"Фантастика 2023-179". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
Он без приключений миновал кварталы, находящиеся под опекой Ловкача, пересвистываясь с парнями; здесь его теперь знали как Мага-Ходячую-Смерть и уважительно сплевывали себе под ноги, едва завидев. Потом Ильверс прошелся по улице Горшечников, свернул в Купеческий квартал, затем – в Розовый переулок, который одним своим рукавом упирался в глянцево блестящую черную стену. Впрочем, только на первый взгляд – «упирался». Бросалось в глаза, как жмутся каменные дома друг к дружке, словно опасаясь прикоснуться гладкими боками к стене. В результате вокруг Черного города образовалось пустое пространство, и ничто не мешало Ильверсу обойти всю цитадель.
Он так и сделал – неспешно пошел вдоль стены в поисках ворот или какого-нибудь бокового хода. Ночь была студеной, холоднее, чем все предыдущие; тучи, много дней подряд извергавшие дождь, наконец, отправились куда-то за край мира; на темном небосводе ярко засияли звезды и две луны – большая и малая, еще не вошедшие в пору полнолуния, но уже достаточно округлые, формой напоминающие широко распахнутый глаз. Под ногами хрустко ломались звездочки льда, а ветви розовых кустов, столь любимых богатыми горожанами, были присыпаны инеем, распадавшемся при первом же прикосновении ледяной трухой.
Ильверс шел, время от времени останавливаясь и прислушиваясь – а не проходит ли рядом патруль? Но нет – все было тихо, так тихо, как только и может быть в морозную зимнюю ночь, широко распахнувшуюся навстречу звездам.
Дэйлор слушал не только ночь. Обострившееся восприятие скользило по стенам, гладким, без единого шва, будто вытесанным из гигантской глыбы; тянулось к пульсирующему далеко внизу сгустку Силы – но черное сердце мягко и настойчиво отталкивало, словно намекая – мол, войди сперва в город, и получишь все.
Он даже не задумывался, зачем ему это, зачем идти в гнездилище чуждой и темной силы; он просто знал, что надо. А еще знал, что рано или поздно, он туда войдет.
…Ильверс остановился, глубоко вдохнул морозный воздух – и коснулся едва заметного выступа. Вот и вход, скрытый от всех – но только не от него, видящего силу Отражений. Дэйлор нажал на камень; в толще стены что-то хрустнуло, как ломаемая косточка, зашуршало, заскрежетало… И каменный блок высотой в полный рост Ильверса растворился в темноте. Дэйлор хмыкнул, остановился напротив лаза и заглянул внутрь. Там, искрясь в лунном свете, из земли пучком вырастали башни, а к ним, как птенцы к матери, жались низенькие, глухие постройки. Оказалось, что в стенах заключено куда большее пространство, чем могло бы показаться снаружи… И все дышало спокойным величием прожитых веков, и звало, манило внутрь.
– Ну, разумеется, – ехидно заметил Ильверс, – так я и поверил!
Вместо того, чтобы шагнуть в тоннель, он закрыл глаза и попытался увидеть все скопления Силы, собранные за черной стеной. В следующий миг он с удивлением присвистнул и подумал о том, что даже ему, хорошо видящему Силу отражения, не стоит сломя голову лезть в город: помимо угрожающе-нависших черных щупалец, крюков и челюстей, понятных Ильверсу, было там еще кое-что другое, совсем иной природы, невидимое – но вполне ощущаемое. Людская магия. И, уж конечно, куда как сложнее, чем ловушки на дверях горожан.
Каменная дверь неслышно стала на место. А Ильверс, не торопясь уходить, прислонился лбом к холодной стене.
Теперь… Все вернулось на круги свои. Черный город звал его и ждал, да и сам он, принадлежа силе Отражений, уже почти сросся с этими благородными черными стенами. И с тем, что веками спало в их бережных объятиях. Как же глупо было дергаться, пытаясь выпутаться из этой обманчиво-мягкой паутины, цепляться за крепкие руки Тиннат, надеясь на возвращение к прежней жизни!
Ильверс поймал себя на том, что смеется. И отчего истина открылась ему только сейчас, и столько времени пропало даром?..
Но он все же не мог пока что войти в Черный город, а потому вернулся ко двору Томми. Застав у себя Лисицу, и почти не глядя ей в глаза, дэйлор сказал почти то же самое, что когда-то сказал Золюшке.
– Я не самая лучшая для тебя копания, Тиннат. Нам лучше расстаться. Прости. Я был виноват с самого начала, да и не нужно было ничего начинать.
Она вздрогнула, поникла, как увядший на корню цветок. И, не говоря ни слова, ушла. А Ильверсу запомнился ее последний взгляд – взгляд побитой собаки.
* * *– …Глядите, парни, осторожнее, эта женщина, говорят, в магии сильна, – напутствовал Ловкач, ковыряясь в зубах грязной щепкой, – для того тебя, Маг-Ходячая-Смерть, и берем!
Дэйлор молча кивнул. Ловкач замахнулся на роскошный особняк в Купеческом тупике; владелица сего жилища, по слухам, обитала там совершенно одна, и на улицу, кроме как в закрытой повозке, не показывалась и вовсе. Ловкач уже давно присматривался к этому дому, прикидывал, сколько столового серебра можно оттуда вынести – но отчаянно трусил. Ибо нехорошие слухи ходили по Алларену – слухи о том, что хозяйке особняка не чуждо искусство магии.
– Ты, маг, прикрываешь, – без конца зудел и зудел Ловкач, – глядите у меня… Все, что найдем, разделю по-честному. А тебе, Ильверс и поверх чего подброшу. Все, как договаривались.
Дэйлор раздраженно передернул плечами: и когда же этот болван замолчит? Сколько можно говорить одно и то же, даже тогда, когда они стоят позади особняка, среди костлявых зимних теней старых лип?
Кроме Ильверса, в дом магессы отправились четверо ночных братьев: Малыш, Клыкастый, Котяра и, собственно, Ловкач. За исключением Малыша, все они питали к дэйлор, то есть нелюди, достаточно живую ненависть; Ильверс был прекрасно об этом осведомлен, и не сомневался – если что-то пойдет не так, обязательно попытаются перерезать глотку. Попытаются – ибо давать себя в обиду дэйлор вовсе не собирался.
Томми кивнул Ильверсу.
– Давай, маг. Твоя очередь.
Дэйлор молча кивнул. Прикрыл глаза, заставляя себя чувствовать тонкую паутину опасности. Хмыкнул презрительно – чародейкин дом, а ведь все, как обычно… Как и в тех особняках, где они побывали.
– Прут, – сказал он, не оборачиваясь.
Его пожелание было тотчас исполнено: Котяра сунул в ладонь тонкий железный прут, выкованный специально для Ильверса. Дэйлор аккуратно просунул его в замочную скважину, повертел, толкнул что-то маленькое, жесткое. И все. Магическая связь разрушилась по ту сторону двери, и ощущение приготовившейся к броску опасности ушло.
Ильверс молча шагнул в сторону, освобождая дорогу другим.
Вперед выступил Клыкастый с набором отмычек. Щелчок – и дверь черного хода мягко распахнулась, пропуская грабителей.
– Иди вперед, – хрипло шепнул Ильверсу Ловкач. Дэйлор покосился на него – и едва сдержал презрительную улыбку. Потому что Томи Ловкач боялся: его маслянистые глазки бегали туда-сюда, на лбу выступили мелкие капельки резко пахнущего пота. Великий Томми боялся магессу!
Внутри было темно и тихо. Витала странная смесь ароматов – какая-то изысканная пряность, запах свежих яблок и еще что-то непонятное, приторное до горечи во рту. Куда-то вбок уходил коридор, наверх – красивая мраморная лестница. На полу лежали осколки лунного света.
– Сперва – наверх, – шепнул Томми.
…Они, крадучись, одолели скользкие каменные ступени; Котяра бесшумно крался впереди, держа наготове нож; следом шел Ильверс, осторожно прощупывая каждый локоть пространства вокруг в поисках западни; замыкали шествие Ловкач и Малыш. Затем – арка, украшенная причудливой лепниной. И небольшая, идеально круглая, комнатка с окошком, выходящим в сад.
Воры остановились. Из круглой комнаты вели три совершенно одинаковых на вид двери. На вопросительный взгляд Ловкача дэйлор только закрыл глаза, прислушиваясь, пытаясь понять, куда им лучше отправиться… Комнаты слева и по центру пустовали, а вот последняя дверь вела в жилое помещение. И там… Ильверс подобрался, как хищник перед прыжком – там спокойно, сонно билось чье-то сердце.
– Полагаю, хозяйка дома там, – шепнул он Томми, – значит, нам лучше вот в эти две комнаты…