Мир совкового периода. Четвертая масть (СИ)

Он прервался, а я успел напрячься и выдать правильную фамилию.
– Пеньковского?
Валентин на мгновение удивился, но потом, видимо, вспомнил о неисчерпаемых залежах бесполезных сведений в моей башке.
– Да, его... ты это – никогда не упоминай это имя. Даже при мне или при Михал Сергеиче...
– Хорошо, – легко согласился я. – И что дальше?
Мне очень хотелось узнать, чего в этом опасного, но я волевым усилием задавил своё не относящееся к делу любопытство. Ещё обидится товарищ генерал-майор – и останусь я без информации о загадочном Олеге Михайловиче.
– Сняли его, в шестьдесят четвертом... там один сотрудник наш сбежал со всем, что знал, вот и сняли сразу.
У меня в голове снова провернулись невидимые шестеренки и выбросили джек-пот из страниц «Истории КПСС».
– Это после отставки Хрущева его подвинули?
– Нет, за несколько месяцев до того. Если бы дотянул до отставки, сидел бы и дальше, – усмехнулся Валентин, которого, кажется, моя потуга на аналитику слегка позабавила. – Но не дотянул. Вышибли без почета... мужику полтинник, самый возраст, так сказать, звание высокое, две больших звезды на плечах, боевое прошлое, ордена – а он почти на пенсии, только без полагающегося довольствия. Впрочем, раньше могли и...
Он резко оборвал себя, но я понял, что осталось недосказанным – при Сталине этот человек так просто с такого поста не ушел бы. Ну а посадили бы его или расстреляли – дело десятое. Могли и совместить, времена были суровые.
– Ну... пока что я вижу человека, который вряд ли может быть очень опасен – возраст, двадцать лет не в вашей... не в вашем комитете. Зачем мы за ним едем? Неужели из-за того случая?
– Тот случай был не единственным, к сожалению, – покачал головой Валентин. – Но про что-то тебе знать не положено.
– Да я и не против, – легко согласился я. – Давайте то, что мне по чину знать можно.
Продолжить рассказ Валентин не успел – мы уткнулись в очередную цепочку блок-постов у Рублевского шоссе. Пришлось ему снова доставать своё удостоверение и вспоминать пароль, который уже выучил даже я. Впрочем, тут нас особо не тиранили – видимо, до здешнего офицера дошел тот простой факт, что раз уж мы оказались в его зоне ответственности, то нас проверяли уже не раз и даже не два. Правда, я мог бы ему рассказать пару способов попасть на МКАД в обход скоплений всяких бронетранспортеров, но, думаю, фильм «Берегись автомобиля» он должен посмотреть самостоятельно. [2]
***
– Что по чину... Помнишь обстоятельства нашего знакомства? – продолжил Валентин.
– Разумеется, – кивнул я. – Это случилось полтора месяца назад, да и событие было неординарное. Это он замутил?
– Замутил?
– Ну... организовал, – поправился я.
– Нет, не он. Но, думаю, он принял в той ситуации самое непосредственное участие. Зацепить мы его тогда не смогли, другие люди попались, этот вывернулся.
– Он, смотрю, какой-то неуловимый... прямо фантомас.
Валентин немного помолчал.
– Есть немного, – согласился он. – Человек, на которого никогда не подумаешь. Мы и не думали, шли по ложным следам, которые он нам с удовольствием подкидывал.
– А зачем? – поинтересовался я. – Ведь не из любви же к искусству?
 
– Может, и из любви, – усмехнулся Валентин. – Попробуй угадать, кем он работал после отставки.
– Какой-нибудь инженер по технике безопасности? У нас там подобных отставников любили брать на всякие ненапряжные должности с хорошим окладом. Связи-то у них никуда не девались, как правило.
– Почти угадал. Работал он в нескольких министерствах... как раз на таких вот должностях. У нас знали, но не препятствовали. Считалось, что от Хрущева пострадал, вот и создавали определенный мягкий режим. В поле зрения, конечно, попадал, но никогда так, чтобы его пришлось брать. Ни один его фамилию не назвал, хотя этот... всё время где-то рядом крутился. Потом известным писателем заделался. «Ошибку резидента» читал?
Я покачал головой.
– Фильм смотрел, но давно.
– Он написал... соавтором у него ещё один отставник наш был, но тот как раз за литературу отвечал, а этот – за... Но наградили тогда обоих. А вскоре начали мы странности замечать... про фантомаса ты правильно сказал. Хрен поймешь, кто, даже его существование было под вопросом. Только по косвенным признакам. Предатель слишком грамотный окажется и до поимки успевает серьезный ущерб нанести. Перебежчиков число повысилось, Андропов как статистику увидел, то отобрал и велел забыть о её существовании. Оппоненты начали операции успешные проводить. В общем, всё понемногу, но вместе – словно в этих фильмах про Джеймса Бонда английского.
В целом мне было почти всё понятно. Жил-был человек, много лет, даже – десятилетий, – служил общему делу, а потом его выкинули из органов по какому-то надуманному поводу. Впрочем, насколько я помнил, у Никиты Сергеевича было много такого – хоть кукурузу на Крайнем Севере вспомнить. Одно слово – волюнтаризм. Но тут всё же особый случай. Обижают многих, незаслуженно обходят – тоже. Но очень мало тех, кто из-за этого начинает пакостить родной стране и бывшим коллегам. Ещё и книжки патриотические писал. Хотя...
Я поднял в памяти свои воспоминания об «Ошибке резидента» – по факту это история предателя, которого хитрые чекисты ставят в такие условия, что у него не оказывается другого выхода, кроме как пойти на службу к своим врагам. Если немного изменить финал – это будет рассказ об успешной операции западных спецслужб против СССР. Вторая и последующие части – плохие попытки исправить ситуацию, на которую кто-то обратил внимание? Кажется, четвертый фильм пока не вышел. [3]
– Он один всё это проворачивал столько лет? – спросил я.
– Что? Нет, конечно, вряд ли один. Одному человеку это не под силу...впрочем, если получится его взять, можно будет узнать много интересно, как мне представляется. Скорее всего, его поддерживали наши оппоненты... хорошо поддерживали, качественно. И внутри комитета у него были... назовем их друзьями. Этого вполне хватит, чтобы создать нам определённые трудности.
– Вы говорили, что вам хватило двух имён для переворота... Это его друзья? 
– Ну и выражаешься ты... – поморщился Валентин. – Хватило, не хватило. У хорошего хозяина всё в дело идет. Только вот выйти на этого человека через них оказалось невозможно. Хорошо, этот паренек подвернулся. Так что тебе – моя персональная благодарность.
– А ваш... человек? Который два года назад?...
– Вытащим теперь, – уверенно сказал он. – Остались вопросы?
– Ммм... да. А тогда, при нашем знакомстве, почему не удалось его поймать?