"Фантастика 2023-179". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Гил сомкнул глаза лишь к рассвету, а когда проснулся, пол был расчерчен горячими пятнами солнечного тепла. Снаружи доносились обрывки сдержанной беседы, где-то неподалеку постукивал молот кузнеца… Он встрепенулся, и уже при свете дня обошел место, которое Магистр прочил ему домом.
Из узенького коридора, где Гил провел ночь, можно было попасть в две комнаты; они распахивались по бокам подобно крыльям бабочки. Третья дверь, что напротив входной, вела в отхожее место. И повсюду – только голые стены, каменный пол, покрытые пылью; видать, давно тут никто не жил…
Отчаяние мертвой хваткой вцепилось в душу. А ведь еще вчера он мог остаться в своей теплой, пропахшей лавандой спальне! Гил стиснул зубы, чтобы не заплакать. Что ж, судьбе было угодно распорядиться именно так…
Его размышления были прерваны решительным стуком в дверь. Гил поспешил открыть; на пороге стоял парень, совсем молодой, но на вид – заморыш заморышем. Даже Гиллард, будучи десяти лет отроду, вдруг ощутил себя крепким малым.
У вновь прибывшего была бледная, не знающая загара кожа, сквозь которую светились синие жилки, большие карие глаза и добрая, обезоруживающая улыбка. Тонкие пальцы нервно приглаживали короткий ежик русых волос.
– Пойдем, я отведу тебя к Магистру, – без предисловий заявил паренек. В его глазах вспыхнул неподдельный интерес, когда он оглядел Гила, и тому показалось, что этот маг – совсем еще не похож на тех двоих. Да и на Магистра тоже.
…Пока они шли сквозь ряды домиков, Гиллард глазел по сторонам. Оказывается, и при свете дня Закрытый город нельзя было назвать оживленным местом: по пути они встретили только двух беседующих магов, которым провожатый Гила отвесил глубокий поклон. И все.
Паренек остановился, кивком подозвал Гилларда.
– Гляди. Вот – главная башня, рядом – малые башни, как мы их называем.
– Как тебя зовут? Меня – Гиллард.
– Я знаю, – осторожно сказал парень, – Магистр сказал. Меня зовут Нарт, но… – он сделал значительную паузу, – маг Закрытого города не должен иметь друзей. Таковы законы этого места, и, надеюсь, ты меня правильно понял.
Оторопев, Гил только и смог, что кивнуть.
– Вот и ладно, – улыбнулся Нарт, – пойдем же. Магистр не любит долго ждать. А мы стараемся не испытывать его терпения… Ведь он… Он – самый могущественный чародей Империи.
Тут, видимо, не удержавшись от искушения попугать новичка, Нарт добавил громким шепотом:
– Говорят, с помощью магии он продлевает себе жизнь. И живет вот уже Небо ведает сколько веков!
Все это уже походило на страшную сказку, одну из тех, что пересказывают друг другу мальчишки – то про храмового сторожа, который на самом деле был высшим вампиром, то про девочку, которую укусила болотная ночница, и которую потом убили ее же родители, чтобы избавить от жизни темной нелюдью…
– Пойдем, – улыбнулся Нарт.
И скорым шагом направился к распахнутым дверям главной башни.
… Они миновали лестницу, ведущую куда-то вниз, прошлись по огромному и пустующему холлу, а затем долго взбирались наверх по винтовой лестнице. Гиллард с интересом слушал Нарта, который с важным видом повествовал о том, что под башней есть Лабиринт, где ученики проходят Испытание, или инициализацию, и после этого получают от Магистра грамоту. А раньше под главной башней было подземное озерцо, полное ядовитой для человека воды, и Магистр каким-то образом ухитрился его осушить. Или перенести за пределы Закрытого города – но об этом мало кто знал…
– Разве что Варна, разделяющий бремя, – задумчиво протянул Нарт, – кажется, он живет здесь столько же, сколько сам Магистр.
– Этот Варна… Он тоже продлевает себе жизнь?
– Вроде того. Он второй здесь человек после Магистра…
– А что они разделяют, эти разделяющие?
– Об этом никто не знает, – страшным голосом сказал Нарт, – разделяющие ни с кем не говорят. Наверное, обет молчания…
За разговорами Гиллард и сам не заметил, как закончилась лестница. Они очутились перед простой деревянной дверью, обитой медными полосами. По обе ее стороны, в подставках горели факелы.
 
– Ну, вот, – Нарт дышал тяжело, с надрывом, – пришли. Веди себя учтиво, Гил. Если уж Магистр взял тебя в Закрытый город, то ты нескоро отсюда выйдешь.
– А… что здесь делают маги? – Гиллард почувствовал себя очень неуютно. В лицо… неведомо откуда дохнуло холодом.
– Они занимаются совершенствованием магии вещей, – с достоинством ответил Нарт, – разве не в этом счастье истинного чародея? Ну, иди, иди.
И Гилларду ничего не оставалось, как потянуть на себя дверную ручку в виде оскаленной волчьей морды.
* * *
В кабинете было темновато, невзирая на самый разгар дня. Будто солнечные лучи, добираясь до окна, натыкались на невидимую преграду и стекали вниз, на черные стены башни. В камине весело гудело пламя, разбрасывало рыжие отблески на позолоту… Которая, кстати, была повсюду – и на потолке, и на стенах.
А хозяин все этого богатства восседал за широким столом, сложив пальцы домиком и молча наблюдая за мальчишкой.
Гил вздохнул. Он чувствовал, что начинает краснеть, потому как вспомнил ночное происшествие, и то, как сцапала его каменная тварь… Гил в пояс поклонился Магистру и замер, как мышь перед удавом.
Величайший маг Империи молча рассматривал его, как занятную безделушку. Затем медленно изрек:
– Многие стремятся в Закрытый город. Считай, что тебе повезло.
Гил подумал, что он вовсе не рад такому везению, но промолчал.
– Подойди сюда, – приказал Магистр, – к столу.
И, отодвинув в сторону шелестящую гору свитков, указал Гилу на три блестящих камешка.
– Что ты здесь видишь?
На темной, полированной столешнице покоились три самоцвета, каждый величиной с ноготь большого пальца. Будучи сыном портного, Гил никогда не видывал столько драгоценных камней сразу, а потому слегка растерялся. Конечно же, он и понятия не имеет, как они называются…
Казалось, Магистр вздохнул.
– Я понимаю. Последствия обучения портняжному мастерству… Теперь закрой глаза и дай мне руку.
Недоумевая, Гил подчинился. Пальцы Магистра казались холодными и… неживыми. Тут невольно припомнишь все страшные истории, да еще поле откровений Нарта… А затем в ладонь повеяло мягким, приятным теплом.
– Что ты видишь? – повторил вопрос маг, и это было странным. Что можно увидеть с закрытыми глазами?
Отчаявшись и стараясь не подглядывать, Гил попытался сосредоточиться на ощущении тепла в ладони.
И вдруг…
Перед мысленным взором полыхнул огненный треугольник. Ладони стало горячо, Гил хотел ее убрать, но в запястье впились стальные пальцы Магистра.
– Скажи, что видишь, – устало прошелестел его голос, – не молчи.
– Это… – Гил еще раз дернулся. Ладонь жгло, уже просто нестерпимо, как будто он держал ее над костром, – огонь!
Хватка Магистра ослабла, и Гил принялся растирать руку, в недоумении глядя на три самоцвета.
– Очень хорошо, – сказал Магистр, – выходит, я в тебе не ошибся. Впрочем, было бы странно, если бы ты не унаследовал…
Маг поднялся из-за стола и принялся ходить по кабинету, словно позабыв о присутствии Гила. А тот опять вспомнил слова Нарта о том, что этот человек при помощи магии продлевает себе жизнь. Любопытно, как он мог это делать? И ведь не выглядел дряхлым старцем, отнюдь. Наоборот – в каждом движении чувствовалась немалая сила.
Внезапно Магистр остановился.
– Ты меня рассматриваешь, – жестко сказал он, – и что же ты видишь?
Гил съежился под его колючим взглядом и пролепетал:
– Ничего, господин Магистр.
– Как это – ничего? Что, меня не существует?
– Э… Я хотел сказать… Ничего необычного.
– Я беру тебя в ученики, – очень обыденно произнес маг, – я лично буду тебя учить. Это большая честь, Гиллард, цени это.
… Путь мага всегда начинается с ученичества. Изнуряющие бессонные ночи, проведенные в обществе книг и свитков, работа с компонентами заклинаний, бесчисленные конспекты лекций. Гиллард с головой погрузился в занятия, и мир сжался до размеров Закрытого города, с его башнями, с высоты древнего величия взирающими на суетливый Алларен, подземными лабораториями, чудовищными и прекрасными экспонатами хранилищ. Магистр неторопливо, играючи, вскрывал перед ним тайны магического мастерства, одну за другой, и Гиллард не мог не признать, что глава города магов – прекрасный учитель. Само собой, успех следовал за успехом, и, по прошествии некоторого времени Гил поймал себя на том, что не может жить без магии.