Временной сдвиг. Второй шанс (СИ)

Я направил ружьё на прыгающего туда-сюда тигра, стараясь целиться под лопатку. Где-то читал, что так больше шансов убить животное. Выстрел! Не знаю куда попал, но пуля сбила его прыжок, и тигр, сделав кульбит в воздухе упал всем телом на землю. Наверное, серьезно задел, раз на лапы не приземлился! А теперь главное не дать ему уйти! Мысленно произнёс:
— Стоп!
Вспышка! Всё вокруг послушно замерло, звуки пропали. Не опуская оружия, я сделал несколько шагов, снова преодолевая непонятное сопротивление, спустился с холма, встал на одно колено.
— Пуск!
Звуки вернулись, синева пропала. Боль ввинтилась в виски, но стараясь не обращать на неё внимания, я снова выстрелил. Стрелять в «режиме ускорения» не рискнул.
— Стоп!
Вспышка!
Еще три шага вперед, ближе к цели!
— Пуск!
Зверь все еще пытается встать! Силён бродяга!
Выстрел! Выстрел! Выстрел! Вроде все. Не шевелится. Подошел ближе пытаясь разглядеть результат. Все пули точно попали в тело зверя. Чёрт, как же голова болит! Игнорируя неприятные ощущения и желание лечь и переждать боль, подошел к прямо к телу тигра. Готов! В голове хищника виднелось входное отверстие. Повезло. У меня и мысли не было, что смогу туда попасть. Кстати, я понял почему у зверюги видел только один небольшой клык. Он был явно обломан почти на половину, а от второго и вовсе ничего не осталось. Либо тигр их обо что-то или об кого-то сломал, либо он просто слишком стар.
В любом случае главное он сдох. Наконец-то можно не сдерживаться. Со стоном опустившись на колени и уперев приклад в землю, я облокотился на оружие. Прикрыл глаза, ожидая пока уменьшится боль и пройдут головокружение и тошнота. Во рту чувствовался вкус крови. Чёрт! Что-то в этот раз сильно меня срубило. Чуть оклемавшись, встал и пошатываясь, и повернулся к девочке. Зарёванная и чумазая, с широко распахнутыми глазами, она смотрела в мою сторону, направив прямо мне в грудь свой странный жужжащий пистолет. Ё-маё! А ведь для нее, я появился прямо из воздуха и под грохот выстрелов! А потом еще и переместился на несколько шагов вперед, исчезая и появляясь. По крайней мере, думаю, что всё выглядело именно так. Как бы не пальнула из своей жужжалки. Я медленно опустил «Рысь» стволом вниз, и улыбнулся максимально доброжелательно. Показал рукой на хищника и произнёс:
— Н-ну всё, всё! Сп-пакойно! Можно я п-помогу твоему другу?
При этом я указал одной рукой на лежащего мужчину. Несколько секунд девочка смотрела на меня. Затем, что-то решив для себя, она развернулась, быстро шагнула к лежащему мужчине, присела рядом с ним и заплакала. Всхлипывая, она что-то тихо говорила, на непонятном мне языке, и оттирая кровь с его лица обрывком какой-то ткани.
Так-то лучше. Подойдя ближе, я окинул взглядом девчонку. Вроде цела. Да и с возрастом думаю не ошибся. Вряд ли ей больше тринадцати-четырнадцати лет. Вся в пыли и в грязных разводах от слёз. Курносое, детское еще лицо, кажется в веснушках, пухлые обкусанные губы и заплаканные глаза изумрудно-зеленого цвета. Несвоевременно промелькнула мысль, что у моей дочки такие же глаза… были.
Достал из своего рюкзака автоаптечку и «полторашку» с водой.
— Ещё вода есть? — потряс я бутыль, обращая внимание рыжей на себя.
Та посмотрела на меня взглядом, в котором читалось полное непонимание. Она что-то произнесла. Странный язык, певучий очень, но звучание знакомое. Блин, кажется, тут проблема намечается, однако. С иностранными языками у меня не очень. Английский я могу понять, и, даже говаорить, хоть и с трудом. Но вот этот её певучий — я вообще "no comprendo". Попробую по-английски:
— Ай н-нид уотер!
Говорить я старался медленно, четко разделяя слова, чтобы не мешало проклятое заикание.
Девочка посмотрела на воду, кивнула, и метнулась куда-то за деревья, а я начал осмотр раненного. Немолодой уже мужчина, лет под шестьдесят, может старше. Лицо загорелое, с твердыми чертами, словно вырубленными из дерева. Седая борода и седые же волосы же видны из-под банданы. Широкие плечи, да и вообще на вид крепок. Приложил руку к его шее. Пульс хоть и слабый, но есть. Фигасе. Столько крови потерял, судя по натекшей луже, и до сих пор жив.
 
Покромсал его тигр не слабо. Одежда на правой руке и была насквозь пропитана кровью. Сквозь её лохмотья в районе бицепса и предплечья были видны глубокие рваные раны. Видимо в эту руку ему тигр и вцепился, но как дед смог вырваться непонятно. Скорее всего он вырубился от болевого шока или от потери крови. Или от того и другого вместе. Неужели девчонка смогла отпугнуть хищника так, что он выпустил добычу?
Я достал швейцарский нож и срезал с пострадавшего остатки рукава, чтобы лучше видеть травмированное место. Промыл раны водой из бутылки. Из самой глубокой, на бицепсе, все ещё вытекала темно-красная кровь. Похоже задета какая-то вена. Я вынул из аптечки рулончик жгута, расправил и затянул его на локте раненной руки, повыше раны. Убедился, что пульс на запястье прощупывается. Забинтую чуть позже, когда кровь остановится. Главное не переборщить и не оставить жгут дольше чем нужно. Пока промывал раны и царапины по меньше, кровь с раны на бицепсе почти перестала течь. Я еще раз её промыл. Достал бинт и перекись водорода. Полил вокруг ран стараясь не попадать во внутрь, и как мог перевязал пострадавшего от запястья и до плеча. Знаю, что перекись не способствует быстрому заживлению, но ничего другого у меня под рукой не было. Размотал и убрал жгут обратно в аптечку.
Из лекарств у в моем рюкзаке были только кетарол и аспирин. Кеторол снимет боль, а вот насчет аспирина я не знал, чем он ему поможет, но решил дать. Но как дать таблетки человеку, находящемуся в бессознательном состоянии я не сооброзил. Все то время, что обрабатывал раны, вернувшаяся с флягой и каким-то мешком типа маленького баула с лямками, девочка оттирала от крови раненого. Я показал ей таблетки, и жестами пояснил, что хорошо бы ее друг их проглотил. На несколько секунд она задумалась. Затем взяла таблетки в руку, схватила, лежащий рядом мультитул и начала рукояткой давить лекарства прямо в ладони. Растерев таблетки в порошок, она приоткрыла рот раненого, и засыпала туда лекарства. Затем поднесла к его губам флягу и стала потихоньку вливать воду. Я мысленно аж скривился, осознав, как туплю. Мог бы и сам догадаться. Меж тем мужик сглотнул, раз другой, глубоко вдохнул, приоткрыл глаза, повел вокруг ничего не видящим взглядом и снова отключился. Я озабоченно посмотрел на девушку:
— Ему в б-больницу надо. Есть рядом г-город или село?
Снова непонимание во взгляде. Блин, как это по-английски:
— Хи нид хелп, хоспитал ор д-доктор!
Я показал на рану потом на свою почти пустую аптечку и развел руками. Мол "больше ничем помочь не смогу". Кажется, на этот раз меня сразу поняли. Девочка встала, показала рукой в глубь леса, затем изобразила пальцами идущего человека.
— Us there! Go!
Ну туда, так туда, и кстати говорит она с акцентом, похоже английский ей не родной язык.
Направление понятно, теперь надо решить, как тащить раненного. На себе я его далеко не унесу. После своих фокусов я до сих пор ощущал слабость во всем теле. Девчонка тоже вообще не помощник, даже если б были носилки. Хотя… можно же волокуши сделать. Только веревка нужна, а у меня ее нет. И как спросить есть ли она у девочки? И как вообще "верёвка" по-английски? Наверное, лучше просто показать, что я хочу сделать, а там надеюсь сама поймёт. Вытащил свой тесак и срубил два ближайших молодых деревца. Положил их параллельно на землю. Затем срубил ещё несколько тонких, но прочных веток и положил их поперек длинных. Я поднял с земли какой-то гибкий прутик и обернулся, к наблюдающей за мной девочке, и жестами попытался объяснить, что надо бы связать их. Она кивнула, мол "поняла", и ответила на своем певучем:
 
— Köysi! Minulla on se![1]
Хм, мне точно знаком этот язык. Пока раздумывал, девочка подошла к своей сумке, что-то достала из нее и поднесла мне. На руках у нее лежал моток шнура. На глаз метров тридцать длиной, и на ощупь как капроновый. Блин! Жалко такой резать. Вдруг пригодится, мало ли что впереди. Ладно так обмотать попробую. Через десять минут я смотрел на свое творение. А вроде неплохо получилось, и прочно. Осталось свободной ещё половина шнура. Использую её, чтобы закрепить на волокушах раненого, но сначала надо бы быстро перекусить, путь до людей похоже не близкий. И еще чувствовал я себя очень измотанным после бессонной ночи и долгого спуска к лесу. Вынув из рюкзака контейнер, вытащил последние две банки консервов, и пачку хлебцов. Одну банку предложил своей новой знакомой. Она же, недоуменно глядя на меня, что-то быстро затараторила на своём, указывая то раненого, куда-то в лес, всем видом показывая, что надо торопиться. Я, не говоря ни слова, просто впихнул ей в руку одну банку, а сам открыл свою, и сел и прислонившись к ближайшему дереву, начал есть. Девочка насупилась, зло сверкнула глазами, и тихо пробурчала: