"Фантастика 2023-179". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

 – Ты получишь все, человек. 
 – Вот и хорошо. Значит, и ты получишь еще немного еды и питья. Видишь, как все просто? 
 – Империя падет… Недолго уже осталось! – голос дэйлор внезапно обретает силу, – ты, ты увидишь все это, и ничего не сможешь поделать! 
 Человек улыбается. Один стремительный шаг – и крепкие пальцы смыкаются на горле девушки. Она хрипит, бьется в смертоносных тисках – но сил осталось так мало… 
 – Зато уж ты точно этого не увидишь, – шепчет человек. 
 Он резко разжимает пальцы и брезгливо вытирает их чистой тряпицей. Дэйлор взахлеб хватает воздух. 
 – Я еще вернусь, душенька моя. 
И сон размазался цветными пятнами, расплылся, как краска под дождем.
– Кто это? Я не знаю, кто эта девушка…
Шениор попытался разлепить веки, но от этого стало только хуже. Осознавать, что не можешь проснуться по чьей-то прихоти…
 – Она – всего лишь ключ. 
– К чему? Я могу спасти ее?
 – Ее уже не спасти. Но ты должен быть готов… 
– Почему ты говоришь загадками?!!
 … Перо скользит по гладкому, недавно выделанному пергаменту. Одна за другой, в строгом порядке, ложатся буквы. 
 – Значит, он сам приходил сюда, Каннеус? 
 – Да, мой повелитель. И я осмелюсь посоветовать Вам изменить решение. Норл д’Эвери опасен, я это чувствую. Никто и ничто не остановит его. 
 – И он сказал, что последний д’Амес жив? 
 – Да, мой король. 
 – Возможно, это к лучшему, Каннеус. Хорошо, что мальчишка улизнул от нас. 
 – Мой повелитель… Обдумайте слова Старшего, я Вас умоляю, иначе… 
 – Ступай, ступай. Мне нужно кое-что записать. Не твое это дело – перечить королевскй воле. Я приказываю выдвинуть войска на Огневую пустошь сегодня же, до того, как благородный д’Эвери опять навестит нас. Дэйлор примут бой. Лучше погибнуть, чем покрыть себя позором. Ты слышишь, Каннеус? Я настаиваю. Выполняй мой приказ. Я король, и воля моя священна. 
Одна картина сменяет другую.
 Перо скользит и скользит по пергаменту. 
 «Я хочу, чтобы ты прочиал это, Шениор д’Амес, когда дух мой соединится с духами предков.» 
 … Холеные пальцы лорда Каннеуса аккуратно отвинчивают крышечку хрустального флакона. Несколько зеленых капель, одна за другой, падают в бокал. 
 – Вот, Ваше Величество. Вы плохо выглядите, выпейте вина. 
 – Какая забота, Каннеус. Я не забуду. 
 – Вы по-прежнему не изменили своего решения? 
 – Но ведь решения принимаются не для того, чтобы их менять? 
Шениор попытался закричать. Что же это такое?!! Да ведь там, в бокале, яд! И он может только смотреть – и не в силах ничего изменить!
 Ухоженные, изящные пальцы короля аккуратно сворачивают исписанный пергамент. Одно нажатие на неприметный завиток – и деревянная панелька резного бюро легко сдвигается. 
 – Теперь лежи тихо, мой друг. Пусть голос Дэйлорона укажет на тебя королю. 
 И он, улыбнувшись, делает несколько больших глотков из бокала. 
 … Девушка испуганно замирает в подземелье. Она обхватывает голову руками, и горло исторгает вопль, полный безумного, непостижимого горя. 
 … Посиневшие пальцы продолжают сжимать резную ножку бокала. Несколько алых капель вина застыли маленькой лужицей на белоснежном мраморе. 
 … Лорд Каннеус преклоняет колена перед поверженным владыкой Дэйлорона. 
 – Простите меня, Ваше Величество. 
 – Мне нечего… прощать… но я… не мог… по-другому… 
 … Взгляд девушки по-прежнему устремлен в пространство. По прежнему тянется цепь от лодыжки к крюку в стене. Но она больше не видит старых стен. Вокруг лес, залитый веселым солнечным светом. Весело пересвисытваются пташки. Мимо деловито пролетает изумрудный жук. 
 – Отец мой, отец… Скоро я приду к тебе, и мы снова будем вместе… 
– Шениор! Шениор, проснись! Да что это с тобой?!!
Ему наконец удалось разлепить веки.
– Ты кричал, как будто тебя резали, – сказала Миртс, – что тебе снилось?
 
Дэйлор непонимающе уставился на нее, с трудом осознавая, что уже утро, и келья залита приятным, чистым светом восходящего солнца, какой бывает только в горах. Сон мрачной птицей еще витал над ним, заставляя сердце колотиться о ребра, как после длительного бега.
– Мне… Я… – он провел ладонью по лбу, стирая липкий холодный пот, – не знаю. Что-то странное.
Миртс встряхнула косичками, отчего весело стукнулись друг о дружку костяные бусинки.
– Взбодрись, тебя хочет видеть Старший. Возможно, он решил простить тебе ту безумную выходку?
Эта новость заставила его буквально подпрыгнуть на циновках. Вот это и вправду было из ряда вон выходящим событием! А ведь после того, как Шениор заглянул в колодец, Старший больше ни разу не разговаривал с ним, более того – при всрече старательно делал вид, что не замечает. Должно было случиться что-то действительно важное, раз вампир хочет с ним говорить…
 … Посиневшие пальцы продолжают сжимать резную ножку бокала. Несколько алых капель вина застыли маленькой лужицей на белоснежном мраморе. 
Странное видение. Значило ли оно хоть что-нибудь?
Шениор вскочил на ноги и принялся торопливо обуваться. Миртс недоуменно глядела на него, словно на помешанного.
– Ведешь ты себя странно, – заметила девушка, – к чему бы?
– Не знаю, – он мотнул головой, – пойдем.
… У багровых занавесей Шениор помедлил. Под ребрами завозилось предчувствие. Что еще мог задумать Старший?
И вдруг он услышал голоса. Первый, несомненно, принадлежал вампиру, а вот второй…
– Ты поторопился. Я, кажется, не предлагал тебе сделать это.
– Но, благородный д’Эвери, мне кажется, Вы должны быть вполне удовлетворены. Я избавил вас от необходимости марать руки – и одновременно спас сотни наших воинов… Разве я поступил неправильно?
– Ты так и не узнал, в чем было дело, – зло сказал Старший, – и теперь никогда… Впрочем, нам не остается ничего иного, как считать покойного короля Селлинора самым обычным безумцем.
Кровь ударила в голову.
Стиснув зубы, Шениор резко дернул штору в сторону. Старший Гнезда спокойно сидел в кресле, сцепив тонкие пальцы рук на коленях; и в его сапфировых глазах дэйлор прочел сомнение. А в углу, застыв в почтительном поклоне, стоял никто иной, как лорд Каннеус собственной персоной!
Ничего не изменилось в его облике, разве что роскошь наряда стала еще более броской, и еще ярче сияли многочисленные перстни на пальцах. И, в то время, как взгляд Шениора в замешательстве перебегал в одного лица на другое, Старший медленно поднялся.
– Шениор. Этот дэйлор прибыл за тобой и, с моего позволения, забирает тебя.
Что-то опустилось в груди. Вот оно что! Вот какое наказание придумал Старший для ослушавшегося!.. Лучше бы просто убил, чем отдавать в руки палачей…
Вероятно, в этот миг взгляд Шениора был столь красноречив, что вампир, усмехнувшись, подошел и, крепко взяв его за локоть, прошептал на ухо:
– Не думай, что я тебя отдаю им на растерзание. Король Селлинор умер – да пребудет его дух с предками – и лорд Каннеус умоляет меня вернуть наследника Дэйлорону. Ты станешь королем, понимаешь? Ты должен будешь позаботиться о своей земле, Шениор, потому что твой предшественник сделал все возможное, чтобы погубить ее…
И, обернувшись к Каннеусу, пояснил:
– Мой воспитанник не питает к вам доверия, лорд. Что неудивительно – после того, как вы, в своем рвении, едва не лишили его жизни.
Министр откашлялся и, с преувеличенным вниманием разглядывая каменный пол у себя под ногами, промямлил:
– Милорд… Любая ваша воля… Вы можете приказать меня казнить – но видит Дэйлорон – все, что я делал, я делал на благо государя… И моей земли.
 Милорд! Он называл его так!