Временной сдвиг. Второй шанс (СИ)

Кстати, как оказалось айди это не паспорт или удостоверение личности. Это внесенная в систему полная медицинская очень подробная биометрия гражданина, с кучей сопутствующих данных о работе, страховке и т. п. С этого дня меня постоянно отслеживают десятки сенсоров в камерах зданий, автомобилей, на столбах освещения, планшетах и т. п. Вся ручная электроника полностью завязана на твоих отпечатках, или сетчатке глаз. Как объяснил позже Игнар, даже если я каким-то чудом получу доступ к чужому коммуникатору, у меня не получится, что-то не с ним сделать. Устройство просто не будет реагировать на мои касания. По сути в этом мире отпечатки и внешность человека, есть его паспорт.
По словам кэпа — благодаря такому тотальному контролю и отслеживанию, раскрываемость преступлений в метрополиях и подконтрольных им территориях составляла почти 90 %. То есть преступления конечно есть, но в основном они случались на бытовой почве. Кроме этого, иногда граждане попадались на мошенничестве, чиновники на коррупции, ну и психов никто не отменял.
В общем, не знаю, как Александр все это провернул и согласовал, но теперь я гражданин Северной метрополии, со всеми положенными мне правами, свободами и обязанностями. Так вот!
После всей этой беготни, я с удовольствием устроился в салоне джипа, который теперь мне казался мне по своему очень удобным и мягким. Вскоре вернулся и задержавшийся Александр. Мне он показался каким-то взмыленным и раздраженным.
— Короче, Рус! Сейчас поедем сразу к научникам. — усевшись на свое место сказал он. — Их главный головастик, Альфред Кингсли, уже достал меня вызовами. Неймётся ему…
— Ну п-поехали раз т-так.
Пока ехали немного подробнее узнал, об этом «главном головастике». Альфред Кингсли оказался целый доктором физико-математических, философских и еще каких-то там наук. Именно он руководит всем проектом по сдвигу времени, и можно сказать является виновником моего появления в 23 веке, и он же будет возглавлять научную часть исследований моих способностей. И именно ему прям очень-очень не терпится начать исследования.
Я на это заявление лишь пожал плечами. Как говорится: раньше сядешь — раньше выйдешь.
Насчет «раньше выйдешь», я вообще не угадал.
  
Глава 16
 
Ненавязчивый тихий перелив колокольчиков заставил открыть глаза. Хороший звук для будильника. Не раздражает с утра как тот что в телефоне был. Я сел на кровати и посмотрел на фото стоящее в рамке на прикроватной тумбочке. Привычно коснулся пальцами губ, и передал поцелуй жене и дочери коснувшись изображения. Еще раз всмотрелся в лицо дочери и покачал головой. Как же они с Риной похожи, удивительно. Так и в реинкарнацию поверить недолго.
Я сидел просто смотрел в большое панорамное в окно. Снаружи уже ноябрь, или как тут говорят 11 месяц года. Не знаю, когда и почему они отказались от названий месяцев, как и от названий дней недели, кстати. Не уточнял. Наверное, давно, и скорее всего — это очередная унификация с целью облегчения общения между представителями разных народов. Кстати американо-английский 12-часовой формат времени тоже нигде не используется. Остался только нормальный 24-часовой формат, и конкретно этот момент меня даже радует. Помнится, еще по детству эти их a.m. и p.m. на электронных часах часто меня с толку сбивали.
Часы на коммуникатор показывали восемь утра, два градуса тепла с наружи и облачность. Снизу подсвечивалось несколько каких-то уведомлений. Видимо после установки устройства на ночь в специальную подставку для синхронизации со всеми система дома, какие-то события мне показывает. Скорее всего опять заказаны продукты в холодильник, согласно перечня, который я при вселении в дом туда вбил, да еще картриджи для пищевого синтезатора.
Коммуникатор, кстати почти новый. Приобрел его месяц назад, взамен того что рыжая подарила. Только когда я начал его использовать, понял почему Рина называла свой подарок устаревшим. Этот был намного мощнее подаренного, да и вообще всего, что производилось в наше время. Думаю, ни один компьютер двадцать первого века не сравнился бы с ним ни по одному пункту. Одно только воспроизведение самых настоящих голограмм чего стоит! Я честно пытался уяснить и даже почитал кое-что, но так и не понял какие в нём применяются «нейротехнологии» и что за «псевдоискусственный» интеллект помогает пользователю, но это устройство реально реагирует на взгляд. То есть чтобы выбрать какой-то пункт меню, на него надо просто сакцентировать внимание и всё. Есть и привычное «ручное» управление, в том числе и жестами по голографическому изображению, и поначалу я ими активно пользовался, пока не привык.
 
Снова посмотрел в окно. С серого неба сыпалась мелкая снежная крупа на мокрую после вчерашней мороси землю. Даже на вид озноб пробирает от сырого холода снаружи. Как же не выходить наружу и идти на работу. Это я так называю опыты надо мной. Как же они меня достали. Каждый день одно и тоже. Сначала помещают в специальное помещение с кучей всевозможных датчиков, сенсоров и камер, затем уже меня обвешивают такой же кучей оборудования, далее вход в состояние замедления времени и совершение каких-либо действий, а после — сбор и анализ полученной информации, и небольшое лечение организма.
По началу было даже интересно, даже несмотря на постоянные головные боли, а иногда и обмороки. Правда меня быстро подлечивала бригада медиков под чутки руководством, моей старой знакомой — доктором Анной Стурлурссон, в специально подготовленном для этого медицинском боксе. Спустя месяц, когда запах бактина кажется уже въелся в кожу появился первый значимый результат исследований — я не ускорялся и не замедлял каким-либо образом время в прямом смысле этих понятий. Как мне объяснил руководитель исследований, и по совместительству глава проекта «Временной сдвиг» — Альфред Кингсли, я каким-то образом взаимодействуя с «тонкими полями времени-пространства» умудрялся сдвигать «вперед» свой отдельный временной поток, относительно текущего. Со стороны это выглядело именно как мое ускорение, а по факту означало увеличение скорости моего восприятия в среднем раз в 10–15 раз. Что такое «тонкие поля» я так и не понял, даже после часовой лекции «для чайников» от доктора Кингсли. Зато запомнил, что доктор предполагает «чисто теоретически» резкое ухудшение моего состояния после сдвига временного потока — это результат того, что в эти моменты мой организм испытывает невероятный стресс, буквально за мгновения моментально расходуя энергию и старея на тот промежуток времени равный тому что я «сэкономил» благодаря сдвигу. В человеческом теле ежесекундно умирает более двух миллионов клеток, а у меня после выхода из ускорения это число чуть ли не утраивается, вот и валюсь с ног от боли.
Еще чуть позже в результате полученного мной ОЧЕНЬ болезненного опыта, мы выяснили, на очень короткий промежуток времени, «на одних морально-волевых», скорость с которой я воспринимаю окружающее пространство можно было еще серьезно увеличить. При таком раскладе от летящей пули я конечно не увижу, и тем более не увернусь, но вот от стрелы или арбалетного болта вполне. Ценой этого знания стали, порванные мышцы, парочка внутренних кровоизлияний, и как следствие почти две недели медицинских процедур и регулярных отмоканий в бактине.
А ещё из-за этого сильно поссорились доктор Кингсли и доктора Стурлурссон, отвечающей за мое лечение. Так орали, что до сих пор удивляюсь как они не подрались. Кингсли хотел сразу после лечения приступить к экспериментам, а доктор стояла за меня на смерть, называя его исследования пытками. И в чем-то я был с ней согласен. Альфред Кингсли — восьмидесятилетний добродушный, вне работы, и умнейший старикан, с красивой седой бородкой, весь такой подвижный и веселый живчик, не смотря на свой возраст. Да и не выглядит он на восемьдесят. Максимум лет шестьдесят ему дашь. Он даже очками не пользуется — современная медицина рулит. Чем-то кстати ведущего передачи «В мире животных» Николая Дроздова напоминает. У нас на Кавказе таким всегда почет, уважение и место во главе стола, но в погоне за знаниями этот дед явно меры не знает. И не дай бог, что-то идет не по его плану! Он только внешне стариком остается, а внутри натуральный маньяк просыпается. Мне иногда кажется он любого в жертву принесет ради науки!