"Фантастика 2023-179". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
— Я убью только тебя, — пообещал Марк, — давно хотел скрестить меч с лучшим клинком Камоэнса. Ты ранен, уровняем шансы, — он убрал левую руку за спину.
Феррейра заметил за его спиной в темной дыре еще одну фигуру. Отчаяние захлестнуло его. Долгого поединка не было, схватку мастеров решают несколько ударов. Мечи столкнулись, звеня сталью, высекая искры. Раз, другой. Блас застонал, его плечо онемело, реакция замедлилась.
Де Мена стремительным ударом отвел клинок капитана и рубанул наискосок по основанию шеи. Блас выронил меч, хотел прижать руку к ране, но ключица была разрублена. Длинный бастард ударил его в грудь, ломая ребра, разорвал вены, артерии и пищевод, вышел из спины. Кровь хлестнула из горла капитана.
— Прощай, Блас. Ты был достойным противником, — услышал он, умирая.
Человек, наблюдавший с порога, шагнул в залу. Тусклые лампы вспыхнули с невиданной силой. Вошедший был облачен в красно-черный плащ с капюшоном, скрывающим лицо.
— Доверши дело, — распорядился он, — Нужно спешить. Еще немного и нас раскроют.
— Нет уж, — покачал головой де Мена, — Мое дело — меч, а не стилет. Марайся сам, это твоя идея. Назвался Гюрзой — жаль без жалости!
Чародей не улыбнулся каламбуру. Вздохнул и направился к двери в спальню.
* * *Гийом с криком проснулся, увидев продолжение знакомой по Турубангу картины — Мендора уже не просто тряслась — она горела. На улицах шло жестокое побоище. Чужеземные воины в ярких халатах рубили беззащитных жителей, сгоняя в одно место, словно скот, молодых женщин. Дворец — сосредоточие власти камоэнских владык — был мертв, стены почернели без огня. В небе над ним кружила зловещая крылатая тень.
— Ги! Что с тобой, любимый? — Ангела, уютно спавшая у него на груди и разбуженная криком, посмотрела в глаза чародея.
Гийом не ответил. Вскочил, натянул широкие алькасарские штаны.
— Будь здесь! — приказал он.
— Да что случилось? — едва не плача воскликнула принцесса, чувствуя беду.
— Чую смерть, — сказал Гийом просто и страшно. Обнял ее, отстранился, — Никуда не выходи.
Принцесса Камоэнса — наследница великих королей — облаченная в тонкую ночную рубашку, рыдала, спрятав лицо в груди у полураздетого гвардейского офицера, держащего в руках обнаженный меч. Весьма фривольная картина, но в эту ночь никому дела не было до приличий и условностей.
Воздух был тяжелый, дурной, как на бойне. Кровь, пролитая в соседней комнате, еще не успела свернуться. Босые ступни мага оставляли карминовые отпечатки. Гийом стоял, склонившись над детской кроватью, сжимая в руках большую подушку, набитую лучшим наимягчайшим пухом. Хорхе-младший лежал недвижно, выпучив глаза, пугая посиневшим лицом. Ему — околдованному чародейским сном — просто положили эту подушку на лицо.
Убийца спокойно стоял рядом и ждал, пока мальчишка задохнется. После вышел, не тронув спящих нянек. Ангела едва не убила несчастных, после плакала вместе с ними. Он был не простым человеком — Гийом чувствовал в спальне странную магию, и чужую и знакомую одновременно.
«Личины» прошли через дворец незамеченными. Часовые спали. Им помогал колдун. На пути убийц встал только Блас Феррейра.
Гийом вышел в залу перед спальней.
— Ангела, Пескара. Идите сюда, — позвал он принцессу и лейтенанта ее поддерживавшего.
Эд Пескара был старшим по званию после Феррейра. Ангела нашла в себе силы подчиниться и выслушать Гийома. Голос последнего был сух и мертвецки спокоен.
— Первое, среде них был человек, владеющий магией. Может, это Гонсало де Агиляр.
— Не верю! — тихо сказала принцесса.
— Или кто-то из «старых» волшебников, получивший откуда-то знание о подобной магии. Или некто третий, так называемый человек в красно-черном.
Пескара — старый служака лет сорока, впервые заступивший в караул еще при деде принцессы, — кивнул. В гвардии была своя тайная служба, и он был ее главой. Такие слухи действительно ходили.
— Гальба в последний год стал привечать у себя различных ведунов и колдунов, большинство шарлатаны, но встречаются и весьма непростые личности, — доложил он.
— Второе, личности убийц. По крайней мере, двух из них я мельком видел в Седом Замке — это государственные преступники. Освободить их и натравить на принца мог только человек, обладающий верховной властью.
— Гальба! — если бы герцог мог слышать это вскрик Ангелы, то умер бы на месте, столько в него было вложено смертельной ненависти.
— Герцог Антонио Гальба — Первый Министра Камоэнса, исполняющий обязанности регента, — кивнул маг, — Причины столь безрассудного решения не до конца понятны, но реальной возможностью и необходимыми ресурсами обладал лишь он один.
— Гальба заплатит за убийство короля! — сжал зубы Пескара, на массивном лице отобразилась печать непоколебимой решимости идти до конца. ерцог нарушил все законы: и людские, и божественные.
— Заплатит, — Гийом кивнул, — Лейтенант, я ухожу, вы отвечаете за принцессу.
— Я за нее жизни не пожалею, — заверил служака.
Маг поморщился.
— В случае опасности ваша задача не умереть за Ангелу, а спасти ее. Запомните разницу.
— Ги, куда ты? — девушка, схватила его за руку, — не оставляй меня!
— Я вернусь, — пообещал он.
— Тебя убьют! — Ангела кинулась магу на шею, крепко обняла, не желая отпускать.
Гвардейцы и слуги отвернули взоры. Слишком многое, прежде незыблемое для них, поменялось за столь короткое время.
— Нет, ведь я сам — лучший из всех убийц, — возразил Гийом, — Гальба забыл об этом, за что и поплатиться. Или я его, или он нас. Обещаю, я вернусь, — маг ласково, но твердо отстранил ее от себя.
Ангела — истинная дочь волевых и жестоких владык Камоэнса — посмотрела ему в глаза.
— Убей его, Гийом.
После обвела взглядом всех присутствующих.
— Я — Ангела, дочь короля Карлоса, племянница короля Хорхе, наследница Лунной династии Авила, — объявляю себя королевой Камоэнса. И первый мой приказ верным подданным: покарать виновных в убийстве моего брата Хорхе, и нашего верного слуги и друга Бласа Феррейра!
Старый Эд Пескара припал на одно колено, поцеловал меч и протянул его принцессе.
— Примите мою присягу, королева!
— Вы верно и преданно служили моему деду, отцу и дяде, я верю в вас, лейтенант Пескара.
Принцесса в ночной рубашке протянула тонкую ручку седовласому рыцарю, и он нежно поцеловал ее, царапая кожу жесткими, как щетка, усами.
— Отныне вы капитан моей гвардии, — торжественно объявила Ангела.
Примеру лейтенанта последовали все солдаты и офицеры. Они поочередно подходили, становились на одно колено и целовали нежную руку юной королевы, показавшей фамильный нрав.
Присяга в луже крови. Присяга у неостывшего тела Хорхе-младшего. Присяга на ненависти и жажде убийства. Хорхе Третий, прозванный Жестоким и Справедливым, как не вовремя ты умер!
Гийом воспользовался моментом и вышел. Блас Феррейра клялся Хорхе защищать его сына до последней капли крови и исполнил свое обещание. Почти вся жизненная влага покинула его тело, вытекла из страшных ран.
Кармен, узнав о смерти мужа, не вымолвила не звука. Она молча дошла на негнущихся ногах до залы и без звука упала на израненное тело. Потом, когда его отнесли в другое помещение, тихо плакала, не раскрывая рта; обтирала любимого, смывая мокрой губкой последний пот и кровь.
Маг осторожно положил ее руки на плечи. Кармен обернулась. Гийом отшатнулся, не выдержав боли в ее красивых глазах.
— Почему? По-че-му? — прошептала она, ломающимися губами, — Ведь все было так хорошо…
Он не ответил, только обнял, прижал к себе.
— Все… все кого люблю. Риккардо… Блас… За что, Господи? — ее острые длинные ногти впились ему в плечи, раня даже через ткань.
— Блас был моим другом, — с трудом, будто задыхаясь, вымолвил Гийом, — Я отомщу.
«Был»? — подумал он внезапно, Блас — «был». Смерть — верная неразлучная подруга боевого мага, но к смерти близких нельзя привыкнуть. Маг освободился, провел рукой по мокрому лицу девушки.