Слёзы любви (СИ)

— Остановись Добрян! — совсем рядом голос, который я слышу, как будто издалека.
— Буду говорить с князем, ждите, — я даже не взглянула на говорившего, для меня это было не важно.
Люди вновь примолкли, были слышны только тихие перешёптывания.
Добрян надо мной тяжело переступил с ноги на ногу, и напряжённо прокряхтел. А затем я услышала, как рядом с колодой опустил топор. Я не стала поднимать голову, потому. что уже приготовилась к последнему походу, и лишь желала, чтоб это случилось быстрее.
Я хочу к нему, хочу, чтобы он был рядом.
Прикрыв глаза, я полетела мыслями туда, далеко далеко…
Я летела вольной птицей на землей, покружившись над поселением варягов, не увидев там Сверра, поднялась выше и устремилась к теплому южному морю, туда куда уплыл конунг.
Я увидела море, про которое так много рассказывал Сверр, таким каким его себе представляла.
Волна медленно находила одна за другой, на берег из светло-жёлтого песка.
Вода прозрачная, видны мелкие камушки и…
Две ладони опускающиеся в эту прозрачную морскую воду…
Это его руки…
  
Глава 14 Конунг Сверр
 
Последние дни лета, пороги Славуты[1].
Я Сверр, конунг всех гётов Гардарики[2], признанный и державший главенство уж с десяток лет, смотрел на сближающиеся драккары, первый самый большой уже причаливал. Я сделал шаг к носу корабля, и в этот момент раздался голос:
— Хэйя худнинги Сверр! Хай, друг Сверр!
— Комду сэль Асвид! Здравствуй, Асвид! — а сам я подумал, только его мне здесь и не хватало.
— Мы к вам, с открытым сердцем! Конунг Сверр, хочу предложить тебе стать побратимами — Асвид протянул руку в знак приветствия.
— Сва скаль вер! Пусть будет так! — я ответил и протянул ему руку.
Если б отказался, это грозило неминуемым сражением двух наших дружин.
Корабль за кораблем подходили к причалу, викинги спрыгивали в воду и выходили на берег. Асвид ударил меня по плечу, я недовольно посмотрел на викинга, но меч доставать не стал.
Я смотрел на Асвида, он отдавал команды своим людям и они несли наполненные мешки на берег, а затем он поднял голову и сказал мне:
— Я хочу видеть своего сына и говорить с ним!
— Ооо, опять Асвид! Объясни мне…
Асвид не дал мне договорить, прервал и сам заговорил:
— Сын вырос и теперь сам решит с кем ему быть. Я виноват перед ним и его матерью, но Эльрик мой кровный сын, и я его люблю и всегда любил.
— Асвид, ты когда то погубил мою сестру…
— Она умерла родами, разве есть в этом моя вина. Я виноват в том, что оставил её, и не признал сына. Но ты не хуже меня знаешь, это чтоб спасти им жизнь. Мой отец, не пощадил бы их…
— Это означает только одно, что ты трус, — когда-то я ненавидел этого человека, а теперь уже и не знаю.
Стал старше и спокойнее, хладнокровнее. На многое посмотрел другими глазами, опыт давал мне возможность, оценить многое по другому.
…Восемнадцать лет назад, моя старшая сестра влюбилась в Асвида, беременную он её бросил, и отказался признать ребенка. Наши родители были не слишком знатны, и не годились в родственники, конунгу Южного побережья, отцу Асвида, и деду Эльрика.
На момент рождения Эльрика, моей матери уже не было в живых, мы с моим отцом как могли заботились о моецй сестре Хельге. Но случилось несчастье, и Хельга умирая родами, просила меня не бросать её новорождённого сына, заботиться и оберегать. И я выполнил данное ей слово.
Мы с отцом посчитали, чтобы оберечь Эльрика от его деда — конунга, недовольного таким отпрыском его сына, я признал Эльрика за своего сына. Мне было всего семнадцать, и у меня уже был свой драккар.
Через год отец умер, и я принял решение, уйти из Гёталанда[3], так мы с Эльриком и оказались в Гардарики, на землях одного из её племен, кривичей.
Эльрик, считал меня своим отцом, и я всегда гордился и любил его. Асвид после смерти своего отца, запросил со мной встречу, и потребовал вернуть ему сына. Эльрику тогда едва семь исполнилось, я отказал, опасаясь того, что он станет нежелательным пасынком, у жены Асвида, и к тому же я не верил что отец отказавшийся от сына, станет ему хорошим отцом.
 
Асвид отступил, возможно услышал мои доводы. Но отступил он ненадолго, жена его умерла и он вновь, появился. Вновь получил от меня отпор, или пожалел сына, побоявшись, что отрок не справится, с таким потрясением.
Я поднял глаза на Асвида, и встретился с зелёными глазами, Эльрик очень сильно был похож на своего рыжеволосого отца.
— Сверр, только из уважения к тебе, к дяде моего сына, я не достаю меч. Но лучше…
Я не дослушал его, повернулся и пошёл к стоянке, где уже расположились две встретившиеся дружины гётов, гётов Гёталанда и гётов Гардарики, тут же за мной следом, подошёл Асвид и отдал приказы своим людям, готовить пир.
Когда всё было готово, нажарили дичи и открыли бочки с винами и пивом, что мы до этого захватили. Обе дружины возвращались с богатой добычей и полными трюмами добра.
За столом меня приветствовал Асвид, неотрывно смотря на своего сына, сидевшего рядом со мной. Он шутил и много разговаривал с Эльриком, был в добром настроении, и произнёс тост:
— Добра тебе конунг Сверр, добра и здравия великому конунгу!
Я ответил доброй речь о мужестве и отваге викингов, рекой текло пиво, эль и мед пьяный.
Почти не пил, на душе было тревожно. Я думал над тем, как я скажу Эльрику, что не родной ему отец. Как он это воспримет, и не отвернётся ли от меня?
Отошёл в сторону, обдумывая предстоящий разговор.
— Конунг, — обратился ко мне сын.
— Конунг почему ты печалишься? — это Эльрик.
— Сын, нам поговорить надо, — я посмотрел на него напряжённо.
— Если ты про Асвида, так я знаю… Лет семь, как добрые люди нашептали.
От неожиданности, я только и смог произнести:
— Знал…
Сын согласно кивнул головой, и вернулся к шумному пиру.
Я долго наблюдал за Эльриком и Асвидом, понимая насколько они похожи и внешне, и поведением. Всё обдумав я принял решение, что Эльрик сам должен выбрать, как жить, где жить и с кем.
Когда наступил поздний вечер, с увидел в тени деревьев на берегу, Эльрика и Асвида. Они долго о чём-то разговаривали, я наблюдал, но не стал вмешиваться. Отцу и сыну, было что сказать друг другу. А чуть позже, я увидел, как конунг Южного побережья Гёталанда обнимает своего сына, а тот в ответ его.
Утро, когда две дружина вновь сидели у костров, близилось время, когда мы должны были разойтись.
— Конунг, — ко мне подошёл Эльрик.
— Слушаю тебя сын, — я смотрел на него и понимал, он принял своё решение.
— Конунг, я хочу уйти с Асвидом, и надеюсь ты примешь моё решение, — он виновато опустил голову.
— Это твоё решение, и противиться ему я не буду, ты вырос Эльрик. Вернёмся домой, сыграете свадьбу с Ясиной и иди. В Гёталанд, пойдёшь с Асвидом?
— Да, в Гёталанд, только сейчас, в поселение не вернусь.
— Что? Я не понял, а Ясина как? — я был недоволен.
— Я не буду брать Ясину в жены.
Я был в ярости и не собирался это скрывать. Мои руки тут же схватили Эльрика за грудки рубахи, я тряхнул его так, что у него клацнули зубы.
— Сверр, Сверр опомнись, отпусти его, — это подскочивший Асвид. пытался вырвать из моих рук своего сына.
— Что ты сказал? Повтори…
Я смотрел на Эльрика, не веря тому, что он как и его отец, совершит нечестный поступок с Ясиной.
— Отец, Ясина мне всегда была сестрой, пусть не родной по крови, но сестрой. Не Ясина, не я никогда не думали…
— Что? Сестрой…
— Возможно, если бы она хотела, и зная, что ты настаиваешь, я бы и согласился. Но Ясина перед уходом, сказала, что я для неё брат, и это останется таковым навсегда.
Я ошалело смотрел на сына, а он продолжил.
— То что ты увидел тогда, по утро, было моей глупостью и желанием защитить Ясю. Благодаря богам, я не совершил низкого.