"Фантастика 2023-179". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Второй путь. Для тебя сейчас наиболее трудный. Жить так, как идет судьба. Немного позабыть меня. А позже уехать в Далацию: страну, где также жарко и красиво, как здесь, но чуть другие звезды.
Ангела опустила голову. Капюшон полностью закрыл лицо и подбородок.
Гийом мягко обнял ее за плечи.
— Прости.
— За что? — произнесла девушка, едва сдерживая слезы, — За что ты так жесток со мной? Наше свидание начиналось так хорошо…
— Прости, — повторил он, — Ты говорила: я расчетлив — это так. Я представляю примерное будущее и хочу, чтобы с тобой было все хорошо. Несчастливая любовь может забыться, а вот изломанную судьбу не исправишь.
— Ты рассказывал мне историю о молодом волшебнике, полюбившем герцогиню. Ему отрезали руки и язык. Ты этого боишься?
— Нет. Меня трудно схватить живым. Проще убить. А смерти я давно не боюсь, — спокойно ответил маг.
Ангела кинулась ему на шею.
— Прости теперь ты меня, — горячо сказал она, — как я могла в тебе усомнится, обвинить в трусости.
— Это все погода, — тихо сказал Гийом, — близится ненастье, и наши умы в беспокойстве. Ненастье не только в погоде. Послушай, вот вспомнил очень хорошие строки, жалко, что я не поэт: Разлуку во всем я вижу: она в глазах твоих грустных.
Разлуку во всем я слышу: твой голос слабей и глуше. Разлуку во всем вдыхаю: ты пахнешь скошенным лугом. Во всем предчувствую близость разлуки, разлуки, разлуки.
— Я хочу сберечь тебя, моя принцесса, — сказал он, и это обращение звучало не как титул, — Сберечь твои синие как небо глаза, волос цвета темного каштана, стройный стан и нежность рук. Ты — хрустальный сосуд, в котором хранится то немногое доброе и нежное, что еще осталось во мне. Близость со мной может его разбить.
Ангела откинула капюшон, явив ему, небу и осеннему парку милое личико, озаренное прелестью молодости — этим вечным очарованием чистых и открытых чувств.
— Тебя могут увидеть, — Гийом указал взглядом на такие же пары в отдалении.
— Нет, им не до нас. А если и да — мне все равно! — с вызовом произнесла она, — Благодарю за заботу Ги, но ты, все-таки, забыл обо мне. О моих чувствах и желаниях. О том, что я хочу быть с тобой. У нас день поэзии — отвечу стихами: От чего Умирает она? Оттого, что разлучена, И мужчина тоже. От чего Умерла она? Оттого, что разлучена, И мужчина тоже
— И мужчина тоже, — повторил маг, — Хорошие строки, но совсем не к месту. Не вздумай умирать, — одновременно и строго, и шутливо сказал он ей.
— И не подумаю! — почти весело ответила Ангела и внезапно показала ему язык.
Оба рассмеялись.
— Ну вот, улыбнулся. Для этого пришлось принцессе Камоэнса язык показывать, словно глупенькой девочке.
— А ты уже не глупенькая девочка? — поинтересовался Гийом.
— Нет, и ты прекрасно об этом знаешь. Решать нашу судьбу мы будем вместе. Прошу, не делай больше выбор за меня.
— Хорошо, — маг ответил не сразу, — Мы вернемся к этой теме. В следующий раз. В свою очередь ставлю условие: обдумай все хорошо, составь свой план наших действий и возможностей, попробуй этот вопрос своими белоснежными зубками. Может, потеряешь иллюзии.
— Составлю, — кивнула Ангела и накинула капюшон на голову, — Пойдем, Гийом, мне пора.
Маг взял ее под руку, и они без особой спешки зашагали по мощеной камнем дорожке назад к тайной калитке, ведущей на территорию аббатства.
Гийом молчал, все уже было сказано, теперь он лишь наслаждался последними мгновениями столь редкой близости.
На развилке у небольшого фонтана, украшенного позеленевшими от времени мраморными нимфами, маг почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд. Он не привык бегать от неприятностей, поэтому обернулся, так что принцесса оказалась у него за спиной.
Капюшон, закрывающий от посторонних взглядов лицо, не идеален — мешает взгляду. Гийом приподнял его, зная, что его инкогнито уже раскрыто.
Напротив него, радостно улыбаясь, показывая белоснежные искусственные зубы, стоял новоиспеченный гвардейский лейтенант Марк де Мена, сторонник и наперсник могущественного герцога Гальбы.
 
Марк был облачен в яркий бело-голубой камзол со специальным кармашком на поясе, из которого выглядывала золотая цепочка от часов-луковиц. Большую шляпу под тон костюма украшали три красных пера. О его принадлежности к гвардии можно было догадаться только по черному с желтым треугольнику на плаще [39]. Один нос виконта, сломанный и распухший, выделялся из общей красочной картины.
Де Мена был не один, чуть позади него маг увидел еще двух дворян, разодетых с не меньшей пышностью, чем их предводитель. Все были вооружены. И не одними кинжалами, как требовали приличия, но и мечами.
— Синьоры, кого я вижу? Сам великий маг Гийом! Да еще не один! — с пафосом воскликнул Марк.
Его товарищи засмеялись. Нехорошо так засмеялись, нервно и натянуто.
— Я тоже не рад вас видеть, де Мена. Но воспитание заставляет меня дать вам совет: не показываете на человека пальцем. Во-первых, это невежливо. Во-вторых, можно потерять наглый перст.
— Как грубо, Гийом! — Марк картинно развел руки в сторону, — А еще что-то говорите о воспитании. Признаюсь, мы удивлены увидев вас в чьей-то компании. Ведь обычно вы предпочитаете мертвых живым. Скажите, ваш путник, он кто: мальчик или девочка?
Троица приблизилась к ним на несколько шагов.
Пальцы Ангелы сжали ладонь мага. Она стиснула зубы и промолчала. Товарищи виконта опять засмеялись громко, грубо и обидно.
Гийом удивился. Его уже давно никто не смел так задирать.
— Ищите ссоры, Марк? — спросил он прямо, — Если да, то для самоубийства вы избрали слишком сложный способ — идите вон! Если нет, то рекомендую врача.
Марк не ответил, весь его напряженный облик свидетельствовал об опасности. Неожиданно за спиной мага и принцессы возникли еще один тип в красном.
— Не грози мне, колдун! — последнее слово виконт произнес так, словно сплюнул, — Его Величество недавним указом запретил дуэли.
Его товарищи положили руки на рукояти мечей. Гийому ситуация разонравилась совершено. Марк — не такая уж большая фигура — чувствовал за собой силу. Значит, ему приказали устроить ссору. Герцог Гальба. Но зачем? Неважно. Здесь принцесса.
— А до дуэли дело и не дойдет. С дороги! — Гийом развернулся, решительно оттолкнул двоих зашедших сзади, становился, услышав характерный звук оружия, вынимаемого из ножен.
— Сеньора, откройте лицо! — потребовал виконт и шагнул к Ангеле.
Та едва сдержала крик, если их раскроет Марк де Мена…
Гийом видел острия двух мечей у своей груди. От него хотят крови. Люди Гальбы пытаются быть невозмутимыми, но руки их дрожат. Даже голос Марка колеблется. Боятся.
Чародей глубоко вдохнул. Его провоцируют на пролитие крови, он не поддастся. Де Мена, приняв его молчание за слабость, кивнул своим людям.
— Посмотри на меня, красотка! Гийом, дернешься — умрешь.
Маг отпустил руку Ангелы, на долю мгновенье закрыл глаза, и время замедлило ход. Он схватился голыми руками за лезвия двух приставленных к груди клинков. Едва успел, острия уже прокололи одежду и поцарапали грудь.
Металл. Сталь плохо передает магию, но заряд, посланный Гийомом, был очень силен. Дворянчики дернулись, пытаясь противиться приказу уснуть, и упали на мостовую.
За спиной закричала Ангела. Маг развернулся и резко выбросил вперед окровавленные ладони. Воздушные пощечины отбросили от принцессы обоих насильников. И того, что держал ее, и Марка, что как раз откинул капюшон, Ангела мотнула головой, пытаясь закрыть лицо длинными каштановыми локонами.
Гийом обнял ее и прижал к себе. Девушка всхлипнула.
— Все хорошо, милая, все хорошо.
Марк де Мена пытался встать, в руке его был зажат длинный кинжал. Лицо растерянное и испуганное.
— Принцесса, — выдохнул он, — не может быть! — в голосе слышались удивление, обида и зависть.