"Фантастика 2023-179". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Еще мгновение – и рука болотной ночницы взметнулась, со свистом вспарывая воздух. А перед взором Везунчика сгустилась тьма, и больше он ничего не видел.
… Очнулся на полу. С трудом веря в то, что жив, он огляделся: в обеденном зале было пусто и тихо. Ни ночницы, ни ее странного спутника, который, между прочим, был человеком, ни курьера. Только размазанная по полу кровавая лужа.
– Ох, – вздохнул Везунчик, – ох-хох…
Покряхтывая, он поднялся – сперва на четвереньки, а затем на ноги. Осторожно, бочком, подкрался к столу, где сидели страшные посетители. Обе тарелки были пусты, рядом с брошенными ложками мирно блестела аккуратная стопочка серебряных монет, явно из карманов бедняги-курьера.
– Что это с тобой, отец?
Везунчик обернулся – на него с самым недоумевающим видом взирала Афеша.
  
Глава 9
 
Колодец Памяти
 
Курьерский конь, отдохнув под навесом у Везунчика, бодро отмерял лигу за лигой. И Гор, и Миральда молчали; первый – потому что не отличался болтливостью, вторая – сгорая от стыда за себя и за свою нечеловеческую, сверх меры кровожадную сущность. Даже сейчас, сытая, Миральда остро ощущала запах разгоряченного человеческого тела, слышала, как стучит сердце потомка древних имнов… В ней просыпалось вполне естественное для ночницы желание – погрузить в податливую человеческую плоть когти, добраться до самых лакомых кусочков…
«Перестань. Немедленно», – она зажмурилась и, словно ища поддержки, прижалась щекой к спине человека, – «Во что же ты превратилась, Миральда? И что бы сказали твои сестры, если бы ты им снова могла увидеть? Ты стала самым обычным хищным болотным злом. И ничем не лучше сестер печали… Все цепляешься за свою человечью память, хотя уже давным-давно стала просто темной нелюдью!»
Она без жалости вынесла себе этот приговор. Перед глазами все еще стояло изумленное, белое, как свежевыстиранная простыня, лицо императорского курьера; это выражение безграничного детского удивления так и осталось в его глазах, даже когда душа его отлетела в сады небесные…
«Зачем тебе было убивать его? Зачем? Ведь это мог сделать и Гор, и не надо лгать себе – мол, он еще не выздоровел, чтобы меч в руки брать! Ты, бывшая ведьма, убила человека только потому, что тебе это понравилось в первый раз. И с каждым разом нравится все больше и больше!»
Тут она решила, что еще немного – и сама доведет себя до сумасшествия, стараясь определить свое место в мире. Ох, не зря когда-то сказала Кларисс, что все, что она делает – всего лишь в природе болотных ночниц, и нечего с этим бороться…
Дорога, проложенная по мелколесью, послушно лилась под ноги коню. Опрокинутая чаша неба засияла россыпью звезд – ярких и холодных; перистые облака лежали дымчатыми полосками на востоке, и на западе величаво выкатывалось спелое яблоко большой луны. А по обе стороны, куда ни глянь, хмуро топорщились еловые лапы.
Миральда грустно усмехнулась. Ведь было время, когда подобная прогулка по ночной дороге показалась бы крайне неприятной и опасной! А вот теперь скачешь себе и даже не думаешь о том, какие хищники могут подстерегать одинокого путника.
Ибо ни один зверь не нападет на болотное зло.
Между тем ее мысли вернулись к Гилларду. Тонкая, но крепкая ниточка, соединившая их сердца, позволила проследить за тем, как ночницы добрались первыми и напали на ее сына; точно также Миральда знала об исходе драки. Миртс и Гиллард отбились в первый раз, но получится ли это во второй? Миральда была уверена в том, что королева ночниц не отступится от намеченной цели, и будет слать и слать своих воинов до тех пор, пока они не заполучат голову Гила.
«Он сейчас уже в Гнезде куниц», – металась тревожная мысль, – «зачем Миртс потащила его туда? С какой целью? Обучать владению оружием? Но Гил – маг, ему это не нужно. Что они будут искать в этом лабиринте?»
Миральде было неспокойно. О, если бы знать, если бы… Но болотная вода не может показать будущее; ей ведомо только настоящее и прошлое, да и то далеко не все.
 
– Там, кажется, жилье, – Гор бесцеремонно прервал ее размышления.
Миральда откашлялась.
– Пожалуй, мы не будем туда заезжать. У нас слишком мало времени, я боюсь, как бы не приключилось чего.
Гор только пожал плечами и ничего не ответил, но Миральде показалось, что он едва слышно вздохнул.
– Ты чем-то опечален? Если хочешь, заедем. Но я больше не буду заходить, ты ведь и сам видел, что из этого получается.
Дорога закончилась, упершись в погнившие, покосившиеся ворота. Судя по всему, это была последняя деревня, когда-то процветающая, а ныне заброшенная. А за ней тянулись к небу черные ели-гиганты, уже не деревья Мелколесья, но истинные обитатели Дэйлорона, окутанные у земли рваным шлейфом тумана.
– А вот это – Дэйлорон, – пояснила Миральда, – нам нужно еще севернее, и в горы… Правда, еще не знаю, как мы будем добираться до Гнезда куниц…
Гор промолчал, придерживая коня. Затем задумчиво пробормотал, что, возможно, им придется некоторый отрезок пути преодолеть пешими.
… Они шли до самого рассвета, все глубже и глубже вдаваясь в опустевшую землю дэйлор, ставшую провинцией Великой Империи. Когда ночь сменилась серыми сумерками, выбрались на широкую просеку, что слепым отростком уходила на восток. Миральда покачала головой: Император всерьез занялся освоением новых земель.
И вдруг словно кто-то резко сдернул завесу тишины: раздалось конское ржание, стук подков по земле. Они едва успели нырнуть под защиту лесной чащи, как мимо во весь опор промчались два верховых, одетых так же, как несчастный императорский курьер. Гор задумчиво хмыкнул, поглядел на Миральду.
– Н-да, – ночница лишь покачала головой, – похоже, что моего мальчика ищут… Или же гонцы торопятся сообщить владыке важную новость.
* * *
… Гил падал сквозь кромешную тьму, навстречу мельтешащим ярким пятнам. Он несколько раз перевернулся через голову, ледяной ветер хлестал по щекам, крутил, как высохший лист. Наверное, Гиллард кричал – но не слышал собственного крика до тех пор, пока полет не замедлился, и он не встал на ноги.
– Миртс! – еще раз неуверенно позвал маг, но тут же одернул себя. Как глупо звать вампирессу! Если бы могла, уже явилась бы…
Гил быстро огляделся: он находился в обширном зале без единого окна, что наводило на мысль о подземелье. По периметру были развешаны гроздья белых кристаллов, дающих тусклый рассеянный свет; на полу – разноцветная мозаика, хаотично набросанные цветные круги…
– Эй, – осторожно сказал Гиллард, – есть тут кто?
Тишина.
Все происходящее казалось столь реальным, что едва ли было просто сном. И это пугало, как, впрочем, пугает все неизвестное.
Гиллард еще раз огляделся в поисках выхода, но тут его взгляд упал на небольшое возвышение у дальней стены.
– Воля Хаттара да пребудет со мной, – пробормотал он и пошел к неизвестному сооружению, гадая на ходу, чем может закончиться это якобы «сновидение».
Вблизи неведомое возвышение оказалось базальтовым бортиком, ограждающим идеально круглый колодец. Вода глянцево поблескивала у самых его краев, и Гилу померещилось, что ее уровень то поднимается, то опускается. Совсем чуть-чуть, как будто колодец… дышал.
– Ну, и что я теперь должен делать? – спросил он вслух сам себя, чтобы разорвать давящую тишину.
И вдруг услышал тихий смех, похожий на шелест сухих листьев.
– А я тебя давно жду, – сказал кто-то рядом. Разумеется, никого Гиллард не увидел.
– С кем имею честь говорить? – поинтересовался он, озираясь, – хотелось бы вас не только слышать, но и видеть.
– Ты меня видишь, – скучным голосом заверили его, – я – почти у тебя под ногами. Я – колодец Памяти… По крайней мере, так меня называли дэйлор. И это я говорила с тобой, когда ты запутался и не знал, что делать.
– Так, значит, ты и есть тот самый колодец Памяти, о котором толковала Миртс?
– Именно. Так что сейчас у тебя появилась возможность узнать все, что тебе когда-либо было интересно, но о чем тебе никто и никогда не сказал бы всей правды.