мне так кажется. Мой психолог говорила, что он пытался толкнуть меня на самоубийство. Он заставил меня почувствовать себя неудачницей, как будто все мои успехи ничего не значат. Мартин твердил, что я не дала ему добиться славы. Он рассказывает всем, что я — эгоистка и меня интересуют лишь деньги.
Элли высморкалась и глубоко вздохнула.
— Если бы я умерла, он бы получил деньги и свободу.
Джесси снова притянул ее к себе, и ее щека оказалась на его мокром плече. Она потихоньку приходила в себя.
— А кто-нибудь верит тебе? Когда ты говорила, что он хотел довести тебя до самоубийства, тебе верили?
— Я никому никогда не говорила об этом. Только тебе, — Элли всхлипнула. — Мартин уверял, что любит меня, и все думали, что это правда. Большинство людей не умеют лгать, как он, и никогда не сталкивались с похожими на него.
— Значит, Лу помогли сделать последний шаг. Не суицид, так убийство.
 
Она сидела у него на коленях, и его лицо было совсем близко, всего в нескольких сантиметрах.
— Мне нужна твоя помощь. Ты знаешь больше, чем тебе кажется.
Она встала, но Джесси не шелохнулся.
— Я ничего не знаю. Вообще ничего! И ты тоже. Может, она довела его до самоубийства, а может, убила. А еще очень вероятно, что она чудесная женщина и все произошло именно так, как она говорит.
Джесси закинул руки за голову.
— Что вчера к ним пришел Боуи, и Лу угрожал ему ружьем?
— Наверное, поэтому она убила его именно сейчас, — предположила Элли и тут же закрыла рот рукой.
Джесси слегка улыбнулся и закрыл глаза.
— Поскольку ты специально изучала прототипов своих героев, ты знаешь о преступниках довольно много.
— Достаточно, чтобы понимать, что убийцы опасны!
Он не открыл глаза и только улыбнулся чуть пошире.
В этот момент в ней что-то сломалось. Видимо, из-за того, что она плакала в сильных мужских руках. Или потому, что снова почувствовала себя желанной, а не просто машиной для производства денег, какой ее сделал Мартин.
Но какова бы ни была причина, Элли тотчас отказалась от мести. Три года она была парализована случившимся и жаждала справедливости. И теперь она получила то, что хотела: возможность снова пройти через развод. И поняла, что не будет ничего делать.
Просто все плохое уже произошло, и она пережила это. Потом все признавали, что в жизни не видели процесса безобразнее и более предвзятого судьи.
Сейчас Элли осознала, что ее выбили из колеи не сами события, а ее собственная реакция на них. И дело было не в том, что она лишилась денег, которые должна была выплачивать своему ленивому, лживому, гулящему бывшему мужу. Дело в том, что было задето ее самолюбие. Мартин обвинил ее в эгоизме, и судьи согласились с каждым его словом.
— Тебя мучают тяжелые мысли? — задумчиво спросил Джесси.
— Да. Но… мне уже все равно, — и она улыбнулась по-настоящему счастливой улыбкой.
Она огляделась, увидела красоту вокруг и глубоко вздохнула. Может быть, в этом штате от системы правосудия осталось одно название, но воздух здесь божественный…
— Я не хочу домой. Там меня никто не ждет! Когда лучше пригласить пообедать жену Лу?
Джесси не ответил. Он снова смотрел на нее остановившимся взглядом. Но на этот раз Элли не убежала и не расплакалась. Она наклонилась, поцеловала его и начала расстегивать его рубашку.
  
Глава 24
 
1980 год, штат Огайо.
Лесли за секунду перенеслась из старинного дома женщины по имени Зоя в свою маленькую комнатку в общежитии университета. Она стояла посередине в полной растерянности, с трудом сознавая, где очутилась. Ее тело тоже изменилось. Оно стало фунтов на пятнадцать легче, чем десять минут назад.
Где же зеркало? А а, точно, на внутренней стороне дверцы шкафа! Лесли открыла шкаф и увидела себя в двадцать лет. На нее изумленно смотрела Лесли Эймз с гибким, упругим, стройным телом, каким оно стало в результате долгих и изнурительных упражнений. Лесли хорошо помнила это тело. Каждое утро, проснувшись, она вспоминала о нем, ей его очень не хватало. Она так хотела снова получить возможность свободно нагибаться и кружиться с неподдельной легкостью и грацией.
Но не оно так удивило ее. Больше всего ее поразило выражение надежды на лице девушки напротив. У смотревшей на нее из зеркала были сверкающие зеленые глаза, готовые вот-вот рассмеяться. Она верила в себя и была убеждена, что сумеет многого достичь в этом мире.
Этой Лесли и в голову бы не пришло стать домохозяйкой и посещать благотворительные собрания. Она не имела ничего общего с женщиной, дрожавшей от мысли, что ее муж сбежит от нее с молоденькой секретаршей.
Лесли внимательно посмотрела на свое лицо. Ни одной морщинки, чистая, гладкая кожа. Эта девушка никого не боялась… Когда же она стала такой запуганной? Когда поняла, что не будет великой танцовщицей? Или когда приползла назад к Алану, потерпев полное поражение? И блеск в зеленых глазах окончательно потух…