Тафгай (СИ)

Даже игровой аватар не сразу разобрался, в каком доме находится моё законное койко-место. Привёл сначала в женское общежитие, где я много интересного про себя узнал от вахтёрши. И что кобелина я, и что всех баб нормальных перепортил, и что про таких как я в газете нужно срочно фельетон нацарапать в рубрику «Не проходите мимо». И ещё одно обидное слово добавила бойкая бабуля на слог «бля» с окончанием на «ун».
— Так бы сразу и сказали, что я в другой общаге прописан, зачем ругаться-то? — Пробубнил виновато я.
В общем, лишь со второго раза попал туда куда надо. Кстати, наша вахтёрша была куда приятнее бабушки, из женского общежития. Во-первых: моложе, во-вторых: ласковее.
— Здравствуй Ванюша, зайдешь сегодня ко мне? — Спросила она с мольбой во взгляде.
— А надо? — Замер я, задумавшись, а вдруг — это тоже квест!
— У меня розетка у кипятильника сломалась, — скромно добавила женщина.
— Хорошо, — коротко пообещал я, рассматривая ключ от своей комнаты, к которому вместо брелока приделали большую деревянную грушу с цифрой 404.
— Я буду ждать, — добавила вахтёрша, когда я уже топал по лестнице.
«Заманивает, — догадался я. — Как же? Розетка сломалась. Никому верить нельзя!»
В комнате на четвёртом этаже, кроме встроенного шкафа, стола и трёх стульев, были в наличии две заправленные кровати и две тумбочки. Мешочки с крупой, сахаром, солью и макаронами были навалены на подоконник. А на столе, на прожжённой утюгом скатерти валялось пара книжек, одна общая тетрадка, упаковка с игральными картами. В центре завершал натюрморт заварочный чайничек с пересохшей заваркой внутри. На стену было пришпандорено пара плакатов с киноактрисами. Один с Кустинской, к сожалению, только крупно лицо. Второй с Фатеевой, тоже почему-то без фигуры. Ещё на одном саморезе болталась проводная пожелтевшая от времени радиоточка.
Кроме всего под моей кроватью находился чемодан и тридцати двух килограммовая гиря. А на койко-месте моего соседа валялся эспандер с четырьмя параллельными пружинами. Прочий осмотр вещей подтвердил неутешительную финансовую картину моего игрового аватара.
— Пятьдесят семь рублей и двадцать три копейки, — пересчитал я небогатую наличность. — Может быть, сейчас начну выполнять игровые квесты и финансы попрут? Итак, первое игровое задание — Зиночка из «Пельменной»! Ну а потом с вахтёршей разберёмся по-мужски по-жёсткому!
Зинаиду я встретил у «Пельмешки», ровно в восемь, даже пришёл чуть раньше. Забрал, как галантный кавалер тяжёлую тряпичную сумку из рук женщины и мы прогулочным шагом двинулись в неизвестном для меня направлении. В разговоре я старался побольше поддакивать и сочувствовать нелёгкой женской доле. Потому что понимал, сейчас она мне зубы заговорит, расслабит, и всё бери меня ешь тёпленьким!
— А ты жениться-то не надумал? — Горько усмехнулась Зина, когда мы, по всей видимости, подходили к её дому. Об этом мне подсказало мое тело, мой почти разумный аватар.
— Посмотрим, — пробормотал я. — Политическая обстановка в мире пока нестабильная…
На этих словах из подъезда с большим дрыном на перевес выскочил бывший муж Зинаиды. «Началось», — мелькнуло в голове. От первого рубящего удара, который мужчина нанёс сверху вниз я легко ушёл. А вот второго шанса ревнивец уже не получил, так как я успел его схватить за воротник пиджака и несколько раз одной рукой помотал из стороны в сторону. Так бы конечно с правой ему добавить, но в ней ценная сумка с "лишними" продуктами из "Пельменной". Поэтому кроме как послать тело глупого «бота» в очередные кусты вариантов для меня не оставалось. Мужик привычно охнул, потеряв по дороге в городские насаждения дрын и воткнувшись головой в клумбу затих.
— Совсем что ли очумел! — Крикнул я. — Тут дети на велосипеде катаются. Девочки из песка пирожки стряпают в песочнице. Ты какой им пример? подаешь, неандерталец?
Зина во время экзекуции своего бывшего лишь один раз тяжело вздохнула. «Может быть, надеялась, что он меня сейчас отключит, и тогда со мной можно будет легко разделаться? — подумал я. — А возможно и надоел ей просто этот тупой ревнивец?»
 
Проживала же героиня моего первого квеста в коммуналке из четырёх квартир.
— Сейчас я всё приготовлю, а ты пока располагайся, — засуетилась женщина, когда мы вошли к ней в комнату.
Я сразу же сел на диван так, чтобы одной рукой успеть дотянуться до стула. Я конечно не Джеки Чан, который этим предметом мебели мог человек десять покалечить, но лучше стул в руке, чем дыра в голове. Однако дальше всё пошло совсем не так, как я ожидал.
Сначала затрещала пластинка и голосом Эдуарда Хиля бодренько затянула про лес, опушку и ледяной потолок. Зиночка под этот хит попыталась меня хитро вытащит потанцевать, но я, не поддавшись на уловку, уложил фигуристую и очень страстную женщину рядом. Затем руки моего аватара без всякого приказа сами исследовали за несколько секунд каждый уголок соблазнительного тела и ничего не произошло. В том смысле, что никаких внезапных боевых действий не последовало. Одежда, которая полетела в угол не в счёт!
А так всё стандартно, поцелуи, объятья, и головка шлифовального круга ритмично погружаясь в глухое отверстие, доставлял и мне и Зине большое удовольствие.
«Как же так?! — Воскликнул я про себя. — Всё как там на земле! Ну не может такого быть! Я умер — 100 %, потом появился в загробном мире — 200 %. Что пошло не так?»
— Да-а-а! — Вскрикнула Зиночка и несколько раз содрогнулась всем телом, потом посмотрела на меня ошалелыми глазами и кинулась целовать меня всего и везде.
Я посмотрел на часы, время уже перевалило за двадцать три ноль-ноль. Мысли путались. Вопросы множились.
— Извини, мне пора, — пробурчал я.
— Куда? — Вцепилась в меня женщина.
— Я пару книг взял из библиотеки, срочно нужно их прочитать и законспектировать, буду теперь на заводе вести литературный кружок, — соврал я и нежно высвободившись, прошёлся по комнате в поисках своей одежды.
— Каких книг? — Не доверчиво заинтересовалась Зина. — У тебя образование всего семь классов!
— Поэтому меня и назначили, чтобы я рос над собой. А книги? «Братья Карамазовы» и «Война и Мир». Ты слышала, что коровам, чтобы молоко было вкуснее ставят классическую музыку? — Спросил я, но Зинаида растерянно помотала головой. — Вот. А мы, пролетарии, чтобы повысить производительность труда, будем классику читать. Мне сам мастер сказал: «Не подкачай!»
«Тут и без классики, и без современной прозы непонятное что-то происходит, — думал я, шагая по пустынным плохо освещённым улицам города. — Попробую ещё один квест с вахтёршей, и тогда буду делать выводы. Ведь всё действительное — разумно и всё разумное — действительно!»
  
Глава 4
 
Вырулив на проспект Ильича, не то мёртвого Владимира, не то пока живого Леонида, практически в полночь под одиноким фонарным столбом на моём пути вновь возник бывший муж Зинаиды. Но на этот раз не один, а с подмогой в сопровождении двух верных кунаков.
— Я тебе говорил, что ещё встретимся? — Пыхнул на меня перегаром ревнивец.
— Да я сегодня с тобой и не расставался ещё, — хмыкнул я, прикидывая кого «гасить» первым.
— Тогда получи! — Заревел мужчина и по большой дуге запустил в меня свой плотно сжатый кулак.
«Кто же в здравом уме на разборки приходит, почти на рогах?» — подумал я, уходя с линии атаки. Небольшой толчок и закрутившийся на месте бывший муж Зины полетел в объятья одного из своих подручных, который такого поворота от «честной драки» трое на одного не ожидал. Встреча двух подогретых алкоголем тел закончилась лёжа в пыли на пешеходном тротуаре.
— Зашибу! — Заорал второй верный товарищ, который пока стоял на ногах.
Он, согнувшись в поясе и разбежавшись, решил удивить меня ударом головой в живот. Если бы попал, то ушиб мягких тканей был бы гарантирован. А так бедолага пролетел мимо цели, ведь она, то есть я — не боксёрская груша в спортзале, и на месте висеть не стал.