"Фантастика 2023-179". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Ильверс пришел в себя от того, что Альхейм нещадно бил его по щекам.
– Что там было? – только и спросил маг. Дэйлор пожал плечами – как можно объяснить человеку то, чего тот никогда не увидит?
– Ворота свободны. Теперь… – он потянулся сознанием сквозь створки и тут же отпрянул, почуяв нешуточное преобразование. Людскую магию вещей, – твоя очередь, человек.
– Надобно открыть, – проворчал Альхейм и только моргнул, когда Ильверс одним движением бровей потянул на себя тяжеленную створку. Образовалась щель, куда можно было спокойно войти.
Альхейм несмело шагнул внутрь.
– Ого! Ильв, ты только посмотри на это!
Дэйлор проскользнул следом, и его взгляду предстало любопытное зрелище: по всей площади вокруг строений были разбросаны в иллюзорном беспорядке самые разнообразные вещи: камни, самые обычные и драгоценные, деревянные фигурки животных, великолепно сохранившиеся, маленькие горшочки с закрытыми в них жидкими компонентами… И все это разнообразие вещей, источников людской магии, частично стояло на земле – а частично висело в воздухе, поддерживаемое…
Ильверс взглянул на мир, ища черную силу. И присвистнул от удивления: людская магия и магия, доступная дэйлор, были так тесно переплетены друг с дружкой, что невозможно было отделить начало следующей ловушки от конца предыдущей; чередовались два несовместимых вида магии, сила Отражений, сама по себе воплощая ловушки, еще и поддерживала в готовности капканы людской волшбы.
И отчего он не увидел всего этого раньше, ночью, когда пришел к черному городу один-одинешенек? Вот вам еще одна загадка…
– Шутники, – Ильверс хмуро покачал головой, – они сделали все, чтобы сюда мог войти только дэйлор вроде меня и человек. Обязательно вместе.
– То есть постарались, чтобы Черный город не достался никому, – Альхейм уже раскладывал на брусчатке свои принадлежности: деревянные палочки, самоцветы, птичьи перья… Ильверс догадался, что маг собирается добавлением компонент нейтрализовать некоторые – как он это называл – взаимодействия.
Дэйлор поглядел на небо: солнце поднималось все выше, неторопливо одолевая просторы небесного купола на своем ежедневном пути.
– Альхейм, ты видишь что-нибудь такое, чего бы не понимал?
Старый маг передернул плечами. Огляделся, щурясь.
– Тут слишком много всего намешано. Я наперед не знаю. А ты?
– Думаю, мы могли бы управиться за день. Пока что… – он прикрыл глаза, потянулся сознанием к башне. И та вдруг ответила – прохладным, легким дуновением в лицо. Она ждала его, ждала столько декад, и теперь настало время. И – как же на самом деле было глупо пытаться забыть, и отвернуться, когда вот она – его судьба, его будущее, его месть. Все вместе. Совсем рядом.
Ильверс ухмыльнулся. И закончил:
– Я не вижу здесь ничего такого, чего бы не мог разобрать. За исключением вашей, людской магии.
Оживала Память Предков; но, вместо того, чтобы добавлять в собственные воспоминания Ильверса подходящие к моменту образы, выбросила из тьмы забвения странное, подвывающее песнопение:
 И взойдет на вершину горы последний магистр, страшный ликом. 
 И будут слезы мира сего ему временем и пищей. 
 И наступит конец времен для народа дэйлор, благословенного землей. 
Дэйлор нахмурился. К чему все это? Что за бред одержимого злыми духами? Тем более, теперь, когда ему осталось совсем немного – и тогда… все будет так, как должно было.
… К вечеру они очистили площадь и добрались до входа в главную башню. Было видно, что Альхейм устал, но лихорадочный блеск в глазах говорил о том, что маг не остановится, пока не окажется внутри. Закатное солнце алым яблоком висело над самой черной стеной, разбрасывая румяные блики по гладким, едва ли не полированным стенам строений.
Ильверс стоял у высоких двустворчатых дверей, деревянных, но обитых медными полосами. Он устал ничуть не меньше Альхейма – ведь, если человеческий маг старался по большей части нейтрализовать чужие преобразования Силы, то дэйлор, распутывая тугие узлы старых заклятий, погружался с головой в черные бушующие потоки, позволяя им беспрепятственно проходить сквозь тело. Устал – но точно также не собирался отступать ни на шаг.
 
Альхейм почесал бородку и кивнул в сторону дверей.
– Ну, что здесь?
Дэйлор хмыкнул. Уж мог бы и не задавать подобных вопросов, когда и без того ясно, что башня заперта силой Отражения. Снова клацнули в бессильной злобе зубы, сотканные из тьмы; щелкнул замок. Ильверс нажал ладонью на створку – она легко подалась. Дэйлор, прищурившись, оглядел просторный холл: у дальней стены начиналась винтовая лестница, круто уходящая вверх, ближе – явно ход, ведущий вниз. Свет сочился сквозь высокие окна, напрочь лишенные стекол; воздух был чистым и холодным, без запахов. И никакой живности – ни пауков, ни крыс… Все здесь было мертво и холодно.
Ильверс попытался нащупать ловушки, но, к собственному удивлению, не нашел ни одной.
– Дальше все чисто, – неуверенно пробормотал он, – ничего не вижу. А ты, Альхейм?
Маг настороженно слушал тишину, прикрыв глаза, пытался разглядеть то, чего никогда не увидишь обычным зрением.
– Странно все это, – наконец выдохнул он, – но все равно… Пойдем, чего стоять у порога?
Ильверс осторожно шагнул внутрь, внимательно огляделся еще раз: нет, похоже и в самом деле ловушки закончились, по крайней мере в этом холле.
– Здесь наверняка осталось много книг, – мечтательно протянул Альхейм.
– И половина из них написана на старом наречии дэйлор, – усмехнулся Ильверс, – я его не знаю.
А про себя добавил, что у него всегда остается надежда – на то, что проснется Память Предков.
– Куда идем? – маг нетерпеливо переминался с ноги на ногу, – давай-ка сперва вниз!
Ильверс не стал возражать. К тому же, именно внизу он чувствовал огромный пульсирующий сгусток Силы – тот самый, что привлек его внимание еще на подходе к Алларену. В глубине души проснулось тусклое, очень спокойное любопытство – а позволит ли Сила взять ее теперь, когда он очутился внутри черных стен?
Они начали медленно спускаться; ступени, черные, гладкие, ложились под ноги широкими витками спирали, уходящей вниз, в кромешную тьму – так что Альхейм даже задержался, чтобы зажечь факел. Правда, теперь за пределами дрожащего красноватого пятна света тени сгустились еще больше, и мрак казался почти осязаемым.
Ильверс не знал, как долго они шли. Несколько раз он пробовал коснуться блестящего черного кокона – и каждый раз что-то мягко отталкивало его назад. Дэйлор даже начал сомневаться в том, что эта Сила – для него. Кто знает, быть может, никто и не пользовался ей в прошлом, и только из-за первоначального существования ее скопления на этом месте был построен Черный город?
Внезапно ступени оборвались, и дэйлор едва успел поставить назад занесенную для шага ногу. Багровые блики сверкнули на водной глади огромного озера.
– Любопытно, – с долей разочарования в голосе процедил Альхейм, – резервуар для воды на случай осады?
Ильверс промолчал. Все ощущения подсказывали ему, что назначение озера совсем иное… и что воду из него лучше не пить. Да и вообще, лучше не касаться этой воды…
Но все-таки он присел на корточки и заглянул в черное зеркало, и в свете факела увидел вовсе не свое лицо. На него с блесткой поверхности воды смотрел старый дэйлор. Его лицо было белым, как мел; длинные волосы, распущенные по плечам, брови, холеная борода – тоже. Только глаза чернели двумя провалами в бесконечность. А более всего пугало то, что никакой силы Ильверс не ощущал, словно отражение жило само по себе.
Старый дэйлор усмехнулся.
– Добро пожаловать, преемник.
Ильверс отпрянул, метнул взгляд на Альхейма – но маг, конечно же, ничего не слышал. Снова посмотрел на старика в черной воде. Тот, все так же гаденько ухмыляясь, глядел на Ильверса. Затем улыбка сползла с его губ, скорбно прорезались морщины в углах тонкогубого рта.