Кот в малиновом тумане (ЛП)
Неужели травести настолько неотразимы?
Мне вечно приходится либо тайно проникать, либо вламываться силой в «Хрустальный феникс». Это единственный правильный путь. И он всегда был таким, и таким останется.
Я приблизился к покинутым плошкам. Фу. Фу?.. Жутко пересоленные, наверное, типа «Кошачьего счастья»… мелко нарубленные кусочки курицы, креветки и… икра! Другая плошка содержала в себе прозрачную жидкость. Я понюхал ее, ожидая встретить серную кислоту или другую смертельную субстанцию. Вода. Просто вода, с легким запахом минералов и других полезных для здоровья элементов. Бутилированная вода! Что это за декадентское угощение? Никакой отравы, одни деликатесы. Что случилось с родом человеческим?!..
Я подошел к пруду и посмотрел в холодные глаза дюжины рыб, гладкие, как мрамор. Все эти карпы теснились прямо у берега, как будто мечтая попасть в мои объятия.
К несчастью, у меня пропал аппетит.
Глава 26
Старый матрац короля
Курсор на экране компьютера мигал быстрее, чем пульс.
Ничто так не раздражает писателя, когда в голове пусто так же, как на экране, а этот беспокойный курсор подначивает, подначивает, торопит, требуя поскорее заполнить строчку пикселями, выдать строй букв…
Темпл собиралась написать план пиар-компании для «Гуляки Луи». Каждая новая компания рождает клубящийся вихрь новых идей, но сейчас вихрь в ее голове был совершенно безыдейным. Все ее мысли были поглощены связью Джерси Джо Джексона с бандой «Глори Хоул» и отелем «Дерево Джошуа», который потом стал «Хрустальным фениксом». Ему принадлежала «Обитель Призрака»; некоторые думают, что он и сейчас там живет.
Обрывки идей крутились у нее в голове, как белье в стиральной машине. «Феникс» и призраки, город-призрак и старые времена, добыча золота и серебряные доллары, парки аттракционов и… Ничего не складывалось.
Когда телефон на столе рядом зазвонил, она с облегчением схватила трубку, радуясь, что может отвлечься.
— Темпл?
О, нет!.. Это не отвлечение, это мучение.
— Да, Кроуфорд.
— Рад, что застал тебя дома.
— Я тоже рада, что я дома.
— Вот и оставайся там. Я не хочу, чтобы ты опять совала свой нос в шоу. Между прочим, это опасно.
— Меня Дэнни Голубок пригласил участвовать в репетициях, а он, между прочим, режиссер. Он, а не ты.
— Ну, а я отменяю приглашение. Можешь считать это предостережением.
— Предостережением? Ты что, мне угрожаешь?
— А то! Если ты хотя бы одной своей опухшей ногой ступишь на сцену, я подам в суд за нанесение морального вреда.
— Это когда ты описался от страха, и твой костюмчик пострадал?
— Короче, ты меня поняла. Держись подальше, или я всех засужу. Я говорю серьезно. У меня постоянные боли в сердце с тех пор, как твой НЛО сорвался и чуть не пришлепнул меня и половину актерского состава.
— Это не «мой НЛО», а элемент декораций. Как ты можешь обвинять меня в том, что он сорвался, когда ты сам меня истерически толкнул, да так, что я была вынуждена схватиться за этот кабель?
— Я никого не обвиняю, но я подам в суд на всех, с кого можно стрясти денег: на «Хрустальный феникс», на Вэн фон Райн и Ники Фонтану. И на Дэнни Голубка. За преступную халатность.
— Очнись! Полиция думает, что этот несчастный случай был подстроен!
— А мне какая разница? Есть случай, есть пострадавший — я. Думаю, миллионов шесть можно получить за моральный ущерб.
— Кроуфорд! Не будь жопой! Ой, прости. Этого от тебя невозможно требовать. Но хотя бы не тупи! Ты же утопишь «Гридирон» и весь свой гениальный сценарий!
— Нет, не утоплю. Дэнни Голубок все равно уже раздербанил все номера, как Тузик грелку, расшвыривает репризы направо-налево, а то, что осталось, превращает в бред собачий. Этот мелкий извращенец ходит там, как Гитлер на высоких каблуках, топчет все мои лучшие идеи — это, видите ли, «не сработает»! Да что какой-то балерун может понимать в писательском ремесле?!
— Дэнни Голубок в последнее время балету предпочитает чечетку и джаз. К тому же, он поставил несколько самых успешных шоу в крупнейших театрах на Стрипе.
— Давай-давай, защищай его. Если ты — лучший его адвокат, я его засужу только так.
— Короче, ты позвонил для этого? Чтобы угрожать?
— Нет, я позвонил сказать, чтобы ты держалась подальше от «Гридирона». Если ты называешь это угрозой — твои проблемы.
— Кроуфорд, ты же сам втянул меня в это дело практически против моей воли!
— Ага. А потом я решил, что могу выкинуть твой номер в помойку, и именно так бы и сделал. Я не знал, что Голубок уцепится за него, как жаба за лист кувшинки.
— Ты… планировал выкинуть мой номер в помойку? Почему?
— Потому что это мое шоу. Я собирался написать его сам, от начала и до конца.
— Тогда для чего было просить меня, умолять, вытаскивать меня из дому в «Лас-Вегас Скуп» на выходных, чтобы я там потела и стирала пальцы до кости?
В трубке внезапно наступила красноречивая тишина.
— Может быть, мне просто хотелось тебя увидеть, — сказал, наконец, Кроуфорд своим самым загадочным тоном.
— Не придуривайся. Зачем?
— Чтобы ты попрыгала, — признал он. — Ишь ты какая, каждый год, видите ли, она пишет для «Гридирона» вступление и финал! На этот раз ты должна была явиться на шоу, приготовившись раскланиваться, а там — опа! — твоих номеров-то и нет. Вот только этот чертов кривляка Дэнни Голубок влез со своим…
— Какой мерзкий трюк! И почему меня это не удивляет? Мне кажется, я заранее все знала, еще когда ты меня уговаривал.
— Слушай, — голос Кроуфорда понизился и сделался глубже, так что теперь звучал, как гул статики в проводах. — Возможно, я планировал подшутить над тобой, но сейчас это уже не смешно. Некоторые сильные мира сего весьма недовольны чем-то в твоем номере. Они оставляют сообщения — мне, как будто я виноват, и все такое! Я получил несколько угроз на свой автоответчик. Анонимных. Они хотят, чтобы твой номер убрали из шоу. Может быть, они даже хотят, чтобы ты вообще исчезла с глаз долой. Я говорю тебе, держись подальше от «Гридирона» и «Хрустального феникса». Если ты не послушаешь и что-то случится, можешь пенять на себя. И не говори потом, что я тебя не предупреждал. И я это делаю после того, как ты меня чуть не угробила своим НЛО!
— Кроуфорд, ты говоришь, что кто-то хочет закрыть шоу из-за моего номера?! Но почему? Что в нем такого?
— Очевидно, он просто не слишком смешной, как я и говорил Голубку. И сейчас те, кому положено, это заметили. Так что держись подальше. Я тоже собираюсь уйти на дно, пока горизонт не очистится.
И он повесил трубку, не прощаясь.
Темпл смотрела на экран своего компьютера, где красовалась одинокая строка: «Гулянки в «Гуляке Луи» никогда не…».
Под обычным свинством Кроуфорда она почувствовала настоящий страх. В своей идиотской манере он предупредил ее об опасности и посоветовал делать то же, что собирался сделать сам: отказаться от «Гридирона».
Так. Это его дело — отказываться или продолжать. Что будет, если на подготовке шоу останется один Дэнни Голубок? Он справится, несомненно. К тому же, летучий полк братьев Фонтана стоит на страже, патрулируя каждую щель в «Хрустальном фениксе». Джонни Даймонд исполняет юмористическое попурри, которое она написала, и уж с ним-то точно все будет в порядке: вряд ли кто-то посмеет тронуть такую звезду, как Джонни… Но все-таки, во имя всего святого, что же такого угрожающего присутствует в ее номере?
И, если все-таки несчастные случаи были подстроены для того, чтобы отменить шоу, те, кто это сделали, забыли старое правило: шоу маст гоу он! Такие бойцы, как Дэнни и Джонни, а также актерский состав энтузиастов вряд ли согласятся так просто уйти со сцены из-за дурацких инцидентов. Если только эти «инциденты» не включают в себя убийство человека, упавшего с потолка, отчима Мэтта — Клиффа Эффингера.
Темпл нажала кнопку «save», сохранив чепуху на своем экране, и дала ей имя «2Луи».